Пророк

В голове у гоинга №67 зазвучал привычный утренний бипер Супермамы, который как всегда мгновенно вырвал его изо сна и заставил сесть на кровати, свесив ноги на пол в своей персональной жилкапсуле.

Все утренние ритуалы 67-го обычно происходили практически автоматически. Он посещал туалет и умывался в течении трех с половиной минут, переодевался в течении двух минут, пил утренний кофе и быстро глотал модифицированную белковую пищу в течении еще пяти с половиной минут.

Далее он следовал на работу в течении семнадцати минут, проверяя параллельно ритм сердца и уровень холестерина в крови, показатели которых Супермама выдавала ему на служебную зону видения левого глаза.

Так как 67-й работал в цехе конструирования и сборки боевых роботов, то за ним и другими гоингами из его отдела всегда был повышенный надзор. И поэтому когда 67-й иногда слегка отклонялся от выданного заказ-наряда, который постоянно висел в информативной части зрения правого глаза, то красный индикатор всегда напоминал ему об ошибке, и нежный голос Супермамы шелестел в правом ухе: «Мой дорогой 67-й, вы отклонились от заказ-наряда, вам нужно взять блок 56У и вмонтировать его в панель 17Ж. Мамочка ждет уже две минуты…»

Однако сегодня утро началось совсем по другому. 67-й уже умывался, когда ему пришло служебное сообщение на его левый глаз, а также продублировалось голосовым сообщением в имплантированный звуковой модуль: «Мой дорогой 67-й, цех сборки триста двадцать восемь больше не нуждается в вашей работе. О дальнейшем назначении вы будете уведомлены в течении двух минут. Не переживай, 67-й, ты очень нужен мамочке».

С учетом того, что подобное переназначение происходило раз в несколько лет, то 67-й не сильно удивился или огорчился, а просто начал собираться дальше, ожидая служебного уведомления от Супермамы.

Надо сказать, что он вообще-то любил иногда оставаться вне поля зрения Супермамы, позволяя себе иногда помечтать несколько минут в тишине. Для этого он давно собрал себе из отбракованных комплектующих устройство постановки помех, которое он включал не чаще чем раз в месяц, чтобы устройства сканирования в его цехе и в жилкапсуле не перехватили сигнал и не прислали полицейского гоинга. Ему это грозило тем, что, кроме того, что у него просто отняли бы это устройство, ему бы назначили штраф в виде снятия баллов с рейтинга Порядочности, а может и еще что похуже.

Завершив свой утренний моцион, 67-й начал завтракать, ожидая нового назначения. Однако ни через две минуты и ДАЖЕ ни через четыре минуты нового назначения так и не поступило. 67-й собрал рабочую сумку и встал возле двери, ожидая сообщение и свой новый маршрут.

Он простоял десять минут, но сигнала так и не поступило. 67-й, наконец, потерял терпение и сам вышел на связь с Супермамой.

– Супермама, 67-й на связи. Ожидаю нового назначения.

– Мой дорогой 67-й. Мамочка на связи. Ожидайте нового назначения в течении двух минут. Мамочка нуждается в вас, – прошелестела в левом ухе Супермама и тут же отключилась.

67-й искренне удивился, потому что такая задержка с ним случалась впервые. Обычно любые указания приходили в течении всего пары минут.

Правда, был какой-то глобальный сбой лет десять назад, когда 67-й учился в техническом колледже, и команд не было целых семь с половиной минут. В этот момент целый класс гоингов завис в полной неопределенности. Но сейчас прошло уже целых пятнадцать минут, и назначения так и не поступило. Это был настоящий кошмар, потому что 67-й никогда так надолго не оставался без указаний и начинал испытывать настоящий ужас неопределенности и чувствовал себя абсолютно потерянным.

Прошло еще тридцать минут, а нового назначения так и не поступило, и 67-й потерял всякое терпение.

– 67-й на связи. Супермама. Я уже сорок пять минут ожидаю нового назначения. Прошу зафиксировать рейтинг Порядочности, так как вынужденный простой происходит не по моей вине.

– Мой дорогой 67-й. Мамочка на связи. Ожидайте нового назначения в течении двух минут. Рейтинг Порядочности зафиксирован. Мамочка нуждается в вас, – прошелестела опять Супермама и снова отключилась.

Колени 67-го несколько ослабли, когда ему вдруг явственно показалось, что назначения ВООБЩЕ не будет. Ни через две минуты, ни через десять, ни через полчаса. Он пнул дверь своего капсульного отсека, который был как и у всех размером три с половиной метра на два, швырнул сумку в угол под раковину и прямо в одежде завалился на кровать.

Сердце билось как бешеное. 67-й проверил уровень сердечного ритма, он был практически сто сорок.

– Хватит шуметь, – вдруг раздался рядом нетерпеливый женский голос из соседней капсулы №35. – У меня была ночная смена в больнице, а вы мне мешаете спать. Не прекратите, я вызову полицейского гоинга и напишу в комитет Порядочности.

– Извините, – 67-й вспомнил вдруг, что стены у них практически не задерживают звуки. – Просто сорок пять минут нет назначения и я весь извелся у же.

– Сорок пять минут? Так не бывает. Не мешайте спать, – отозвался сердитый голос из жилкапсулы 35.

67-й затих, потому что проблемы с полицией и, тем более, с комитетом Порядочности ему явно были не нужны. У него был один знакомый гоинг на работе, у которого сильно болели зубы, а он не успел их вылечить до часа Тишины. Так вот, он стонал на своей кровати всю ночь. В результате, по жалобе соседей, его на месяц отключили от рейтинга Порядочности, и он был вынужден потом питаться только белковыми таблетками. А также, что еще хуже, он также был отключен от Гиперсети развлечений и промаялся в тишине целую вечность, чуть не сойдя с ума от безысходности.

67-й промучался на кровати еще около часа. Никаких назначений. Любые запросы его к Супермаме заканчивались одним и тем же: «Ожидайте…»

Наконец в голову 67-му пришла совсем простая мысль: «А чего это я так извожу себя? Я ничего не нарушил. Мой рейтинг Порядочности зафиксирован. Из-за какого-то сбоя Супермамы у меня просто есть свободное время, о котором я столько лет мечтал».

67-й снял одежду, лег на кровать и просто заснул.