Чтение онлайн

— Ты хочешь основать собственную династию, — Пак заглянул прямо в глаза Реджинальда, и Шир-Риф почувствовал, что жгущий взгляд проникает в самые сокровенные уголки его души. — Ты хочешь зачать детей, которые приняли бы корону из твоих рук, когда придет срок умирать!

— Нет! — вскричал Реджинальд. — Все ложь, ложь, ни слова правды!

Увы, это была правда — каждое слово. Пак посмотрел на детей.

— Вы слышали его мысли — он рвется к власти. Однако ему не хватает для этого ни разума, ни силы.

Потом эльф снова повернулся к Шир-Рифу.

— Кончится тем, что ты окажешься на поводке у проСПИРТованных волшебников! Потому что от таких бредней, как у тебя в голове, кружится голова, как от похмелья, и рождается анархия.

Шир-Риф посмотрел в глаза Пака и понял, что окружающие слышали каждую его мысль, и даже те, что он так старался подавить. Он прочел у них на лицах свою судьбу, и сердце его ушло в пятки.

— Что будем с ним делать? — прошептал Магнус.

Загорелый локоть врезался ему в лицо, и перед глазами заплясало острие ножа.

— Стоять! — гаркнул голос, словно из бездонной бочки с чесноком. — Ни с места — ведьменыш!

По другую сторону ножа Магнус увидел еще одного солдата, приставившего меч к животу сестры, а рядом — Грегори, скорчившегося от ужаса, поднятого вверх на вытянутой руке, над головой третьего солдата. Ужас за малыша вдохнул в первенца Гэллоугласов новые силы. Не задумываясь, он направил на солдата заклинание старого колдуна, и солдат, державший Грегори, завыл от боли, схватившись за голову, которую пронизала адская мигрень. Выпавший у него из рук Грегори плавно спланировал вниз и мягко приземлился.

Джефри все еще трепыхался в руках четвертого солдата. Камень, взлетевший с земли, чувствительно ударил солдата с мечом в висок. Тот хрипло вскрикнул и грохнулся наземь, выронив из разом ослабевших дланей оружие. Корделия пристально взглянула на меч, и тот метнулся к солдату, который держал Магнуса.

— Стоять! — рявкнул бравый вояка. — А не то у вас в семье появится слепец!

Дети замерли.

Солдаты настороженно следили за ними. Затем сержант отрывисто пролаял команду, и ребятишек окружили крестьяне с вилами наперевес.

Шир-Риф ухмыльнулся.

— Отлично, Бардольф! Ну-ка, Гарольд, освободи меня!

Солдат торопливо бросился разрезать веревки, опутавшие его командира. Шир-Риф уселся, растер затекшие конечности, потом ухватился за руку Гарольда и рывком поднялся на ноги.

«Каким образом они нашли нас?» — подумал Джефри.

Худой человек в ливрее герольда шагнул вперед с высокомерной ухмылкой.

«Это чародей», — подумала Корделия.

Худой издевательски раскланялся.

«Дорльф Картер к вашим услугам, милая леди», — услышали они его мысль.

«Хорошо, что этот поганец назвал свое имя, — мрачно подумал Джефри. — По крайней мере, мы будем знать, кого повесить первым».

Глаза Дорльфа сузились. Он указал Шир-Рифу на Джефри:

— Этого, достопочтимый сквайр, нужно прикончить немедля.

Взгляд Корделии перепрыгнул на него. Затем она посмотрела на вилы, уставившиеся ей прямо в живот.

Магнус разыграл свою часть роли, скрестив глаза на кинжале у самого лица.

Стоявший рядом с Джефри солдат было взмахнул алебардой, и умер бы тотчас на месте, если бы Шир-Риф не поднял руку:

— Эй, погоди! Эти дети слишком ценны для того, чтобы убить их просто так! Король Туан не осмелится сражаться с нами, пока они у нас в плену!

Джефри, с лицом, как кремень, послал телепату кинжальный взгляд, и Дорльф завизжал и прижал ладони к вискам, изогнувшись в агонии.

— Остановить его! — гаркнул Шир-Риф, и солдаты бросились на помощь Дорльфу. — Да не его, идиоты — мальчишку!

Дымок заклубился над руками солдата, сторожившего Корделию, и он с воем выронил меч.

Нож перед глазами Магнуса раскалился докрасна, и солдат с бранью выронил его. Меч и нож упали в сухую листву, тут же вспыхнуло пламя, и солдаты в панике завопили, затаптывая огонь.

Дорльф осел наземь без чувств, а то и того хуже.

— Я был не прав — убейте их! — завопил Шир-Риф, побагровев от ярости.

Солдаты бросились на детей, размахивая мечами и алебардами, но оружие зажило само по себе — вырывалось из рук, било в грудь, теснило крестьян-новобранцев, подбегавших сзади.

Грегори ухватился за подол Корделии, и лупил взглядом солдат из-за спины сестры и братьев. С земли в солдат полетел град из камешков и веток. Крестьяне с руганью отскочили, потом снова бросились вперед, закрывая лица руками — но Грегори метко находил уязвимые места, и стоны боли чередовались с визгом.

Нападающие в панике отступили. Один из них выронил меч, и тот подпрыгнул вверх, завертелся перед солдатами, словно крылья мельницы под порывом ветра, поворачиваясь то туда, то сюда, словно отыскивая, кого бы зарубить. Крестьяне отступили еще немного, стараясь найти брешь и ударить — но бреши в обороне не наблюдалось.

Подковы и зубы Фесса, кажется, были вездесущи, и рог единорога покраснел от крови — но вокруг теснилась сотня солдат, а то и больше.

Джефри, бледный от ярости, шагнул вперед. Солдаты, оказавшиеся перед ним, разлетелись в стороны, натыкаясь на товарищей, толпившихся за спиной, и опрокидывая их. Ряды солдат словно разрезал гигантский плуг, неумолимо двигавшийся вперед.

«Нет, Джефри!» — изо всех сил подумал старший, но средний брат, словно не слышал его. Он шел вперед, медленно, шаг за шагом, словно брел по колено в патоке. Одна, только одна мысль звенела у него в голове, снова и снова: «Шир-Риф! Я умру, но прикончу ядовитого гада по имени Шир-Риф!»

Магнус бросился за ним, присоединив свои силы к напору Джефри, расталкивая, сбивая с ног солдат. Он не хотел убийств — но если кто-то и должен был умереть, то пусть лучше это будет Шир-Риф, а не его, Магнуса, брат.