Пронзая тьму
Шрифт:
– Теперь мы можем остаться дома, папочка? – сквозь слезы спросила Руфь.
Том заколебался. Он боялся ответить. Маршалл дотронулся до его плеча.
– Ты можешь ответить: да.
Бесконечная радость и уверенность засветились в глаза Тома.
– Мы действительно победили, правда? Маршалл показал взглядом на детей. Требуются ли еще какие-нибудь доказательства?
– Можете поверить! Мы никогда больше не расстанемся! – воскликнул Том.
Новые объятия. Новые слезы.
Снаружи послышался тихий визг тормозов. Прошуршали по гравию шины. Мелькнул голубой борт машины.
Том ничего не заметил по понятной причине, но Маршалл заметил. Он бросил взгляд в сторону двери.
Он потряс головой. Он не поверил своим глазам. Он подошел к двери, оставив Тома в окружении маленькой толпы ликующих друзей.
На противоположной стороне улицы остановился голубой пикап, за рулем которого сидела женщина.
Стараясь не привлекать к себе внимания, стараясь остаться незамеченной, Салли разглядывала дом Тома. Она прислушалась и услышала счастливые, возбужденные голоса, доносившиеся через открытую дверь. Она видела, как отъезжала от дома Ирэн Бледсоу, и видела, как дети вбежали в дом. Она чувствовала себя лишней здесь. И не знала, что ей делать.
Мота и Сигна выпрыгнули из кузова пикапа и теперь стояли возле кабины, мягко убеждая женщину. «Они не обидят тебя, Салли».
«Брось, они не обратят внимания на твой вид».
«Я выгляжу ужасно, – подумала Салли. – От меня дурно пахнет. А что если они не знают, кто я такая? А что если это не тот дом?»
«Иди же, они будут рады видеть тебя!»
Салли выключила двигатель и еще несколько секунд сидела в машине, глядя перед собой невидящим взглядом и напряженно думая. Руки ее дрожали, она так нервничала, что у нее заболел живот.
«Они так счастливы там. Похоже, все они добрые друзья. Я просто не знаю, как все повернется. Они могут отвергнуть меня, но я должна проверить».
Салли открыла дверцу и вышла на обочину. Она обошла пикап и остановилась за ним – отсюда она могла заглянуть в дверной проем и увидеть, что там происходит.
«О Боже! Они тоже могут увидеть меня! И кажется, этот высокий парень уже увидел!»
Едва лишь бросив первый взгляд на женщину, Маршалл почувствовал, что сейчас воспарит прямо в Небеса сквозь крышу! Все в порядке, это дело Господа! О, как хорошо Он все устраивает!
Маршалл очень осторожно вышел на крыльцо – словно приближался к пугливой лани, боясь обратить ее в бегство.
Тол стремительно слетел с крыши и стал рядом с ним.
«Это она, Маршалл. Не дай ей уехать».
Салли бросилась обратно к кабине и торопливо открыла дверцу. Она решила отказаться от этой идеи. Возможно, она напишет Тому еще одно письмо. Просто все это слишком неловко!
– Салли!
Она замерла на месте, положив руку на ручку дверцы, поставив правую ногу на подножку. Она не знала отзываться на имя Салли Роу или нет. Кто такой этот парень?
– Салли Роу?
Она продолжала стоять неподвижно, глядя перед собой.
«Если я обернусь, он все поймет. Кто это?»
Из дома донесся детский смех.
– Ура! – крикнул мальчик. – Наконец-то моя любимая кровать!
«В безопасности ли я? Кончилось ли мое бегство?»
– Благодарим Тебя, Иисус, – раздался голос молодой негритянки. – О, благодарим Тебя, Иисус!
«Ты в безопасности, Салли».
Она повернула голову и посмотрела на высокого, рыжеволосого мужчину, стоявшего на крыльце. Глаза его излучали доброту.
– Да, – тихо сказала Салли. И потом повторила громче, чтобы он услышал. – Да! Это я!
И внезапно на крыльце оказалась целая толпа людей, и все глядели на нее – очаровательная рыжеволосая женщина, симпатичная темнокожая пара, седой добродушный мужчина со своей светловолосой женой и…
Салли смотрела на этого человека так же завороженно" как он смотрел на нее. Она видела его фотографии.
Том Харрис тоже видел ее фотографии.
Тишина стояла такая, что было слышно, как муха пролетит.
Молчание нарушил Маршалл.
– Салли, Том Харрис и все мы счастливы встретиться с вами. Пожалуйста, проходите в дом.
Салли немного полегчало, но она все еще пыталась спрятаться за дверцей автомобиля.
– Я… у меня не вполне приличный вид.
– Вы среди друзей! – ответил Том.
Тол не смог сдержать смех. Не вполне приличный вид! Ну не странно ли, что люди смотрят на себя физическим, а не духовным зрением? Конечно, эта милая женщина была с головы до ног вымазана в грязи; она была исцарапана, измучена, оборвана.
Но глазам ангелов она являлась такой, какой Сам Господь видел ее, каким представал любой другой спасенный грешник: чистой, ослепительно сияющей, в белоснежных одеяниях.
Мот и Сигна нежно подтолкнули Салли в спину, и она зашагала через дорогу – усталая странница в потрепанных джинсах, возвращающаяся домой. Она миновала ворота, приблизилась к крыльцу и потом – под исполненными благоговения взглядами праведников и ангелов – протянула руку мужчине, стоявшему между двумя розовощекими детьми.
– Том Харрис?
– Да.
– Я Салли Роу.
Легко ударив крыльями по воздуху, Тол вновь взмыл на крышу и удобно уселся там, с отдыхающим в ножнах мечом на боку.
Гило от имени всех ангелов задал вопрос;
– Что теперь, капитан?
Тол посмотрел на людей внизу – смеющихся, воздающих хвалу Господу.
– Думаю, мы немного задержимся здесь.
Воители восприняли слова командира с радостью и подошли поближе, чтобы получше слышать этот чудесный оживленный разговор, этот бурный обмен впечатлениями.