Чтение онлайн

– Я провожу исследование для подкаста, – говорю я, пытаясь понять, какую тактику лучше использовать. Обычно в таких ситуациях разговоры берет на себя Андреа, так что сейчас чувствую себя немного не в своей тарелке. – Изучаю историю Сатклифф-Хайтс. Здесь произошли кое-какие важные события, которые могли попасть в национальные новости.

– Понятно, – говорит женщина. На ее лице проступает облегчение. – Подкаст? Это что-то вроде TED Talk [13] , да?

– Это что-то вроде радиопередачи, которую можно послушать в Интернете, – отвечаю я.

– Ну, – говорит она, – мы с мужем живем здесь всего пять лет. У меня должны где-то быть данные продавца.

Вижу, как она мысленно прикидывает, что делать, и я очень рада, что надела подходящий для благотворительного обеда костюм. Похоже, она пришла к выводу, что я слишком хорошо одета, чтобы замыслить что-то коварное. В конце концов, деньги признают деньги.

– Не хотите зайти? – спрашивает она.

Сижу у нее в гостиной и пью чай со льдом, пока она роется в коробке с бумагами, которую принесла из кабинета. Напротив нас на диване разлеглась пара борзых. Они устало и настороженно наблюдают за мной. Я явно нарушила их привычный распорядок дня. Скорее всего, помешала им вздремнуть после полудня.

– Как их зовут? – спрашиваю я, указывая на собак.

– Чарльз и Диана, – отвечает она. – Их разводит моя сестра, поэтому она и подбирает имена. Можно подумать, в мире не происходило ничего важного с восьмидесятых. Предыдущую пару звали Сонни и Шер.

– Мило, – говорю я.

Она выуживает из коробки лист бумаги и изучает его, слегка приспустив очки для чтения.

– Нашла, – сообщает она. – Прошлую владелицу звали Эбигейл Вудс.

– Эбигейл Вудс? – Странный поворот событий, если Ава ничего не перепутала. – А не Кетчум? – спрашиваю я.

Женщина качает головой.

– Нет, не думаю.

– А, – говорю я, и женщина, вероятно, замечает, что эти новости меня слегка разочаровали, поскольку она снимает очки для чтения и указывает ими на меня.

– Видите ли, по-моему, это был второй дом продавца. Припоминаю, что большую часть года она жила в Нью-Йорке.

– Вы не знаете, может, она кому-нибудь сдавала дом или здесь жил кто-то еще? – спрашиваю я.

– Какое-то время здесь жил ее брат, кажется, занимался ремонтом дома. По словам риелтора, он был подрядчиком в этом районе, дом ремонтировал сам. Но когда мы купили дом, он уже освободился.

– И она не объяснила, почему продает? – спрашиваю я.

– Указала обычные причины, – отвечает женщина. – Слишком дорого держать второй дом. Ну, знаете, все как обычно.

– Вы что-нибудь помните о девушке, которая когда-то здесь жила? – спрашиваю я. – Подросток, которого убили?

Женщина вроде бы слегка бледнеет.

– Убили прямо в доме? – спрашивает она. – О нет, думаю, о таких вещах нужно сообщать, прежде чем выдавать разрешение на продажу дома.

– Нет, – торопливо говорю я. – Не в доме. Согласно имеющейся у меня информации, здесь жил ее отец и подростком она приезжала сюда на лето. Она умерла позже, уже когда переехала в собственную квартиру.

– Знаете, я что-то такое припоминаю, – отвечает она, присаживаясь на диван рядом со мной. На ногах у нее опухшие синие вены под ремнями сандалий. – Она пропала, да?

– Да, однажды вечером исчезла по пути на встречу с друзьями. Два дня спустя ее труп нашли в ЛаБаг-Вудс.

– Верно. – Женщина кивает. – Какой ужас! Я помню, как дамы из моего книжного клуба обсуждали это, когда мы читали «Девственниц-самоубийц».

– Но вы не знали, что она жила здесь? – спрашиваю я.

– Понятия не имела. Просто знала, что она была местная. Может, муж знал, – говорит она. – Слушайте, если вам потребуется взять у кого-нибудь из нас интервью для вашего радиошоу, мы с радостью поможем. – Нацарапав свой номер телефона под контактными данными Эбигейл Вудс, она протягивает мне листок бумаги.

– Спасибо. – Ставлю стакан на стол и встаю. – Если у меня возникнут еще вопросы, я с вами свяжусь.

– Конечно, – говорит она и тоже встает. А потом машет руками, как будто ее только что окунули в холодную воду. – Ой, вспомнила! – восклицает она. – Ее вроде бы звали Мэгги, да?

– Мэгги? – переспрашиваю я и с такой силой стискиваю зубы, что боль ударяет в виски.

– Да, – распаляется она. – Теперь вспомнила! Говорили, она исчезла, а потом ее нашли в лесу. Мэгги как-то-там. Местная девочка. Это полезная информация?

Хочу сказать ей, что Мэгги – не та девушка, которую нашли в лесу. Что Мэгги так и не нашли. Что этой женщине следует сказать своему чертову книжному клубу перестать сплетничать о моей сестре. Но вместо этого заставляю себя улыбнуться.

– Да, – отвечаю я. – Очень полезная.

Как только я сообщаю, что хочу обсудить дело Сары, Ава приглашает меня к себе на обед в пятницу.

«У меня редкие выходные, – пишет она в сообщении. – Так что сможем узнать друг друга поближе».

По адресу, который дает мне Ава, расположена новостройка в Викер-парке, один из тех современных домов, где спереди сплошные окна. Два этажа зеленого стекла отражают небо и улицу позади меня. Звоню в дверь и через матовую панель входной двери наблюдаю, как приближается Ава, слегка покачиваясь на лестнице со второго этажа. За стеклом она напоминает клубок дыма.

– Привет, – говорит она, открывая дверь, и приглашает меня войти. – Я тебя едва узнала без готического прикида.

Поднимаю руку к волосам, вспомнив темный парик, который был на мне в ночь нашего знакомства, и чувствую, как шею охватывает жар.

– Ага, это немного чересчур, да? – спрашиваю я.

Со второго этажа доносится музыка, напоминающая песню «Chain of Fools» [14] . Кудрявые волосы Авы убраны с лица и заколоты, она босиком и держит в руке пузатый бокал красного вина. Выглядит она невероятно молодо для врача, но губы накрашены красной помадой, и я почти уверена, что свободное синее платье на ней – от Ральфа Лорена. А квартира на первый взгляд, наверное, стоит столько же, сколько дом моей матери.