Чтение онлайн

— Она просто насмерть перепуганная малышка, которая даже не знает, на какой планете родилась.

— А еще она самое потенциально мощное оружие во всей Галактике, — сказал Айсберг.

— Она всего лишь маленькая девочка.

— Маленькие девочки вырастают, ты же знаешь.

— Но ее способности очень ограниченны.

— Способности тоже могут развиваться.

Мышка покачала головой.

— Все, что она умеет делать, — это угадывать, когда кто-то собирается причинить ей зло.

— А тебе не кажется, что кто-то с даром предзнания, чьи способности еще в зачаточном состоянии, может представлять угрозу?

— Для кого? — требовательно спросила Мышка. — Для головорезов, которые за ней охотятся?

— Для любого человека и любого мира, которые ей почему-либо не понравятся.

— Не будь смешным!

— Разве? Подумай: из того, что я слышал, в том числе и от тебя, ты путешествуешь с ребенком, который может сделать так, что взрослый человек упадет на месте и умрет.

— Все происходит вовсе не так, как ты думаешь, — сказала Мышка.

— Ты хочешь сказать, что она не может заставить человека умереть?

— Это не так просто.

— Мне кажется, что это именно так просто.

Мышка покачала головой.

— Она обладает какой-то формой предзнания.

— Это я уже слышал.

— Она может видеть варианты возможного будущего и иногда влиять на то, какой из них воплощается в реальность.

— Как я уже сказал, тебе нужна моя защита. Ей защита никогда не была нужна.

— Она далеко не всегда может выбрать будущее, в котором она в безопасности. Иногда просто нет никакой альтернативы, и тогда ее ловят.

— Тебе не приходило в голову, что по мере того, как она будет расти, ей будет открываться все большее и большее число альтернатив?

— Я очень надеюсь, что так оно и будет, — сказала Мышка. — Она уже и так настрадалась вполне достаточно.

Айсберг сделал нетерпеливый жест рукой.

— Я не имею в виду те варианты будущего, в которых ей ничто не угрожает.

— А что же?

— Если существует бесконечное количество возможных вариантов будущего и она научится все лучше распознавать и манипулировать ими, то почему ты так уверена, что не наступит день, когда она увидит будущее, в котором железной рукой будет управлять всей Галактикой, а также сможет повернуть события так, что именно это будущее превратится в реальность?

— Боже мой, Карлос! Она всего лишь перепуганная до смерти маленькая девочка. В твоем же представлении это какой-то монстр.

— Я не сомневаюсь, что Калигула, и Адольф Гитлер, и Конрад Бланд когда-то были перепуганными маленькими мальчиками. Они выросли. — Он помолчал. — Ты уверена, что хочешь, чтобы и она выросла?

Она вперила в него яростный взгляд:

— Ты действительно мерзавец. Ты не помог мне одиннадцать лет назад; мне надо было сразу сообразить, что от тебя ждать помощи не приходится.

— Ты знала, на что шла, — сказал Айсберг. — Когда я узнал, что тебя поймали, я пытался устроить обмен, но обмен их не интересовал.

— И ты просто списал меня.

— Любым из нас можно пожертвовать. — Его лицо не отражало никаких эмоций. — Это заложено в природе игры.

— Игра вовсе не кажется тебе игрой, когда ты сидишь в камере на чужой планете.

— Вероятно, ты права.

Снова наступило молчание; Мышка рассматривала того Айсберга, что сидел перед ней, и пыталась согласовать увиденное со своей памятью о Карлосе Мендосе.

— Ты хорошо выбрал свое новое имя, — сказала она наконец. — Ты никогда не отличался особой теплотой и не показывал, что чувствуешь, но теперь ты холоден как лед.

— Горячность и экспансивность никогда не решали проблем, — отозвался он. — В конечном счете они приносят только боль.

— Мне теперь трудно поверить, что когда-то я любила тебя, — сказала она. — Такое впечатление, что ты был совершенно другой человек.

— То был совершенно другой человек. Его звали Карлос Мендоса, и его больше нет.

— Может, оно и к лучшему, — сказала Мышка, вставая из-за стола. — Похоже, нам придется попытать счастья еще где-нибудь. Извини, что напрасно потревожила тебя.

— Заткнись и сядь, — сказал Айсберг. Он даже не повысил голоса, но его тон был настолько властным, что, к своему изумлению, Мышка обнаружила, что подчинилась ему.

— Так-то лучше, — продолжал он. — Ты и девочка в безопасности, пока вы находитесь на Последнем Шансе, — это по крайней мере я тебе должен. — Он выдержал паузу. — Мое покровительство не распространяется на Вечного Малыша. Теперь отправляйся в отель и побудь там, не выходя из комнаты, полчаса. За это время я дам знать всем, кому нужно.

— Что насчет Малыша?

Айсберг пожал плечами.

— Он может остаться или улететь, как ему будет угодно, — но если он желает найти кого-нибудь, кто положит конец его бесконечной скуке, то здесь у него столько же шансов, как и везде.

— Ты имеешь в виду себя?

Он покачал головой.

— У него нет причин желать мне смерти, а мне незачем самоутверждаться.

— Если я буду еще здесь через три недели, — сказала Мышка, — то кое-кто ко мне присоединится. Это иллюзионист, его зовут Мерлин. Я хочу, чтобы защита распространялась также и на него.

Айсберг изучающе посмотрел ей в лицо и кивком подтвердил свое согласие.

Мышка отодвинула стул и поднялась.

— Еще увидимся, — сказала она.

— Полагаю, что да.

— Официантка сказала, что с меня не возьмут плату за комнату и выпивку. Это остается в силе?

— То же распространяется и на еду.

— Ну еще бы, — сказала она. — Хорошо, когда чистую совесть можно купить так дешево.

— Я не чувствую за собой вины, — отозвался он. — Но я чувствую себя обязанным.

— Ты просто ошеломляешь меня глубиной своих переживаний, — сардонически заметила Мышка.