Чтение онлайн

Щелкает затвор, переводчик огня становится в положение «непрерывный», длинная очередь распарывает тишину невесомости. Автомат работает как реактивный двигатель, отдача выстрелов толкает стрелка в противоположном направлении. Данила летит задом наперед, аки герой боевика, получивший выстрел в грудь из танковой пушки. Груди хоть бы что, герой мчится, выпятив зад, растопырив руки и вытаращив глаза. Наверно, от счастья, что зад не пострадал. Так и Данила летит спиной к шлюзу, за которым его корабль. Пролетая, он успевает ухватить за край плаща карлика. «Как в сказке, — мелькнула мысль. — Сказочный герой летит, держа рукой бороду колдуна. Жаль, красавицы спящей нет!»

За мгновение до столкновения с обшивкой корабля Данила выкрикивает команду «Открыть шлюз» и сразу же «Закрыть шлюз». Оказавшись в тамбуре, бросается к лифту.

— В рубку! — приказывает он и тотчас больно ударяется головой по потолок.

Электронный мозг корабля среагировал на эмоциональный всплеск в голосе, запустил лифт на максимальной скорости и тормознул тоже максимально резко. Держась за ушибленную макушку, Данила прыгает в кресло управления, как лягушка с берега в воду. Лишь пристегнувшись он вспоминает, что кораблем можно управлять из любого помещения, на то и существует беспроводная связь с искусственным интеллектом. «Проклятая невесомость! — подумал он. — Из-за нее теряешь способность нормально мыслить и соображать. Надо будет срочно обзавестись этим генератором магнитного поля, про который Гулям говорил. Или отрезать ноги за ненадобностью и пришить крылья, как у летучей мыши».

— Обстановка за пределами корабля! — спрашивает Данила, не забыв придавить ногой край плаща карлика.

— Летательный аппарат типа «воздух космос» удаляется с максимальным ускорением, — отвечает «мозг» Роджера. — Опасности не представляет.

— Уничтожить можно?

— Да, но выстрелы демаскируют нас.

— Кто обнаружит?

— Эскадра кораблей рептилоидов. Они дрейфуют в пятистах километрах от нас, боевое построение полусфера, готовы к бою.

— Э-э, извиняюсь за глупый вопрос. Почему они не видят нас сейчас? — чуть смущенно спрашивает Данила.

— Потому что режим маскировки включается автоматически всякий раз, когда вы покидаете корабль. Вы так установили настройки. А выключается по отдельной команде.

— М-да, спасибо … что делать дальше?

— Ничего. Корабли рептилоидов смещаются синхронно с вращением планеты. Предполагаю, что они следят за тем летательным аппаратом, с которого вы только что вернулись столь необычным способом, прихватив неизвестное живое существо.

— Остроумно, — криво улыбнулся Данила. — А живое существо … оно живо?

— Да. Имеются повреждения внутренних органов и частей скелета, но они не критичны. Предлагаю доставить существо в медицинский отсек и восстановить жизнедеятельность для дальнейшего изучения.

— Согласен, — кивнул Данила. — Доставляй и изучай.

Голое тело рептилоида инспиратора — внушателя, гипнотизера, подавителя воли, властелина психики, — назови как угодно, суть одна — так вот, телеса супер гипнотика выглядели отвратительно. Тело любого живого существа есть результат безжалостного отбора, осуществляемого природой на протяжении миллионов лет. Оно совершенно на данный отрезок времени для тех условий, в которых существует этот организм. А несовершенные погибают, становятся кормом для других. Физический мир и все, что его составляет — в том числе живая материя, — непрерывно меняется. Жизнь приспосабливается к изменяющимся условиям или гибнет.

Но для мыслящих существ есть и другой путь — перестроить окружающий мир для себя. Это сложно, тяжко и порой просто невыносимо. Это пытка длиной в жизнь и являющаяся, по сути своей, самой жизнью. Оба процесса идут параллельно друг другу и должны сомкнуться когда-то в одной точке пространства и времени. Исчезнет разделение на живую и мертвую материю, мир будущего станет таким, каким невозможно сегодня представить даже приблизительно (Фантасты и футурологи? Вешайтесь, самонадеянные придурки!) Но пока мы имеем то, что есть.

Инспираторы выбрали свой путь, отличающийся настолько, насколько сами они отличались от других рептилоидов.

После короткого отдыха Данила входит в медицинский отсек. О том, что инспиратор пришел в себя, понял по голосу, тотчас прозвучавшему в его голове.

«Ты удовлетворен победой?»

«Идиотский вопрос, — хмыкнул Данила. — Во всяком случае, идиотский для человека. У вас иначе?»

«Наше существование это цепь непрерывных побед. Рептилы считают нас богами. Тем удивительнее беда».

— Беда, победа, не беда … пустая игра слов, — говорит Данила, отмахиваясь. — Говорить нормально разучились, боги?

— Похоже, мы разучились не только говорить, — тихо шепчет инспиратор. — Мы разучились жить.

— Ага! И ты понял это, как только получил сапогом по морде. У нас, на Земле, это очень распространенный способ обрести просветление и попасть в нирвану. Так что не тяни кота за яйца и рассказывай! Что вы за огурцы такие и вообще.

— Я чувствую твое отвращение ко мне.

— А ты чего хотел? Неземной любви и всеобъемлющего милосердия? — с ухмылкой ответил Данила. — Видок у тебя действительно не того. Боги физкультурой не занимаются?

Данила накрывает на распростертое на операционном столе тело громадной салфеткой, на всякий случай еще раз проверив ремни крепления рук и ног. «Божьи» телеса напоминают рахит в последней стадии, цветастая кожа поблекла, сморщилась, из открывшихся пор выделяется неприятный серный запах. Такое впечатление, что гниет заживо, хотя «мозг» Роджера заверил, что здоровье инспиратора опасений не вызывает. Ладно, плевать! Сдохнет так сдохнет, но прежде надо побеседовать.

— Для начала расскажи, каким образом вы воруете людей, — спрашивает он, усаживаясь на соседний стол.

— Просто, — криво улыбнулся инспиратор. — Корабль на большой скорости входит в червоточину …

— Насколько большой?

— Двадцать процентов от световой. Больше нельзя, можно врезаться в блуждающий астероид на выходе или сгореть в атмосфере Венеры. Она там неподалеку.

— На такой скорости можно и Юпитер не заметить.

— Можно. Не медлить в червоточине нельзя, затянет в воронку.