Чтение онлайн

— Красиво жить не запретишь, — пробормотала я, обходя оленя и с удивлением отмечая, что чучело сделано весьма неплохо. Во всяком случае, ощущение кривоватой поделки большущего размера не вызвало.

Нас завели на второй этаж, усадили за низкий деревянный стол, соединённый со скамьями и цельным днищем, чтобы, усевшись, можно было с удобством вытянуть ножки. Обещанная дегустация оказалась не рекламным трюком, и черноглазый шустрый официант и правда разливал вино. Когда среди названий прозвучала «Чёрная роза», мы невольно захихикали, вспомнив поход в магазин.

Расплатившись с Юрием, поблагодарили за интересную экскурсию и тут же, подумав, решили пообедать.

— Худеть буду, — важно заявила Машка. — Поэтому возьму себе на пару... мясо... в тесте.

Я только хмыкнула и решилась обойтись куриным шашлыком. Ну, а что? Хоть какая-то видимость того, что я не позабывала о фигуре.

На вкус еда, кстати, оказалась недурственной. Мы покинули чайхану, довольные и сытые, и пошли бродить по сувенирному рыночку. Пока Маша выбирала себе чеканные чашки и блюдца (кажется, она решила скупить всю турецкую утварь в крымских лавках), я остановилась возле ограждения и задумчиво посмотрела вниз. Хвойный лес зелёным ковром устилал склоны Ай-Петри. Между ним и слепящей серебрящейся синевой моря тянулась полоса прибрежных городков.

Чарующее зрелище, невероятное. Кажется, так можно стоять вечно. И даже не чувствовать прохладного ветра, от которого кожа покрывается мурашками, не слышать шума за спиной, не...

— Красиво, — совсем рядом прозвучал низкий приятный голос.

Знакомый голос. Я даже сама не поняла, почему обрадовалась. Но, слава богу, хватило выдержки, и голову повернула медленно. Невозмутимо посмотрела в карие глаза, в которых мелькнули едва различимые смешинки.

Вот же ж... очки его совершенно не портят, наоборот — придают этакий флёр загадочности и обаяния. И слишком короткий рукав футболки открывает мускулистые руки, а татуировка приковывает взгляд. И хоть я не могу себя назвать любительницей подобных украшений на теле, но эта... Казалось, что привлекает взгляд и нарочно удерживает, не давая отвести, пока не рассмотришь каждую веточку и ягодку.

— Интересуетесь? — невинно поинтересовался он, в уголках губ мелькнула улыбка. — Мастер — мой друг, могу привести.

— Нет, благодарю, — пробормотала я. — Лучше просто посмотрю.

Последнее слово почему-то сказала таким низким и томным голосом, что тут же почувствовала, как щеки заливаются румянцем.

— Хорошо, пожалуйста, — как ни в чем не бывало ответил он, делая шаг ближе и чуть приподнимая руку, чтобы мне было удобнее смотреть. — Меня, кстати, Денис зовут. А вас?

— Инна, — ответила я, наконец-то справившись с собой.

— Очень приятно, — улыбнулся он. — Всё же решили побывать на Ай-Петри и попробовать вино здесь?

— Тут кроме вина есть ещё много интересных вещей.

Ишь, мачо какой! Хотя и правда мачо, приятно и посмотреть, и... О том, что к его руке очень хотелось прикоснуться, я старалась не думать. Неприлично хватать человека, которого видишь всего второй раз в жизни.

— Много, — покладисто согласился он и глянул в сторону приближающейся Машки.

Та обвешалась побрякушками, как индийская невеста, и выглядела неприлично счастливой. Кажется, я серьёзно промахнулась, решив, что её интересует посуда. Дениса Маша увидела издалека, поэтому шла целенаправленно и даже без маломальского намека на ой-что-вы-тут-делаете.

— Добрый день, — звонко поздоровалась она, осмотрела Дениса с ног до головы, потом перевела взгляд на меня. Полувопросительный такой. И только зная её много лет, я улавливала оттенки: пристает и прогнать нафиг или можно и поговорить?

— Это Маша, — поспешила я представить подругу, пока та не успела больше ничего сказать, — моя лучшая подруга. А это Денис...

Секундная заминка, пока я соображала, как продолжить. Но Машка не смутилась и заявила:

— Помню. А у вас выходной? — невинно уточнила она, хлопнув глаза.

Хм, неплохо выкрутилась. Ибо, глядя на него, я понимала, что нормального связного разговора сразу не получится. Больше хотелось на него смотреть, чем говорить. И не только смотреть, вот в чём беда.

— У меня не выходной, — улыбнулся Денис и почему-то посмотрел на меня. — Куда лучше, девушки. Отпуск на целую неделю!

Костёр громко трещал, соревнуясь с шумом ветра, угрожая затушить. Оранжевые языки пламени ластились к сухим коричневатым ладоням склонившегося над огнем человека. Человек был невысок, приземист и кривоног. Лунный свет серебряными бликами отражался от его коротких рожек на голове. Глаза были темны, раскосы и... задумчивы. Очень задумчивы.

— Петри сегодня не в духе, — пророкотал низкий мужской голос, больше похожий на шелест моря.

Рядом с человеком появился высокий черноволосы мужчина в одеянии цвета морской волны. Материал то напоминал обыкновенную ткань, то водную гладь, над которой вдруг решил порезвиться бриз.

— Аксайн, я и есть дух, — лениво ответил Петри, — как я могу быть не в себе?

— Да как угодно, — совершенно не смутился тот и опустился напротив.

Часть морского одеяния словно стекла с его туловища, обнажая смуглый мускулистый торс. В темно-синих глазах мелькнуло странное веселье: нечеловеческое, немного жутковатое, хоть и не злое. На запястье правой руки неземным огнем горел широкий браслет, металлические звенья которого составляли узор меандр.

— Как мило вы беседуете, — прожурчал совсем рядом приятный женский голос.

Возле Аксайна появилась стройная женщина, закутанная в полупрозрачные одежды. Голову покрывала голубовато-серебристая ткань, придерживаемая серебряным обручем с бирюзой. Изящные запястья и лодыжки были унизаны браслетами. На шее — широкая золотая полоса, усыпанная драгоценными камнями. От полосы на грудь спускалось пять длинных цепочек, заканчивавшихся ромбами с драгоценностями. Яка чилбыры — воротниковая застёжка татарских женщин. Только вот у простых смертных не кажется, что украшение соткано из солнечных лучей и усеяно самоцветами из недр Небесной горы.

При каждом движении женщины казалось, что где-то совсем рядом звенит ручеек, а смуглое тело соблазнительно просвечивалось сквозь ткань.

— Умай-та, ты как всегда вовремя, — улыбнулся Аксайн. — Кто знает, что бы произошло, не приди ты. Присаживайся, — сказал он и недвусмысленно указал на свои колени.

— Ничего особенного, — пробурчал Петри, раздувая огонь.

Кажется, присутствие двух богов воды только раззадоривало его разжечь огонь сильнее. Впрочем... на вершине Ай-Петри ветра такие, что и богам воды не грех у костра посидеть. Вон, глупые люди, решили тут ветроэлектростанцию надумали сделать. Сделали. Только ветра так закружили головы ветрякам, что сорвали лопасти. И теперь одичалый дух ветростанции бродит по горным тропкам да порой приходит к Петри выпить заваренного с травами чаю.