Чтение онлайн

Там собрались люди. Сам директор Майерс. Человек с огромными усами – шериф Уотсон. И еще двое в костюмах – стоят у стола. Все напряженно вглядываются во что-то, разложенное на столешнице, и лица у всех более чем серьезные.

Директор Майерс выпрямляется и обращается к одному из незнакомцев:

– Так вы действительно не знаете? Ничего об этом не знаете? Да знаете ли вы, черт побери, хоть что-нибудь?!

Я вздрагиваю от неожиданности – и в этот самый момент директор перехватывает мой взгляд. Увидев, что я на него смотрю, Майерс ревет, как потревоженный гризли: «Да что же это такое!..»

Я мгновенно отвожу глаза, но уже поздно. Майерс продолжает что-то грозно выкрикивать, и дверь с треском захлопывается.

В животе у меня все переворачивается. Похоже, угодила я в переделку.

Побледневший Ноа смотрит на меня. Он что, тоже все это видел?

Но прежде, чем я успеваю у него спросить, двери спортзала распахиваются.

– Заходите, пожалуйста! – командует Человек с Ноутбуком. Похоже, тут уже успела собраться вся школа. Старшие ребята выходят через левую створку, мрачно ворча и потирая плечи.

– О, нет, только не прививка! – стонет Тоби. Волна страха катится по нашему классу.

Ноа сильно сжимает мне руку. Я отвечаю тем же.

Миссис Томпсон никак не реагирует на стон Тоби, что может означать лишь одно – он попал в точку. Мы плетемся за учительницей к раскладному столу, за которым сидит сурового вида женщина в очках с толстыми линзами. На баскетбольной площадке установлено восемь белых палаток. Из них, тоже потирая плечи, медленной струйкой сочатся первоклашки.

– Шприцы! – перешептываются Майк и Крис. Наши кошмарные подозрения сбываются.

Человек с Ноутбуком становится во главе нашей шеренги.

– Прошу выстроиться в алфавитном порядке по фамилиям. Кто услышит свою, делает шаг вперед и отвечает на вопросы доктора Паркер.

Нам нужно время, чтобы перестроиться. Миссис Томпсон подгоняет. Понимая, что рядом нам уже не оказаться, я выпускаю руку Ноа. Он еще несколько секунд не разжимает пальцы, потом, наконец, отпускает меня и вытирает влажную ладонь о рубашку.

– Извини.

– Да нормально все. – Я, спрятав руку за спиной, чтобы он не видел, тоже вытираю ее.

– Альбертсон Тобиас!

Тоби ковыляет вперед, его ноги заметно дрожат. О чем его спрашивает строгая женщина, не слышно. Моя фамилия начинается на «У», так что в шеренге я почти последняя. Один за другим моих одноклассников вызывают к столу, они отвечают на вопросы, затем скрываются в одной из восьми белых палаток. Наконец подходит моя очередь.

– Уайлдер Мелинда!

Я подхожу к столу.

– Возраст? – равнодушно спрашивает женщина.

– Шесть лет, – отвечаю я, скользнув взглядом по лицу миссис Томпсон. На нем застыло странное выражение, но она ободряюще улыбается мне.

– Дата рождения?

– Семнадцатое сентября.

Опрос продолжается несколько минут. Я стараюсь отвечать четко и ясно, но не на все вопросы знаю ответы. Всякий раз, когда я запинаюсь, строгая женщина хмурится. Я слышу, как миссис Томпсон бормочет: «Откуда шестилетний ребенок может знать историю своих болезней?» Наконец доктор проставляет печати в каких-то бумагах, закрывает папку и указывает мне на последнюю палатку справа.

– Прошу в блок «Ф».

Я бреду через спортзал и ныряю под белую занавеску. Внутри стоит кресло, похожее на стоматологическое, а рядом, на раскладном столике, разложены медицинские инструменты. В глаза мне сразу бросается лоток со шприцами и оранжевая мусорная корзина с предупреждающими надписями.

Сердце уходит в пятки.

В палатку входит человек в белом халате, худой и седой, с голубыми глазами, сияющими над маской. Небрежно бросив стетоскоп на столик, он оттягивает маску к подбородку и улыбается мне:

– Ну, привет!

– Здравствуйте, – скрестив руки на груди, отвечаю я.

– Ну-ну, – человек в белом халате садится на корточки, так что наши глаза оказываются на одном уровне, – бояться нечего… – Он привстает, чтобы заглянуть в мои данные. – …мисс Мелинда, я доктор Харрис, приятно познакомиться.

– Мин, – бормочу я в ответ.

Его улыбка становится еще шире.

– Что-что, прости?

– Мин. – Я слегка повышаю голос. Этот доктор, кажется, приятнее остальных. – Меня зовут Мин. Терпеть не могу, когда меня называют Мелиндой.

– Что ж, тогда мы так и запишем. – Доктор с преувеличенной размашистостью вычеркивает что-то в данных и вносит новую запись. – Итак, имя – Мин, а не какая-то там Мелинда. Готово! Так гораздо лучше.

У него приятная заразительная улыбка. Я невольно улыбаюсь в ответ.

– Так вот, Мин, – начинает он, – не присядешь ли ты в это кресло-вертушку ненадолго. Обещаю, мы все будем делать плавно, медленно, шаг за шагом.

Я напрягаюсь, но подчиняюсь и карабкаюсь на высокое сиденье.

Доктор Харрис, в свою очередь, плюхается на маленький стульчик – тоже на колесиках.

– Я понимаю, что ты слегка взволнована: что, мол, такое мы сейчас будем с тобой делать, да?

Я медленно киваю. Он тоже наклоняет голову.

– Ну, так вот, волноваться совершенно не о чем. – Он что-то записывает. – Это исследование – превентивная мера, мера предосторожности. Надо убедиться, что ты здорова, и с тобой и дальше все будет хорошо. Понимаешь?