Чтение онлайн

— Протонные батареи? Это выдумки писателей фантастов!

— На Земле. А здесь … здесь тоже фантастика, — признался Тигран. — Но ходят слухи, что рептилоидам все же удалось создать компактную протонную батарею и даже наладить производство. Оно очень дорогое, очень сложное и опасное. И никто не знает, где расположен завод.

— Получается, Роджер знал? Наронгсак, ты был его телохранителем … тебе что-то известно?

— Нет, — помотал головой Наронгсак. — Я стал телохранителем не так давно. Роджер мог украсть эти батареи раньше.

— Так просто взять и украсть сверхсекретную разработку рептилоидов? — усомнился Данила.

— Он какая-то рассказывал мне, что однажды он едва выжил при нападении на конвой рептилоидов, — заговорила Наталья. — Погибла вся его команда. Он вроде хотел отбить товарища. Или ограбить корабль рептилов.

— Это не суть важно! — взмахнул руками Тигран. — Отжал, ограбил — какая разница? На сегодняшний день это мощнейшие источники энергии в мире инсектов и рептилоидов.

— Ну, допустим. И что дальше?

— Как что? — удивился Тигран. — Энергия — это мощное оружие, это космический корабль с непробиваемой защитой и вооружением, против которого не устоит никто и ничто.

— Ну конечно, — хмыкнул Данила. — Галактический крейсер, имперский звездный флот, звезда смерти … имея столько всего Роджер промышлял мелким разбоем и простецким рэкетом. Чего же он сам корону властелина галактики не примерил?

— Трудно сказать, — со вздохом ответил Тигран. — Может, просто не хотел? Батареи могли попасть к нему случайно. Продать нельзя, выбросить жалко. А становиться властелином галактики … зачем? Роджер был стар, занимал почетное место в иерархии в колонии людей, был уважаем и пользовался авторитетом. К чему рисковать, если у тебя уже есть все, а жизни осталось не так много? Вот он и спрятал батареи здесь … может быть.

Данила внимательно смотрит на ящики. В зеленоватом свете ночного зрения они кажутся сказочными сундуками, полными загадок и тайн. Мигающие огоньки индикаторов похожи на глаза дремлющих демонов, с незапамятных времен стерегущих наследство древнего злого волшебника. А там всего лишь бомба, то бишь меч кладенец. Или банальная батарея, пресловутый источник неиссякаемой энергии. Великая человеческая мечта о халяве! Джинн из кувшина, скатерть самобранка, ковер самолет и венец сладких грез — волшебная палочка. Которая одним прикосновением превращает тыкву в карету, мышей в лошадей, а чумазую замухрышку уборщицу в принцессу. Правда, на время. Потом все равно придется работать над собой, чтобы действительно стать если не принцессой, то хотя бы не остаться уборщицей. А также заработать на карету, лошадей и кучера.

Данила глядел на ящики и думал о том, что говорил ему Роджер, умирая на мокром песке. Собери команду, будь безжалостным, покори планету … на фига? Для чего становится королем? С какой целью убивать, грабить и обращать в рабство? Жизнь продлевает? Нет. Дарит бессмертие? Только на бумаге. Тогда что? В человеческой культуре жажда власти ради власти считается нормой. Люди карабкаются по карьерной лестнице, не брезгуя ничем. Деньги, слава, власть, зависть окружающих — ради этого мы готовы на все. Правда, находятся выродки, которым слава и власть даром не нужны. В смысле, по праву рождения. Ну вот не хочет становиться королем сын короля. Не хочет и все! И жену себе выбирает не по титулу и происхождению, а по сердцу. Глупо, непрактично, не по людски!

А может быть, он как раз и есть тот самый настоящий человек? Который «звучит гордо» и пишется с большой буквы. А мы, остервенело грызущие друг друга, просто животные, не заметившие искры Божьей в своей душе. Да и души наши считаем всего лишь товаром, который можно выгодно обменять на деньги, славу и власть на зависть окружающих. Рассуждение, конечно, спорное, но все же не надо с таким энтузиазмом рвать на куски ближнего своего.

— Может, откроем ящики? — робко предложила Наташа.

— А там ничего нет, — меланхолично предположил Данила.

— Ну, уж этого не может быть! — возмутился Тигран.

— Почему? Чувство юмора проявляется по-разному. Вот, к примеру …

— Да открывайте уже! — не выдержал Наронгсак. — Столько времени потратили, пока перли сюда. Рисковали жизнями … открывай, Данила!

— Как? Я понимаю, что вопрос звучит глупо, но все же как?

— Тут простые защелки. Открывай!

Данила с опаской касается крышки ближайшего ящика. Пластик тверд и холоден, как камень. В тишине громко щелкают железные челюсти замков, крышка с неохотой поддается. Прибор ночного наблюдения не дает четкого изображения и Данила включает налобный фонарь. Содержимое ящика скрыто под куском плотной ткани, Данила решительно отбрасывает истлевшую тряпку … яркий блеск ослепляет и заставляет зажмуриться. Данила отступает на шаг, трясет головой.

— Вот это да!!! — неестественно громко шепчет Тигран.

— Черт возьми! — качает головой Наронгсак, а Наташа взвизгивает, будто пчела ужалила.

— Чего там? — спрашивает Данила, безуспешно пытаясь согнать слезы из глаз.

— Алмазы, Данила Уголков, — осипшим голосом говорит Тигран. — Высшей пробы или как там. Самый малый камень с куриное яйцо.

— Алмазы, ага … и они тут ценятся?

— Еще как! Это буквально бесценный материал для создания космических кораблей. Я не знаю, как именно его используют, но и рептилоиды и инсекты очень им дорожат.

— А изумрудов яхонтовых нету?

— Нет. Разве такие бывают? — не понял иронии Тигран.

— Посмотри в следующем ящике, — вздохнул Данила.

Из шести ящиков пять были до верху набиты драгоценными камнями. Наталья устала визжать от восторга, только пищала и прыгала, как заводная. Наронгсак хмыкал, тряс головой и нечленораздельно мычал. Тигран переводил ошарашенный взгляд с одного ящика на другой, морщил лоб и шевелил пальцами, будто подсчитывал на невидимом калькуляторе будущие доходы. Даниле надоело трясти башкой и моргать в усиленном режиме, слезы забрызгали смотровое стекло, а глаза все равно слезились. «Сниму шлем и хрен с ним!» — решил он. Щелкнул замок, шлем неохотно отделяется от ошейника, в легкие врывается свежий воздух.

— Ты что делаешь? — вскрикнул Тигран.

— Дышу, — кратко ответил Данила.

— Но воздух …

— Чист. Я включил анализатор внешней среды, воздух пригоден для дыхания.

— Я проверю … да, так и есть, — говорит Тигран и тоже снимает изрядно надоевший шлем.

— Остался последний ящик. Откроем? — предлагает Наронгсак.

— Может, не надо? — спрашивает Данила усталым голосом. — Камней и так много.

— Драгоценных камней много не бывает, вы что? — возмутилась Наталья.