Пророчество
Шрифт:
— Если бы это не было написано рунами чешуйчатых, подумала бы, что это какая-нибудь детская игра, — призналась темная эльфийка.
— Угу, — подтвердила светлая.
А я отметил для себя странную вещь: не знаю почему, но когда родители в истинном обличье, мне тяжело называть их мамой и папой.
— Хорошо хоть, все эти прятки на ограниченной по площади территории, — заметил Базирог.
На обратной стороне восьмой пластушки, коими была вымощена ведущая из сада дорожка, мы нашли следующее: «В лесу последний ключ ищи, да лопату притащи. Север, запад, юг, восток — пять, четырнадцать, шесть, сто!»
Сначала эльфы-супруги осуждающе посмотрели на гнома, сглазил, мол, потом перевели взгляд на нас с Теоной.
— Вот это уже понять сложнее, — вздохнул я. — Единственное, что совершенно ясно, — придется копать!
— А может, под словом «ключ» тут понимается родник? — подала свежую идею королева клинков.
«Солнышко, ты умница!» — похвалил я ее.
«Знаю», — зевнула любимая.
— А ведь точно! В нашем лесу три криницы, и нам необходимо добраться до самой дальней, — сообщила мама.
— Это сколько в километрах? — вскинул бровь Базирог.
— Пятнадцать-шестнадцать, — «обрадовал» его папа. — Причем ножками, так как ни один внедорожник через те буреломы не проберется.
Средняя скорость передвижения человека пешком — пять километров час. Но с учетом зимы, темного времени суток и особенностей местности дотопали мы часов за шесть. Как раз к рассвету.
— А где копать-то? — даже не отдышавшись (впрочем, он не особо и запыхался), схватился гном за лопату.
— «Север, запад, юг, восток — пять, четырнадцать, шесть, сто!» — процитировал я. — Количество шагов от родника в упомянутые стороны света.
— А почему не метров?
— Пираты обычно, когда хоронят клады, меряют в шагах.
— Допустим. Тогда в чьих шагах — эльфийских, орочьих или моих? — попросил уточнения Базирог.
— Честно говоря, не знаю. Давай в человеческих. Дархан же вроде среди людей жил. Да и сам себя за одного из нас выдавал, — ответил я и заметил, что все равно, несмотря на родословную, не ощущаю себя представителем старшего народа.
— Шагай тогда.
— …девяносто восемь, девяносто девять, сто! — отсчитал я на восток и носок моей ноги уперся в пенек.
— Что-то неправильно. Шаман же намекал, будто копать придется.
— Вообще-то, если быть точным, он написал, чтобы не забыли захватить лопату, — возразила Рол.
— Но корчевать ею пни как-то не очень удобно, — заметил Базирог. — Тут топор желательно иметь. И лом.
Ёль внимательно посмотрела на остаток дерева:
— Корни давно одряхлели и уже почти не держатся за почву.
— Тогда сделаем так! — Теона сильно пнула пенек, и он развалился на части.
— Не заметно, чтобы тут недавно копали. Как бы нам в мерзлой земле лопату не погнуть? — почесал затылок гном.
— А давайте сделаем на этом участке весну? — загорелись глазки светлой эльфийки, и она немедленно принялась магичить.
— Действительно! — поддержал ее муж.
Никогда не подозревал, что вживую увижу сценку из сказки «Двенадцать месяцев». За считаные минуты снег на небольшом участке земли растаял, потом часть воды впиталась в почву, а часть с шипением испарилась. Затем из-под покрытого сухими листьями грунта показались тоненькие ростки первых цветочков. А спустя миг глаз уже радовал ковер пробужденной сочно-зеленой травки, украшенный небесно-голубыми лепестками и ажурными листиками анемонов, нежно-розовыми ароматными примулами, ярко-желтыми вкраплениями бутонов лютиков, по соседству с изящными насыщенно-красными цикламенами и крохотными колокольчиками медуниц. Такая красота, и в одном месте! Насколько все-таки удивительна природа!
— Копай быстрей, пока снова не замерзло! — скомандовала волшебница. — Мана на нуле.
Базирог схватился мозолистыми руками за черенок лопаты.
— Погоди, тоже попробую колдануть, — остановил я его и обозрел на прощание полянку — жаль разрушать такое чудо, но необходимо.
Выбрав целью заклинания пятачок почвы, я скастовал одновременно воздушный вихрь и левитацию. Поднялся столб пыли. После добавления мощности и увеличения радиуса плетения высота кружащихся комьев достигла макушек сосен. Там, где прежде стоял остаток умершего дерева, образовалась вертикальная нора сантиметров семьдесят в глубину, а спрятанного все еще не было видно.
— Либо мы не там ищем, либо орк закопал еще глубже, — теребя всклокоченную рыжую бороду, изрек гном.
После полутора метров в мини-торнадо помимо крохотных черных частиц завращалось что-то крупное прямоугольное и блестящее. Есть! Я перенаправил вихрь в сторону и, плавно размазывая пыль по снегу, отпустил локально разбушевавшуюся стихию.
Небольшого размера металлический сундучок мы открыли тем же заклинанием, что и сейф. Внутри нашли толстый блокнот в потрепанной дерматиновой обложке, несколько прозрачных целлофановых пакетов и фиолетовый карандаш.
— Похоже, Дархан вел дневник. Но опять ничего не понятно. Кроме дат, все остальные записи закодированы, — развернула блокнот Теона.
— Значит, будем расшифровывать, — ответил Базирог. — Лишь бы ключевое слово не пришлось снова искать…
— Кукла, вставать пора! Кукла, подъем! Да проснись же ты! — теребила мое плечо Альфа.
— А? Что? Зачем?
— Я говорю, во дворец пора, на суд.
— Как? А где все?
— Собрались давно, только тебя ждем.
— А что случилось? Почему так рано?
— Так вечер уже.
ГЛАВА 9
Агент Интерпола Ю Ли.
Сколько времени потребуется на то, чтобы стать лучшими подругами? Некоторым для этого необходимо вместе проработать более четверти века, как раз до самой пенсии. Кому-то с первого класса до выпускного бала просидеть бок о бок за одной партой. Другим достаточно пяти лет соседства в студенческом общежитии. А иным не хватает и всей жизни.
Вариантов бесчисленное множество, но все они требуют годы, в крайнем случае месяцы, для осознания наличия вышеупомянутого чувства и проверки его на прочность (исключения из правил типа: «вместе рожали» и «расцарапали друг другу рожи из-за какого-то придурка на дискотеке», когда дружба приходит за несколько часов, не рассматриваем).