Чтение онлайн

Холл выстроил три возможных типа декодировки. В первом случае получатель принимает «предпочитаемые» значения, чего и хотел добиться отправитель. Во втором, опираясь на оппозиционный код, он отрицает сообщение. В третьем – возникает «договорное» значение, в котором сочетается что-то из «предпочитаемого» с отрицаемой другой его частью.

Все это отражает борьбу с гегемонией в коммуникации. Слово «гегемония» сразу же вызывает к жизни представления А. Грамши, и мы понимаем, что находимся в рамках неомарксистского подхода.

П. Лау считает, что своей теорией Холл открыл новый подход к исследованию как «аудитории», так и «чтения» [4]. Читатель предстает в ней как создатель значений, соответственно, начинает рушиться и манипулятивная теория, поскольку активная позиция читателя легко ее разрушает. П. Лау говорит о читателе как о «герое сопротивления».

Правда, при том как-то забывается, что что-то должно толкать читателя на непринятие предлагаемого ему прочтения. Всегда будет легче, не затрачивая дополнительных усилий, довольствоваться теми значениями, которые предлагаются. Вероятно, в этом лежит серьезная притягательность массовой культуры, которая не требует от читателя/зрителя дополнительных размышлений. Она даже не требует от него особой памяти, поскольку строится на бесконечных повторах.

Объединяя подходы Грамши и Холла, Лау выстраивает следующий набор возможных позиций по декодированию:

– декодировщики, обладающие властью (внутри правящей гегемонии);

– декодировщики, выстраивающие власть (устанавливают и консолидируют новые гегемонии);

– декодировщики, пытающиеся сбросить существующие властные отношения (они находятся в оппозиции к гегемоническим порядкам);

– декодировщики, амбивалентные к результату битвы за власть;

– декодировщики, вписанные в правящую гегемонию;

– декодировщики, которые находятся в оппозиции к правящей гегемонии (они могут быть вписаны, а могут и нет, в группы контргегемонии);

– декодировщики, являющиеся амбивалентными по отношению к правящей гегемонии;

– декодировщики, которые амбивалентны к группам контргегемонии и/или битвам за гегемонию.

Лау подчеркивает, что сопротивление значениям, которые навязывают отправители, является лишь возможностью, которая не всегда реализуется. Можно сказать даже более определенно: оппозиционная интерпретация является более редкой, чем та, которая навязывается. Однако в конфликтных ситуациях оппозиционные интерпретации идут вверх, в ряде случаев становясь достаточно частотными.

Теория Холла протипоставляется имеющимся на тот момент представлениям, в которых коммуникация рассматривалась как односторонний процесс, роль отправителя сообщения резко завышалась, а роль получателя была заниженной. Подход Холла был совершенно другой, аудитория также получала в нем свои права и могла вступать в конфликт с тем, чего хочет отправитель. При этом у интерпретаторов его теории возникает потребность в еще одном элементе – идеологии [5]: «Невозможно иметь значения без идеологии, поскольку идеология является рамкой для чтения этого значения. Отправители кодируют конкретную идеологию с помощью значения текста. Аудитория также декодирует значение, основываясь на идеологии, хотя это может быть другая идеология, чем этого хочет отправитель».

Введение идеологии как еще одного компонента в процессе порождения и восстановления значения вполне справедливо. Но это должна быть идеология другого типа – нечто вроде здравого смысла элитной группировки. Идеология только более системна и ориентирована на болевые точки.

В более полной версии этой работы Холла речь идет именно о телевизионных сообщениях и автор говорит о несимметричности кодов кодирования и декодирования [6]. Он также подчеркивает, что телевизионный знак является сложным, поскольку сочетает в себе два дискурса: визуальный и слуховой. Визуальный дискурс переводит трехмерный мир в двухмерные изображения, как говорит Холл, собака с экрана может лаять, но не может кусать.

Самым важным моментом, который проявляется в кризисных ситуациях, Холл считает тот, когда «договорное» значение становится «оппозиционным». То есть в этом случае происходит полное вычеркивание доминирующего понимания.

Этот акцент на оппозиционности и привлекает постоянное внимание к С. Холлу. Например, конференция, посвященная ему, которая прошла в Нью-Йоркском университете в 2015 г., называлась «Стюарт Холл: географии сопротивления» [7]. Стюарта Холла относят к марксистской теории медиа, отсюда его внимание к оппозиционному декодированию, гегемонии Грамши, постколониальной теории [8]. Даже с будущей женой он знакомится на марше во время кампании за ядерное разоружение в 1963 г.

В Великобритании Холл является также основателем Бирмингемской школы культурных исследований. В этом плане он акцентирует внимание на особенностях коллективной работы в одном из своих интервью [9]: «Культурные исследования не имели бы места, если бы мы не старались собрать вместе людей c разными способностями и умениями. Именно это делает все таким интересным. Как вы знаете, мы реально пытались в Бирмингеме взяться за ужасную задачу коллективного писания. Но мы и писали коллективно, что я рекомендую старшим товарищам».

Есть транскрипт лекции Холла в фильме о нем, посвященном репрезентации, которую он начинает с разъяснения своего объекта анализа [10]: «Я взял визуальную репрезентацию, поскольку это уже стало разговорным клише, что в современном мире наша культура насыщена изображениями в самых разных формах. Изображение само по себе – движущееся или неподвижное, передаваемое с помощью разных медиа, – кажется, стало или должно стать превалирующим знаком позднесовременной культуры. Позднесовременная культура – это не только культура, которую можно найти в развитых, индустриальных, постиндустриальных обществах западного мира. Но и из-за глобального взрыва в коммуникативных системах, это также насыщающий медиум, насыщающая идиома всемирных коммуникаций».

Холл приводит еще такой пример. Человек может сказать, что он видит людей на встрече в Северной Ирландии, обсуждающих ситуацию в Северной Ирландии. Но что именно это означает, понять трудно, потому что нужно знать историю проблемы, что хочет каждый из участников, каковы будут последствия того или иного решения. То есть нет одного фиксированного значения.

В работе по репрезентации Холл подчеркивает, что культура задается общими значениями [11]. Язык представляет собой вариант «медиа», становясь посредником, с помощью которого мысли, идеи и чувства оказываются отраженными в культуре. И именно такой тип репрезентации является центральным.