Профессия
Шрифт:
Я придерживаю ее за хрупкие плечи, дрожащие под воротником из убитого зверя.
– Вам нужно успокоиться и ждать. Я не могу давать обещаний, как бы мне этого ни хотелось…
Она словно выпадает из моих рук. Отстраняется резко.
– Мне не на кого больше надеяться, кроме вас, Илья.
– Я знаю. И я сделаю все возможное…
От звука захлопнувшейся двери становится жутко. Я спускаюсь по лестнице пешком, потом долго сижу за рулем без движения. Термометр показывает минус пять за бортом. Идет медленное погружение в зиму.
Если Эльза изводит себя так же, живя со Спицыным, видел я в гробу эту роскошь и эту стабильность! Желание одно – набрать ее номер, даже если из трубки хлынет туман и снова накроет город.
И вдруг меня останавливает неожиданная мысль: мобильная сеть, абонентами которой являемся и я, и Эльза, и Макс, и Соня, принадлежит Спицыну. Мы все у него под колпаком. И я не могу вдруг поменять номер, который знает столько людей. Может, так и Эльза не может ничего изменить – вдруг…
6. ГИМНАЗИЯ №6
Минус шесть за бортом. Холодает. Кондишн в моем авто оберегает меня от лишних эмоций, связанных с переменой погоды. Я пью кофе на заправке и еду в офис. Охранник кивает приветливо.
– Макс работает. Что у вас опять, ребята?
Его дело – сторожить нашу дверь, но парень то и дело дает понять, что способен на большее.
Макс сидит за компом, сняв кепку и нахлобучив очки на кончик тонкого носа. Вот теперь он не пижон, он – хакер. Рядом уже высится горка свежеотпечатанных бумаг.
– Это?
– Досье на Мусийца. Вплоть до его банковских счетов.
– Я тебя люблю.
– Тогда женись.
Сто процентов – у нас с Максом была бы крепкая семья.
– Это еще не все?
– Есть еще внутрипартийные доки. Не знаю, нужны ли они, но могу выцепить…
– А коды доступа?
– Уже в мусорной корзине.
Я завариваю чай и приношу Максу.
– А Сахар где?
– В банке из-под кофе.
Макс следит только за экраном компьютера.
– Не спит он, не бойся. С агентом каким-то встречается. После твоей ночной рассылки «Не спите! Мне скучно!» – никто глаз не сомкнул.
Я удовлетворенно киваю. Авралы бывают… и если бывают, тогда никому не спится. Начинаю просматривать «досье». Фамилии его соратников и противников прыгают из строчки в строчку. Тысячи людей, которые его знают, сотни, с которыми он связан.
– Макс, прекрати это…
– Все, последние файлы, – он подает мне теплые листы, выползающие из принтера.
– Что будем делать… со всем этим?
– Ты – Босс. Не задавай мне таких вопросов.
– Иди домой – выспись…
– Сенкс. Кстати, Соня звонила.
– В задницу Соню.
– Тоже вариант.
Я сижу до рассвета в кресле и гляжу на листы досье. Это бред. Вся политика – сплошные обманы и подставы. Сам Мусиец – сплошной обман и подстава. Олигархи столько денег вбухали в его кандидатуру, что он просто не может выйти из игры. Не он играет, им играют. Во всем этом деле только одна живая душа – ребенок…
Гимназия №6 принимает меня нерадушно. Завуч – хранитель традиций едва ли не дореволюционных учебных заведений, разговаривает сквозь зубы.
– Поймите и Вы, господин Бартенев, вы не первый за эти пять дней, кто проводит здесь расследование, вызывает на допросы учителей, охранников, технический персонал и старшеклассников. Результат этого только один – страдает учебный процесс.
Даме за пятьдесят. У нее голубые волосы и перекошенные губы.
– У нас здесь – не провинциальная школа, а элитная столичная гимназия. Не нужно портить нам имидж своими бесконечными разбирательствами!
Престарелая Мальвина почему-то решила, что я позволю ей вменять мне в вину все проблемы имиджа ее заведения. Пожалуй, в то время, когда она сама пришла после в пединститута в какой-нибудь 10-Б, в обиходе не было слова «имидж». И даже не было слова «элита».
– Алина Альбертовна, простите, что перебиваю вас, но сейчас я не просто срываю учебный процесс, я ищу похищенного ребенка. И похищенного именно здесь, в вашей гимназии, поэтому давайте пока оставим разговоры об «имидже»!
– Это никем не доказано! – срывается она в крик.
– Это не требует доказательств. Ребенок пришел на первый урок, а после последнего – не вышел. Водитель ждал у двери.
– Он мог сам отвезти его куда угодно, – спорит она.
– Ваше мнение – всего лишь мнение. Существуют факты: видеокамера у центрального выхода не зафиксировала, чтобы ребенок покидал гимназию в день похищения.
О чудесах техники она позабыла. Но я уже просмотрел малоинтересное видео и не обнаружил ничего подозрительного.
– И чего вы хотите? Снова срывать учеников с занятий? – продолжает упорствовать она.
– Я хочу всего лишь поговорить с его учительницей…
– Со Светланой Олеговной? Вы понимаете, что творите? Бедную девочку уже запугали!
– Я не собираюсь никого пугать. Всего лишь задам несколько вопросов.
Мальвина больше не спорит, посылает секретаря за учительницей Саши, а сама смотрит на меня, не отводя взгляда.
– Кого-то вы мне напоминаете, господин Бартенев. Вы не в нашей гимназии учились?