Чтение онлайн

Мэл и Клод вечно ворчали из-за этого. Убийства по заданию — самый верный путь к повышению по службе, если не в звании, то, по крайней мере, в оплате — даже невзирая на общую оценку качества выполнения миссий.

Ребятам Сковилла приходится много убивать, так что они получают зарплату на двадцать пять процентов выше, чем наши. Только на что потом тратить эти деньги? Складывать в копилку и беречь до тех времен, когда уволишься из армии?

— Значит, будем заниматься грузовиками, — сказал Мэл. — Грузовиками и вообще машинами.

— Короче, транспортом, — подытожил я. — Может, тебе попадется танк, если будешь хорошо искать.

Со спутников засекли какие-то инфракрасные следы, которые, вероятно, означали, что повстанцы где-то раздобыли небольшие бронированные грузовички, возможно, автоматические, вроде роботов, или еще чего-нибудь в этом духе. Одно из тех вливаний новых технологий, благодаря которым война перестает быть обычной резней более слабых более сильными.

Я думаю, если эта война затянется надолго, у врагов в конце концов могут появиться и боевые машины, вроде наших. И все это превратится вот во что: механические солдатики — стоимостью по десять миллионов долларов каждый — будут рвать друг друга на ошметки, пока их операторы сидят за много миль от зоны боевых действий, в хорошо укрепленных, уютных бункерах с кондиционерами.

Об этом многие писали — современные принципы ведения войны сводятся в основном к истощению материальных ресурсов противника, а не к уничтожению живой силы. Ну, так было всегда — нарожать новых солдат гораздо проще, чем накопить богатства. А экономические баталии имеют свои традиции, освященные временем, — и политические, и другие — это справедливо и для своих, и для чужих.

Только что может об этом знать обычный физик? В моей науке есть свои правила и законы, которые, по всей видимости, соответствуют реальности. А экономика хорошо объясняет реальные события только после того, как эти события свершились. В предсказаниях экономика не сильна. Но изобретения нанофоров не смог предвидеть никто.

Из громкоговорителя раздался приказ: «По коням!»

Впереди девять дней охоты за грузовиками.

У всех десяти из группы Джулиана Класса было одинаковое базовое вооружение — боевые машины типа «Боевой пехотинец с дистанционным управлением», массивная броня, напичканная оружием, внутри которой сидел призрак. Больше половины веса такого механического солдата составляло вооружение. Машина могла стрелять со снайперской меткостью в любом направлении и на любой дистанции, до самого горизонта. В ней было две унции распавшегося урана, и на близком расстоянии в противника выплескивался плотный поток ультразвукового излучения. Еще боевая машина располагала достаточным количеством самонаводящихся разрывных и зажигательных ракет, скорострельным автоматическим гранатометом и мощной лазерной пушкой. Специализированные модели оснащались химическим, биологическим и ядерным оружием, но такие машины применяли лишь в качестве ответных мер на соответствующие действия противника.

За все двенадцать лет, пока шла война, было использовано только двенадцать небольших ядерных зарядов. Одна бомба покрупней разрушила Атланту, и, хотя нгуми отрицали свою причастность к этому, Альянс, предупредив за сутки о своих намерениях, уничтожил Манделлавиль и Сан-Паоло. Нгуми заявили, что Альянс цинично принес в жертву один собственный город, не имевший никакого стратегического значения, ради того, чтоб стереть с лица земли два важных города противника. Джулиан подозревал, что это вполне могло соответствовать действительности.

Были еще летающие и мореходные боевые машины, к которым прочно прилепились прозвища «морячки» и «летуны» — не «летуньи», несмотря на то что большинство управляемых боевых вертолетов пилотировали женщины.

Все в группе Джулиана были оснащены и вооружены одинаково, но у каждого были свои обязанности. Джулиан, командир группы, поддерживал прямую связь — предполагалось, что постоянно — с координатором блока, а через него — с командованием бригады. Во время работы в поле Джулиан принимал постоянные шифрованные сигналы со спутников и с командной космической станции, которая вращалась на геосинхронной орбите. Каждый приказ поступал из этих двух источников одновременно, но по разным каналам и с разной системой шифровки, так что для противника было практически невозможно послать поддельный приказ.

Ральф отвечал за «горизонтальную» систему связи, построенную по такому же принципу, как «вертикальная», которой занимался Джулиан. В качестве офицера связи Ральф поддерживал контакт с соответствующими номерами каждой из девяти других групп блока. Это был так называемый «неглубокий контакт» — не настолько полный, как тот, что связывает механиков одной группы, но все же намного более значительный, чем простая радиосвязь. Ральф мог напрямую сообщить Джулиану не только о действиях других групп, но даже о том, что они чувствуют и насколько высок их боевой ДУХ. Редко бывает, чтобы в одной акции участвовало сразу несколько групп, но когда такое случается — может возникнуть жуткая неразбериха. И внутренняя связь, за которую отвечает Ральф, в таких случаях становится не менее важной, чем приказы «сверху».

Одна группа солдатиков способна нанести такой же урон противнику, как целая бригада обычной пехоты. Но действуют они гораздо быстрее и не так наглядно — словно могучие неуязвимые роботы, бесшумные и целеустремленные.

Настоящих вооруженных роботов в армии не использовали по нескольким причинам. Во-первых, противник может захватить их в плен, перенастроить, а потом направить против тебя же. А если врагам удастся захватить управляемого солдатика — они получат только груду дорогостоящей, но ни на что не годной рухляди. Правда, пока еще ни один солдатик не попадал в плен целым и невредимым — система саморазрушения у них весьма действенная.

Другая проблема с роботами — их автономия. Машина должна быть способной действовать совершенно самостоятельно даже при отсутствии связи с командованием. Но ни одну армию в мире не вдохновлял образ — как, впрочем, и реальное воплощение — тяжело вооруженных боевых машин, по своему разумению принимающих решения в боевой обстановке. Кто бы захотел иметь с ними дело? Для наших солдатиков был предусмотрен режим частичной автономии — на тот случай, если механик умирал или терял сознание. Тогда солдатик прекращал огонь и убирался в укрытие, пока к нему не подключат другого механика.

Кроме того, управляемые солдатики являли собой гораздо более мощное психологическое оружие, чем любые роботы. Они воспринимались словно всемогущие рыцари войны, непобедимые герои. И наглядное воплощение высоких технологий, недоступных противнику.

Впрочем, как выяснилось позже, у противника на вооружении были свои боевые роботы — два танка, которые охраняли колонну грузовиков. Ту самую, уничтожить которую послали группу Джулиана. Но ни один из этих танков не доставил солдатикам никаких неприятностей. Оба танка погибли сразу же, как только выдали свое месторасположение стрельбой. Двадцать четыре автоматических грузовика тоже были уничтожены, после того как группа просмотрела их груз — боеприпасы и медикаменты.