Чтение онлайн

Как бы мне хотелось повернуть время вспять, и в тот злополучный четверг отправиться раньше домой, чтобы остановить Зарина. Все было бы прекрасно. Университет, практика по плану, сдача диплома. А что теперь?

Словно ответ на вопрос, взгляд прояснился.

Эл замер в проеме с двумя чашками, от которых поднимался пар. Он остановился ненадолго, чтобы поправить коврик в прихожей. Задумался, поставил чашки на комод, решил переобуться в домашние тапочки. Я наблюдала. И, очнувшись, как от подзатыльника, последовала примеру. Стянула новые балетки, успевшие натереть палец и пятку на каждой ноге, и отправила по воздуху до коридора.

– Эл, если бы Зарин не продал мою душу, мы бы были знакомы лишь поверхностно?
– спросила, когда молодой человек протянул мне кружку. Я осторожно перехватила ее за ручку, стараясь не обжечься.

– Скорее всего. Почему ты спрашиваешь?

Неоднозначно пожала плечами.

Демон вошел в мою жизнь быстро, без разрешения. Вопреки и назло. Как его усмешка и изогнутая бровь - все эловское существование в моем мире было нарочитой язвительностью и подвохом.

Часть сознательной жизни осторожничать с ними, изучать, подозревать во всех тяжких, не доверять, чтобы в один день заключить контракт и вверить защиту души одному из них. Как я, должно быть, провинилась в прошлой жизни, раз плачу столько в этой.

Эл, не спеша, ходил по комнате, доставал письменные принадлежности одной рукой, держа во второй обжигающий напиток с мятой. Он собирался отправить Ви "летучку".

Вопреки здравому смыслу хотелось задать какой-нибудь личный вопрос. Спросить, почему он меня обнял и что имел в виду, когда сказал, что не жалеет меня. То есть испытывает что-то другое? Такая малость перевернула остатки реальности и вытащила на свет совершенно непрошенное чувство. Сердце предательски забилось чаще. Но разве я могу такое спросить? Он сочтет меня глупой и посмеется. Наверное, для него это пустяк. Подумаешь, обнял. Он каждую обнимает. На этот раз закипела кровь от досады.

– Ну и калейдоскоп, - восхищенно протянул демон, отправив "летучку" по адресу. Видимо, текста в ней не много.

– Наслаждайся, - буркнула недовольно. Так и будет подлавливать, ему нравится ставить меня в неудобное положение. Что за тип!

И вдруг (и в который раз) мне стало так перед собой стыдно. Я в таком невыгодном положении, с кучей неразрешенных проблем, а думаю о ерунде! Да и еще о том, кто нравится моей подруге! Решительно отпила из кружки, обжигая нёбо, и сделала глубокий вдох. Я без пяти минут квалифицированный маг, лучшая на курсе среди теоретиков, отставить нюни! Я же буквально падаю в грязь лицом перед айтарином, проявляя излишние эмоции. Где моя выдержка? Где сосредоточенность? Что, растеряла, расслабившись на надежном плече? Впервые проявившиеся чувства создают туманность в мозгу?

"Мне стыдно за тебя, Лика" - сказал мозг, взяв, наконец, под контроль ситуацию. Мне стоило осознать свои чувства только ради этого мгновения. С самого начала наше общение с Элом напоминало фарс, соревнование, в котором я неизменно проигрывала.

– Что происходит у тебя в голове?
– с подозрением поинтересовался демон.
– Женские эмоции всегда вызывают удивление и лучше не знать их причину, но мне правда интересно. Если бы ты меняла цвета при смене настроения, то я бы сейчас увидел радугу.

– Зато без дождя, - я натянула улыбку и поняла, что вот за ней-то прятаться легче всего. Она не требовала усилий.

– Теперь мне действительно стало страшно, - без тени ехидства ответил Эл.

Прозвенел дверной звонок. Я обрадовалась ему, как новогоднему подарку, когда мама преподнесла полную энциклопедию низших тварей в синей обертке. Демон не двигался с места, как приклеенный наблюдая за моим лицом. Милое выражение удержать было все сложнее. Снова звонок.

– Там звонят. Мне открыть?
– попытка побега.

– Не надо, сиди.

Я больше не проиграю этому чертовому демону.

– Там звонят. Мне открыть?
– попытка побега.

– Не надо, сиди.

Я больше не проиграю этому чертовому демону.

Мог ли он понять по одним лишь эмоциям, что я перешагнула через себя и приняла важное и оказавшееся простым решение, не знаю. Но хмурое выражение лица мне пришлось по вкусу. Так-то.

Позвонили в третий раз, а Эл все не спешил открывать. Зато отвел от меня взгляд и принялся внимательно изучать стену. Я тоже на нее посмотрела, вдруг обои сменил. Нет, те же.

– Ты позвал Ви, чтобы она стояла под дверью?
– на всякий случай уточнила, не понимая смысла происходящего.

– Это не Ви. Скоро уйдут, - и он так это сказал, что вопрос от меня последовал незамедлительно.

– А кто там?

– Твоя подруга, - преодолев короткую заминку, признался красноволосый.

Слова - это очень важно

Высокие окна в аудитории заливало дождем, да таким сильным, что невольно на ум приходили мысли о искусственно вызванных осадках. Небо со вчерашнего дня было свинцово-серым, и в воздухе витал запах озона. На ночь мы с девочками открыли форточку, а на утро втроем охрипли. Коварная весенняя погода никак не желала уступать место полноценной жаре.

Я отодвинула исписанный с двух сторон листок на заданную тему по зачету и уставилась за стекло, теребя в пальцах ручку. Тяжелые капли истязали молодую листву, кроны как будто проседали под напором стихии.

Аритэ тогда просто ушла, а я сквозь узкую щель между штор наблюдала за ее понурой фигуркой, гадая, сколько раз она уже находила дорогу к дому демона. Спрашивать Эла я не стала, боясь услышать то, что может не понравиться. Но демон не был бы демоном, если бы не оставил последнее слово за собой.

Он стоял за моей спиной и тоже следил за медленно удаляющейся девушкой. Когда она скрылась из виду, он заговорил. Я слышала горечь в его голосе, и это только сильнее выбило меня из колеи.

– Твое чувство вины даже меня сбивает с толку. Неужели ты не можешь сделать что-то для себя, прислушаться к своим эмоциям, а не пытаться угодить другим? Насколько нужно было затравить ребенка, чтобы он боялся сделать себя счастливым?

После этой фразы день для меня закончился. Дальнейший приход Ви и сказанные ею слова, стали всего лишь подтверждением того, что раньше сказал Эл о попытке выйти из ситуации. Привлекая ко мне внимание, она хотела защитить, рассчитывая, что к дочери Ларье, окруженной журналистами, не посмеют подойти. Я не стала ее разочаровывать, что Ри вряд ли будет церемониться с журналистами, скорее предпочтя выставить меня на всеобщее посмешище, чем сдаться самому. Не стала с ней спорить и ругаться, хотя изначально цель была именно такой. Эл выбил почву из-под моих ног, задел за живое и обнажил страхи. Я больше ни о чем не могла думать, кроме как о его словах. Поэтому вяло обозначив негативное отношение к случившемуся, я просто обулась и ушла. Ви крикнула на прощание, что эриты меня проводят до Университета и если мне нужно будет выйти, чтобы дала "летучку", тогда она пришлет сопровождение. Где были ее эриты утром на кладбище, я не узнала, отложив на когда-нибудь потом.