Чтение онлайн

Они приняли слова губернатора к сведению и все поняли, но ответом ему служило холодное, неприязненное молчание. Гретхен непримиримо выдвинула челюсть вперед, Кэндис лишь бросила на губернатора грозный взгляд, а Фанни, не поднимая глаз, продолжала машинально чертить закорючки в своем блокноте.

– Теперь перейдем к фазе номер три, - снова заговорил губернатор. Учитывая, что никакие наши тонкие и ловкие маневры не удовлетворят противников абортов, и предвидя, что они попытаются извлечь максимальную выгоду из смерти Хиллари, мы будем всеми силами стараться отвлечь внимание общественности от факта самой смерти и переключить его на заботу нынешней администрации о женщинах и о праве последних на тайну частной жизни - надежном, разумном и законном праве. Попросту выражаясь, это будет война за имидж.
– Губернатор перевел взгляд на Роуэна и Хартли. Теперь слово было за ними.

Юджин Роуэн, в роговых очках и по обыкновению криво повязанном галстуке, встал и заговорил:

– Мы связались с агентами нескольких знаменитостей, которые уже заключили с нами контракты на участие в избирательной кампании, и сейчас работаем над, если так можно выразиться, отвлекающей рекламой - специальной рекламой, которая подчеркнет истинные мотивы действий или бездействия губернатора Слэйтера и закрепит в общественном сознании тот факт, что губернатор Слэйтер заботится о женщинах.

Мэйсон Хартли заговорил не вставая:

– Суть дела заключается в том, что оппозиция, возможно, попытается распускать слухи и клеветнические измышления по поводу того, что губернатор должен был сделать - или не должен был делать - в связи со смертью Хиллари, но мы просто решительно ответим на все выпады, ясно представив мотивы и причины, по которым губернатор сделал или не сделал то, то он... э-э-э... сделал или не сделал. Я внятно излагаю?

Пока да, - сказала Фанни.

– А как вы собираетесь защищать свободу выбора?
– осведомилась Кэндис.

Роуэн порылся в бумагах, лежащих перед ним на столе, а потом ответил:

– Давайте посмотрим на дело следующим образом. Оппозиция говорит что-нибудь вроде: "Хирама Слэйтера не волнует то, что его собственная дочь умирает в клинике, специализирующейся на абортах" - мы же просто отвечаем на это: "Несмотря на боль утраты, Хирам Слэйтер по-прежнему верит в священное право каждого на тайну частной жизни - столь тверды его убеждения".

Гретхен пришла в восторг:

– Здорово!

Фанни кивнула, улыбаясь:

– Очень ловко.

Кэндис по-прежнему хмурилась, но все-таки одобрительно кивнула.

Роуэн продолжал:

– И... э-э-э... еще оппозиция может сказать что-нибудь вроде: "Если дочь самого губернатора умирает после аборта, то разве кто-нибудь застрахован от подобной смерти?" - тогда мы в ответ заявим: "Губернатор Слэйтер понимает - в самом глубоком, самом личном смысле этого слова - необходимость безопасных легальных абортов и поддерживает всех женщин в борьбе за удовлетворение этого требования".

Теперь даже Кэндис улыбнулась.

– Хм-м.

Хартли добавил звенящим от возбуждения голосом:

– И еще одно: мы только что разговаривали с агентом Аниты Дьямонд - это чернокожая поп-певица, знаете?
– и она согласилась...
– Он сделал паузу, чтобы обвести всех присутствующих взглядом, немножко потомить их неизвестностью.
– ...Сняться для нас в рекламном ролике, в котором она признается, что тоже делала аборт, и расскажет, как замечательно это помогло ее карьере и как политические деятели, подобные Хираму Слэйтеру, помогают подающим надежды, но столкнувшимся с серьезным препятствием людям вроде нее - или что-нибудь в таком духе.

Дыхание весны, свет солнца, сияние небес ворвались в комнату - по крайней мере, в ту ее часть, где сидели три женщины-активистки. Им понравилось услышанное.

Роуэн заключил:

– Этот новый материал мы идеально согласуем по форме и духу с уже идущей рекламной кампанией. Таким образом, общественность мгновенно узнает и воспримет знакомый зрительный ряд, стиль и с готовностью настроится на новую волну, не раздражаясь резким изменением нашего курса.

Хартли заключил:

– Работа над роликом уже ведется, он будет готов к выходу через два-три дня.

Слово снова взял Дэвин.

– Таков наш план в общих чертах, и мы будем посвящать вас в подробности по мере того, как они будут появляться. Есть какие-нибудь вопросы?

Фанни спросила:

– А Лорен Харрис, генеральный директор Шестого канала? Его можно уговорить вмешаться в это дело - по крайней мере, немного попридержать тех репортеров?

Дэвин одобрительно кивнул.

– Мы собираемся поговорить с ним - не только о приостановке сюжета, который, похоже, готовят сотрудники отдела новостей, но и о покупке рекламного времени у телекомпании. В прошлом они заработали на нас кучу денег и, надеюсь, в ближайшем будущем заработают еще больше, как мы уже говорили.
– В глазах Дэвина загорелся дьявольский огонек.
– Он знает, что мы тесно связаны с некоторыми постоянными клиентами его отдела рекламы и что благодаря нашему влиянию эти рекламные деньги могут потечь в другой карман. Учитывая все обстоятельства, полагаю, мы сможем заставить Лорена Харриса смотреть на вещи нашими глазами.

Губернатор добавил:

– Мы с Лореном друзья, но я стараюсь не злоупотреблять нашей дружбой с целью добиться тенденциозного освещения фактов, но... думаю, Лорен согласится пересмотреть кое-какие установки, возможно, перенести некоторые акценты. Мы сможем договориться с ним. Уверен, у нас что-нибудь да получится.

– Еще вопросы?
– спросил Дэвин.

Вопросов больше не было - по крайней мере, таких, которые кто-либо из присутствующих пожелал бы задать вслух. Кроме того, это совещание созывалось срочно, и всем нужно было находиться в других местах. Совещание закончилось, все двинулись к выходу.

Дэвин стал так, чтобы оказаться на пути Тины Льюис к двери конференц-зала.

– Спасибо, что пришла.

– Спасибо, что пригласил.

Он смерил ее восхищенным взглядом.

– Полагаю, все это время нам придется поддерживать тесную связь.

Тина видела, что Дэвин пожирает ее глазами, но постаралась не разочаровывать его. Чем больше он распален, тем полезней для дела.

– Непременно.

Он наклонился к ней и очень тихо спросил:

– Слышно что-нибудь новенькое о смерти отца Джона Баррета? Полиция занимается делом?