Проигравший
Шрифт:
– Что?
– Ну не в этом же храбрость! Просыпаться каждое утро и решаться жить дальше – вот это действительно сложно. Потому что иногда ты понятия не имеешь, зачем это делаешь. Вот тут нужна реальная отвага. А просто встать, сделать шаг вперед и за секунду умереть – на это способен каждый.
– Нет, не каждый.
– Да ладно вам, майор. Разумеется, каждый. Бросится на амбразуру, зная, что за это тебя сочтут героем, вовсе не сложно. Отдать жизнь ради великой цели – на такое способен любой прохожий. А вот жить, зная, что никакой цели нет, действительно невыносимо.
– Неужели ты действительно не знаешь, зачем живешь? Ведь тут все так просто!
(Просто? Что тут может быть простым?)
Майор подумал и сказал:
– Жениться тебе, консультант, нужно.
– А еще съездить с женой в теплые края и сделать ей ребенка?
– Типа того.
Стогов устало усмехнулся. Он еще раз вытащил из кармана телефон и посмотрел, сколько времени. Жить ему оставалось меньше двух часов. Подумав, он не стал говорить майору, что все это в его недлинной жизни уже было. И жена, и теплое море… не было разве что ребенка.
Остаток вчерашнего дня не запомнился ничем особенным, а утром Стогов вернулся к собору и долго стоял снаружи, не решаясь войти. Капли дождя стекали по лицу, а он снова курил и опять молча разглядывал собор.
На колокольне звякнул колокол. Служба кончилась, и из дверей стали выходить прихожане. Всего несколько человек, в основном женщины. Последним вышел вчерашний батюшка. Стогов выкинул сигарету, подождал, пока тот подойдет поближе, и поздоровался.
Батюшка узнал его и удивленно поднял брови:
– Чего это вы спозаранку? Что-то стряслось?
(Да…
со мной…
уже давно…
и я не знаю, как с этим быть…)
– Нет, ничего не стряслось. Я к вам… как сказать? В общем, хотел обратиться по вашему профилю. Ну, как к священнику.
– Как к священнику?
– Ну да. Мне хотелось спросить…
– Так спрашивайте! Что ж вы молчите?
(Никогда не думал, что это так сложно.)
– Знаете, батюшка… Никогда прежде не думал, что стану просить у кого-то совета. И уж тем более помощи. Но если ты не в курсе, как жить дальше, то у кого и спрашивать, как не у священника, ведь так?
– Неужели вы его поймали?
– Кого?
– Ну, этого… который пытался мои документы украсть! Нашли, да?
– Да нет. Я не по этому делу. Я по другому.
– Жалко. Я надеялся, что органы все же прислушаются к тому, что я вчера сообщил. Давайте, чтобы не стоять под дождем, зайдем ко мне. Я живу прямо вот тут, при соборе.
Квартира у священника оказалась не очень большая.
– Можете не разуваться. Проходите на кухню. Чаю хотите?
– Спрашивать что-нибудь, кроме чаю, наверное, будет бестактно, да?
– Что?
– Не обращайте внимания.
Батюшка снял с шеи большое распятие, поцеловал его и убрал в ящик комода. Потом через голову стянул подрясник и остался в рубашке и джинсах. Щелкнул чайником и сел за стол напротив Стогова.
Они помолчали.
– Чистенько тут у вас.
– Прихожанка одна вызвалась помогать по хозяйству. Три раза в неделю все пылесосит да намывает. И денег за это совсем не берет. Ну и матушка моя… в смысле, супруга. Она сейчас у сестры, в Курске.
– Да?
– Я ведь священником-то недавно. Раньше директором зверофермы был. Мы пушного зверя на продажу растили. Потом ферма развалилась, жили, можно сказать, впроголодь. А у меня ведь двое детей. Так что вот, рукоположился. Теперь служу родине здесь. Живем, в общем-то, даже лучше, чем в прежние годы.
– Разве так бывает?
– Как?
– Ну, просто взять и из директоров фермы стать священником?
– А как еще? Священники, по-вашему, не люди, что ли?
– Как-то я это себе немного иначе представлял. То есть вы даже и не учились?
– Где?
– Ну, хоть где-нибудь?
– Почему не учился? В школе учился.
– И все?
– А почему вы спрашиваете?
– Я думал, нельзя стать священником, если у вас нет определенного образования.
– При чем тут образование? Чтобы стать священником, образование совсем не главное. Главное, родину любить.
– Мне казалось, главное – в Бога верить.
– Нет, ну и это, конечно, тоже.
Он встал, выставил на стол чашки с блюдцами, из холодильника достал варенье. Стогову ужасно хотелось курить. А разговаривать больше совсем не хотелось. Зря он сюда пришел.
Потом батюшка все-таки спросил:
– А что вы хотели спросить-то?
– Да, наверное, уже и ничего.
– Ничего?
– Если честно, мне хотелось спросить у кого-нибудь, как жить правильно. Но я, наверное, спрошу в другой раз.
– А чего тут сложного? Я вот как думаю? Главное, быть хорошим человеком.
– Не знаю. Все мы, наверное, неплохие. И даже я – тоже неплохой. А творю исключительно всякие свинства.
– Что ж вы так? Все-таки милиционер. Родине служите.
– Я не милиционер. Я консультант милиции по вопросам искусствоведения.
– У-у! Жалко. Я-то думал, вы при исполнении.
Он с громким хлюпаньем отпил из чашки. Стогов к своему чаю даже и не притронулся. Не то чтобы чай был невкусным, просто по утрам он предпочитал немного не такие напитки.
– Все-таки зря вы его вчера не арестовали.
– Кого?
– Этого подрядчика. Или как он там себя называет? Я ведь его своими глазами видел. Никаких сомнений быть не может.
– Да?
– Скользкий тип. И ведь, главное, нет в нем никакого страха! Оттяпал монастырскую землю и думает, будто это ему просто так с рук сойдет! Не может такое с рук сойти, понимаете? Никак не может! Потому что это не просто участок, а монастырская земля!