Шрифт:
Глава 1
.
— Цель в здании, — тихо докладывает в наушник.
— Входим быстро, выходим тихо. Огонь на поражение. Без права на ошибку.
Он — волк! Привыкший к охоте в стае таких же, как он. Спецназовцев. Но сегодня, неожиданно, охота превратилась в капкан.
Слева вспыхивает огонь — выстрел в его сторону. Алекс успевает увернуться, пуля рвет воздух рядом с лицом. Его товарищи — больше не друзья. Их лица с каменными масками равнодушия и предательства направились в его сторону.
— Охренеть! Вот, так, сюрприз… — думает Алекс, когда другой выстрел пронзает его бок. Кровь хлещет, горячая, вперемешку с потом.
— Ну что, братья, встречайте меня в аду. — кричит он бывшим товарищам.
Он не теряет контроля. Выпрыгивает с крыши, падает вниз с криком на коробки, а потом — выстрелы, шум и огонь. Пули свистят, стены дрожат, и его товарищи уже не скрывают правду.
— Ну и кто же заказал у вас мой гроб? — Алекс срывается с места, рвёт затвор, заряжает обойму. В его глазах — шторм. Враг рядом, но он — сильнее.
Из темноты выскакивает Виктор — бывший «брат по оружию», который сейчас — холодный убийца.
— Ты мешаешь нам, Алекс… — голос без эмоций, как нож.
— Эта твоя честность, она нам не интересна! Лучше — умри быстро и закончим с этим.
Алекс не отвечает. Вместо слов — крики, и пальба без остановки в их сторону. Идёт в ближний бой. Он валит двоих подряд, один падает с хрустом ребер, другой — с разбитой челюстью.
Через секунду Алекс с ранением в плече катится в укрытие, рвет заряд — один за другим, как палач.
— Я, конечно, знаю, что нравлюсь девочкам, но давайте по одной! — шутит сквозь зубы.
Время не на его стороне. Его ранят снова — пуля проникает глубоко в ногу. Он падает, но рука тянется к пистолету в кобуру.
— Так, ты, еще жив? — издевательски смеется Виктор, подходя вплотную. — Думаешь, это игра? Единственное, что ты сможешь выиграть это смерть, братишка. Как тебе такой главный приз?
Алекс хохочет, кашляет кровью:
— Ну, если я сегодня умру, то хотя бы в хорошей компании… тебя…
Они сходятся в рукопашной — бой как взрыв! Ломает ребра, крушит челюсть. Виктор рычит от боли, но наносит ответный удар ножом. Алекс кричит — жгучая боль, но не сдается. Он никогда не сдаётся!
Бросается на лежащего Виктора с верху, тот откидывает его ногами в сторону и достаёт свой пистолет. Алекс смотрим в дуло, как в глаза своей собственной смерти.
В голове проходят все воспоминания. Мама. Школа. Первый секс с Машкой, как же нелепо это тогда было. Армия. Первые операции и дружба…
Последний выстрел. Алекс падает на холодный бетон, глаза темнеют.
— Увидимся в аду…сука… — шепчет он и замирает.
Тогда он не знал, что это только самое начало…
Тьма. Полная. Густая. Холодная. Она давит ему на грудь. Очень тяжело дышать. Алекс пытается снова открыть глаза, но веки словно кто-то сшил между собой капроновой нитью. Его разум борется. Цепляется за сознание, словно за спасительный круг.
Внезапно — резкая боль пронизывает его шею. Холод проходит всё его тело от головы до пяток. Он пытается пошевелиться, но руки и ноги словно привязаны невидимыми цепями.
Наконец-то получилось открыть глаза. Алекс видит небо — серое, угрюмо покрытое низкими тучами, сквозь которые едва пробиваются очень слабые лучи тусклого света. Вокруг — каменные стены, украшенные странными и непонятными для него символами. Они покрытыми трещинами и следами недавней битвы.
Под ним — твердый деревянная помост. Он стоит на коленях, а голова лежит на плахе. Неподвижно. Сердце бьется в бешеном ритме, будто пытается вырваться из груди и убежать в неизвестном направлении.
Вокруг собирается толпа. Лица, наполненные ненавистью и яростью. Скалятся. Кричат. Машут руками. Они — жители этого странного мира, окутанного мраком и жестокостью.
— Убейте его! — доносится хриплый крик из толпы.
— Отрубите быстрее голову этому извергу!
— Позор! — кто-то швыряет в Алекса гнилое яблоко, разбивающееся о деревянную поверхность помоста. Запах гнили и забродивших фруктов впивается в воздух. Если бы было чем, Алекса бы вырвало.
Жуткие выкрики. Ругань и звуки ненависти наполняют пространство, вызывая в душе Алекса чувство полного непонимания ситуации.
Перед ним стоит фигура в длинной темной робе — жрец Орденa Инквизиторов. Его лицо скрыто капюшоном, но из-под него виднеются ледяные глаза. Холодные и безжалостные.
— Грешник — слышит он его громкий голос
— Ты обвинён в изнасилованиях, убийствах и кражах. Твои преступления против Империи не останутся без наказания! Ты приговорён к смертной казни!
Алекс пытается что-то сказать, но рот словно наполнен пеплом, а на губах ощущается вкус крови. Он сглатывает слюну.
Возле жреца стоит палач. Массивный мужчина с суровым лицом, украшенным старыми шрамами. В его руках — огромный двуручный топор с деревянной рукоятью и древними рунами на ней, а лезвие блестит даже в этом тусклом свете.
Толпа не унимается. Кричит всё громче! Швыряет в Алекса всё подряд. — от гнилых фруктов, овощей, а особые смельчаки дошли уже до камней.
Алекс смотрит вокруг, пытаясь понять, где же он. Это точно не его мир. Нет ни машин, ни современных зданий. Вместо этого — каменные постройки, узкие улицы, люди в тяжелой одежде, лица которых скрыты капюшонами и масками.
— Где я? — думает он, охваченный паникой.
Он видит, как по площади текут ручьи крови — свежей и тёмной, аромат которой впивается в ноздри.