Чтение онлайн

— А меня Мей, — ответил он, надеясь, что это звучит не очень глупо после «господина Онира».

В устах служанки путь до Большого зала выглядел просто, но Мей долго плутал по коридорам, пока не встретил давешнего дворецкого; тот с каменным лицом проводил его.

Зал действительно был большим — там бы, наверное, легко разместились несколько таких домов, как тот, в котором жила семья Мея. В очагах трещал огонь, на потолке висели люстры, а длинные дубовые столы были накрыты гербовыми скатертями. Должно быть, в старину тут проходили весёлые и многолюдные пиршества.

Во главе одного из столов сидел грузный, широкоплечий мужчина с каштановой с проседью гривой волос и бородой. Глаза его смотрели внимательно и строго, так что Мей немного оробел, пока кланялся.

— Что ж, юноша, добро пожаловать в Ниис, — лорд неожиданно приветливо улыбнулся. — Присаживайся... Меидир?

— Да, милорд. Можно просто Мей.

— Мы к твоим услугам. Моя супруга — леди Амельда. Мой старший сын и наследник — Таллиам, второй сын — Керд, — эти двое, с разницей в пару лет, очень походили друг на друга; волосы у обоих были отцовские, только Таллиам казался выше и тоньше, а Керд был приземистым, жилистым и смотрел исподлобья. — Радость этого дома — Маира, — худенькая девочка лет четырнадцати со светлой косой смущённо зарделась, — а вот малыши Вейр и Эйла, — двое младших детей исподтишка пинали друг друга под столом, а Маира то и дело на них шикала.

— Я не малыш! — возмутился мальчик лет семи. — Я умею читать и стреляю из лука не хуже Талли.

— Ради Прародителя, не зови меня «Талли», — нахмурился «старший сын и наследник».

— И, собственно, Тернегар аи Ниис, — закончил лорд, не обратив ни малейшего внимания на эти заявления. — Как видишь, мы ждём только Веттона и вашу спутницу.

Веттон, наверное, вертится перед зеркалом. А Анна... Задерживаться необычно для неё.

— Для меня большая честь познакомиться с Вами и Вашей семьёй, милорд.

— Какими судьбами в наших краях? — спросила леди Амельда. Мей замялся. Что он мог ответить? «Чтобы спрятаться у вас, потому что меня хотят убить»?

От неловкой паузы его спас вошедший в зал Веттон, который галантно поддерживал под руку Анну. Он был в чём-то пёстром, она — в скромном, но изящном платье песчаного цвета. Мей с трудом верил, что столько дней видел её в рубахе и мужских штанах.

— А вот и виновник! Иди сюда, чародей, — с раскатистым смехом лорд Тернегар обнял сына. — Ты, наверное, все вещи в дороге тащил за собой силой мысли?

— Нет, на это требуется слишком много сил, — важно ответил Веттон.

Тут пошли семейные разговоры, взаимные восторги, восхищения и объятия, а слуги принялись разносить блюда.

— Расслабься, сегодня ведь радостный день, — негромко сказала Анна, усаживаясь рядом с Меем. Его обдало тонким запахом её духов.

— Да, конечно.

— Хочешь, сходим завтра посмотреть на Белый камень?

— Я думал, ты запретишь мне выходить из замка, — усмехнулся он.

— Я не настолько жестока.

Что и говорить, ужин был потрясающий: баранина под каким-то соусом, гусь, головка ароматного сыра, печёные яблоки... Всё это дополнялось водой и изысканным вином. И всё же Мей понял, что скучает по незамысловатой домашней еде.

И ещё у него разболелась голова. «Может, это от вина», — со слабой надеждой подумалось ему. Но вряд ли — эту боль он знал слишком хорошо.

После ужина семья Ниис долго не могла наговориться — обсуждали в основном успехи Веттона (слегка им приукрашенные) и предстоящую женитьбу Таллиама на младшей дочери лорда Леверна. Сам Таллиам, видимо, был не в восторге от этой перспективы.

Веттон не сказал ни слова о том, почему и зачем приехал Мей. Должно быть, решил поведать отцу наедине — так и вправду лучше.

Наконец все разошлись по комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи. Слегка захмелевший Мей, терпя боль в черепе, подумал, что выторговал у Близнецов ещё один день.

Придя к себе, он еле переоделся на ночь и рухнул на перину, сражённый усталостью. Однако боль не отпускала, и он не мог уснуть.

— Ну давай уже, — взмолился он шёпотом. — Хватит.

И Дар будто послушался.

... Мир, скованный цепями позорного рабства. Властитель на троне в золотом ореоле.

И Другой — более жестокий, более опасный, как змея, или хлыст, или яд. Подбирается к трону — всё ближе и ближе, медленно, подобно чуме. Всё потонет в крови, когда он поднимется на ступени.

Ничего не останется...

Мей открыл глаза. Он лежал на ковре ничком — упал с кровати. Со вздохом он поднялся и отыскал в темноте сумку. Зажёг свечу на письменном столе и неспешно вывел в записной книжке: «403 год, месяц тепла, десятый день. Пятое видение...»

Теиг давно так не волновался. Он метался по дому, не зная, за что взяться. Прикрыл дверь в комнату отца, чтобы оттуда не так оглушительно доносился храп. Поставил стол поровнее. Даже попробовал причесаться. Если бы неподалёку был Мей, он наверняка бы насмешливо скривился и назвал его девчонкой. Хотя нет, о Мее лучше не думать сейчас. Он и так ощущает себя редкостным негодяем — будто выкупался в грязи.

На улице темнело. «Уже скоро», — радостно и обречённо подумал Теиг. Скоро Риэти придёт в этот старый дом и увидит его таким же толстым, нелепым, трусливым идиотом, как всегда. Ещё и кое-что услышит. Он до сих пор не понимал, как осмелился решиться на то, что собирался сделать. Может быть, ему опустили на затылок что-то тяжёлое, а он и не заметил. По крайней мере, Мей сказал бы что-то в этом духе.

Нет, ни в коем случае не думать о Мее. Уже вовсю весна, а от него ни слова. Слава богам, если он жив. «Конечно, он должен быть жив. Лучше бы умер подлец вроде меня».

На днях Теиг получил коряво исписанную грамотку о том, что закончил школу, и нанялся носильщиком к местному богатому торговцу — другой работы не нашлось, хотя, надо признать, носильщиком он был никудышным. Вряд ли торговец нашёл бы себе кого-то ещё более неуклюжего и медлительного, но пока терпел.

Теиг снова раскрыл книгу на том самом месте. Пару дней назад, в очередной раз пролистывая жуткие страницы, он наткнулся на эти строчки — и ощутил, как волосы зашевелились на голове. Строки эти были обведены аккуратной рукой господина Тейно, и это оказалось, пожалуй, ужаснее всего.