Чтение онлайн

– Метакон? – спросил Стас наивно.

– Почему Метакон? Дело ещё не дошло до полного «размыва» цивилизации. Я имею в виду СТАБС. Мы считаем, что именно он виноват в создавшемся положении, а точнее – лично фундатор. Глава СТАБСа решает какие-то свои личные задачи, пустив дела в Регулюме на самотёк.

– Откуда вы знаете?

– Равновесие для того и существует, чтобы знать всё о Регулюме и отводить от него все беды.

– Если вы такие мудрые, почему не объединитесь с Равновесием-А? Наверняка смогли бы взять ситуацию под контроль.

Губы Амалии Даниловны побелели от усилий сдержаться. Она помолчала, проглатывая какие-то резкие слова, улыбнулась через силу.

– Удивительно, что вы так много знаете о наших Равновесиях. Такие знания не характерны для обыкновенного абсолютника. И всё же я отвечу: мы работаем. Мы работаем в этом направлении и когда-нибудь придём к консенсусу. Но сегодня мы разъединены и решаем проблемы разными путями. Кстати, «коз…»… э-э, равновесники РА получили приказ ликвидировать вас в отличие от наших намерений. Я закончу. Фундатор Имнихь мешает процессу стабилизации в Регулюме, что вполне может привести к появлению в реальности другой силы – Метакона. А он запросто может запустить матричный коммандер, чтобы не допустить прорыва агрессии в систему регулюмов.

– В Галактику, – машинально сказал Стас. – Что такое матричный коммандер?

– Вам не дали эту информацию? Кстати, кто вам помог прорваться из виртуала в мейнстрим-реальность?

– Комба С… – начал Стас, размышляя над словами маршалессы.

– Комба СТАБСа, – поняла она по-своему. – Я так и знала. Значит, даже комиссары СТАБСа понимают, что их генеральный изжил себя.

– Что такое матричный коммандер?

– Особая программа, способная внедряться в материальную ткань любого Регулюма и нейтрализовать генетическую программу его развития. По сути это означает сброс цивилизации и самого Регулюма в хаос.

Над столом маршалессы бесшумно вырос алый лучик, но она не стала отвлекаться на новое сообщение, только глянула мельком на экран.

– Фундатора надо убрать! У вас большие возможности, вам помогает комба СТАБСа, и…

– Что – и?

– У нас ваши девушки, – дёрнула уголком губ Амалия Даниловна, намечая улыбку. – Мы договоримся?

Стас хотел сказать, что она ошибается в оценке его возможностей, но заглянул ей в глаза и понял, что отрицательного ответа маршалесса не примет.

– Надеюсь, вы дадите мне время подумать?

Над столом маршалессы сверкнул ещё один красный лучик. Она покосилась на компьютер, поколебалась немного, потом дотронулась пальцем до клавиатуры селектора.

– Наталья Сайдуллаевна.

В кабинет вошла мужеподобная помощница.

– Проводите господина Панова в нашу гостиницу.

Он покачал головой, поднялся.

– Пока не увижу Дарью… и Дарью, ни о каком соглашении речь идти не может.

– Хорошо, вы поговорите с ними. – Амалия Даниловна посмотрела на помощницу. – Обеспечьте им контакт.

«Крокодил в юбке» отступила в сторону.

– Идёмте.

Стас направился к двери, оглянулся на пороге.

Маршалесса РК смотрела ему вслед, и ничего хорошего её взгляд не обещал.

В последний раз Оллер-Бат отдыхал больше трёх земных лет назад. Поэтому он удивился (в пределах той эмоциональной сферы, которая была ему доступна), когда получил от главного администратора СТАБСа уведомление, что ему предоставлен отпуск с «неограниченным ресурсом».

В принципе, комба в официально оформленном отпуске не нуждался, так как всегда мог отдохнуть пару-тройку дней в перерывах между делами. Однако и отказываться от предложения было как-то неловко, хотя стоило задуматься о причинах такого невероятного послабления.

Через коммуникатора информационной сети Оллер-Бат вызвал администратора, поскольку личные контакты между сотрудниками СТАБСа не приветствовались, и вежливо спросил, кто проявил инициативу.

– Фундатор, – был ответ.

– Но я ещё не выполнил задание полностью.

Лицо администратора в мысленном «сервере» связи не дрогнуло; он жил на Земле, занимал высокий пост в одной из специализированных информационных служб (в НАСА), но вряд ли показывался абонентам в своём истинном облике.

– Обратитесь к фундатору.

– Благодарю, – сказал Оллер-Бат, – за совет. Слава экселенцу!

С минуту он расхаживал по галерее, опоясывающей его личные владения, размышляя о необычной щедрости фундатора. Как и глава СТАБСа, предпочитавший жить в естественных условиях во времена расцвета марсианской цивилизации, Оллер-Бат тоже жил в прошлом, на одном из островов Атлантического архипелага, до войны Атлантиды и Гипербореи. Единицы измерения времени в ту эпоху отличались от минут, секунд и часов, которыми измеряли время люди, потому что Земля вращалась вокруг оси с другой скоростью, чуть быстрее, и размеры у неё были чуть поменьше. Однако психологически переживаемые периоды хронодвижения были, по сути, равными. Минута размышлений Оллер-Бата длилась для него столько же времени, сколько и минута для человека двадцать первого века.

Полюбовавшись разгулявшимся под ветром океаном в час заката, Оллер-Бат вернулся в свой технологически совершенный рабочий модуль (кабинет, как называли такие модули люди) и вызвал фундатора.

Тхабс-связь сработала не сразу, словно поисковый сервер с трудом нашёл руководителя СТАБСа в Регулюме. Затем перед глазами атланта сформировалась призрачная мысленная фигура фундатора.

– Слушаю вас, муатдин, – раздался шипящий бесстрастный мыслеголос.

– Экселенц, я не закончил работу, – сказал Оллер-Бат.

– Отдохните, муатдин, вы устали. Вашу работу закончит другой комиссар.

– У меня появились определённые сомнения относительно целесообразности ликвидации милиссы Пановых.

– Вот почему вам и предлагается отпуск. Отдохните и возвращайтесь, вам будет чем заняться.

– Хорошо, экселенц. Однако хотел бы поделиться кое-какими интересными…

– Потом, уважаемый муатдин, – перебил комбу Имнихь. – Вернётесь из отпуска, и поговорим.

Оллер-Бат хотел возразить, что у него есть сведения о запуске в Регулюм программы ИЗАР, но вдруг ощутил волну холодно-высокомерного неприятия, исходившую от «призрака» фундатора, и передумал.