Чтение онлайн

В то время он полагал, что эта угроза была бы вполне вероятной, если бы кто-то из этого «Медного Круга» обнаружил, что близнецы еще живы и где они находятся. Хотя сам факт того, что у этих изгоев было такое название, как «Медный Круг», предполагал, что они были организованы там, где не было большого количества изгоев, здесь были и другие проблемы, которые делали это возможным. Лидер позволяет девочкам жить, но, например, не делает этого открыто. Это указывало на то, что либо он не был фактическим лидером, а просто руководил тем нападением с приказом убить всю семью, либо что он не был достаточно уверен в своем контроле над другими в организации, чтобы они подчинились его решению оставить их в живых. Боялся ли он, что другие члены группы могут настоять на убийстве Пэт и Куинн?

Санто ненадолго задумался, а затем отбросил эти мысли. Все это произошло тридцать лет назад. Скорее всего, теперь никто из «Медного Круга» не придет за Пэт и ее сестрой. Тем не менее, было бы неплохо получить всю возможную информацию о группе. Ему придется поспрашивать, решил Санто. Просто чтобы быть в безопасности.

«Сэр?»

Санто вырвался из своих мыслей и с удивлением взглянул на официанта. Он на самом деле забыл, где они были и что они были не одни.

«Ресторан закрывается в десять часов, и сейчас почти время. Боюсь, если вы хотите съесть то, что приготовил для вас шеф-повар, вам придется начать, — извиняющимся тоном сказал мужчина.

Санто уловил гримасу, промелькнувшую на лице Пэт, и понял, что ей, вероятно, не хочется есть после только что состоявшегося тяжелого разговора. К тому же, он тоже этого не хотел. Но он знал, что позже проголодается, поэтому сказал: «Заверните мы уходим».

«Да сэр.»

«И добавьте несколько десертов», — добавил он, когда мужчина ушел.

«Конечно, сэр.»

«Мне жаль.»

Мягкий голос Пэт заставил Санто удивленно оглядеться. «За что?»

— За то, что испортила наше свидание и ужин. Я знаю, что это, должно быть, стоило больших денег, и…

— Пэт, — прервал он. «Никогда не беспокойся о деньгах, которые я трачу на тебя. За свою жизнь я накопил немало».

«Действительно?» Она казалась удивленной.

Санто не был уверен, должно ли ее удивление оскорбить его или нет, но просто сказал: «Как ты заметила, мне почти три тысячи лет, и я почти все это время работал».

«Да, я тоже работаю, но большая часть моих денег уходит на квартиру, которой я владею. Остается не так много, чтобы вложиться и сколотить состояние».

— Ты владеешь квартирой? — спросил он с удивлением.

«Да. Большинство квартир сдаются, но те, что на моем этаже, были проданы, чтобы помочь финансировать строительство. Увидел, понравилось, купил». Пэт допила свой напиток. «Аренда кажется чем-то вроде…. Ну, ты в основном выбрасываешь свои деньги в окно. Ты платишь арендную плату, и эти деньги исчезают, и ты их больше никогда не увидишь. Но когда ты покупаешь дом или квартиру, даже если ты ежемесячно платишь по ипотеке. ". она снова пожала плечами». . ты получишь эти деньги обратно, если продашь позже. Если, конечно, рынок жилья снова не упадет на дно или что-то в этом роде».

Санто кивнул, но затем спросил: «Каков средний срок ипотеки?»

— От двадцати до тридцати лет, думаю, можно и покороче.

— И это львиная доля ежемесячных расходов у каждого, Si?

«Si, я имею в виду да. Большинство руководств по составлению бюджета предполагает, что расходы на жилье должно составлять тридцать пять процентов ваших ежемесячных расходов, — признала Пэт. «Хотя для меня это больше похоже на пятьдесят процентов. Но на долги тоже выделяют от пяти до пятнадцати процентов, а так как моя ипотека — мой единственный долг… ". Она позволила фразе оборваться.

«Итак, как только я приобрела дом, мои расходы значительно сократились», — как раньше Санто уже заметил, что Паркер определенно унаследовал привычку извергать факты и цифры от своей тети Пэт.

Она понимающе кивнула, а затем пробормотала: — Посмотрим, тебе две тысячи девятьсот восемьдесят четыре года. Раздели это на тридцать лет ипотеки. ". Она остановилась, ее глаза недоверчиво расширились. «Это эквивалентно сотне домов — 99,467, если быть точной».

Санто торжественно кивнул, а затем сказал: «У меня один дом. . и ты должна учитывать процент от всех тех домов, которые я не купил за эти годы.

— Боже мой, ты богат, как Крез, — воскликнула Пэт, выглядя скорее смущенной, чем довольная этой новостью.

«Крез, может быть, и был богат, но был показушником при этом», — уверял он ее, и ее глаза тут же сузились.

«Ты не мог знать Креза! Он был. . ах, черт, он жил где-то в пятисотом с чем-то году до нашей эры. Ты мог бы знать его, — поняла она, а затем с любопытством спросила. — Кого еще ты знал?

Санто даже рассмеялся, не веря этому вопросу. «Я давно живу, женщина. Я знал многих людей».

— Да, но… — Пэт сделала паузу, нахмурилась и сказала: — Ты только что назвал меня женщиной.

Улыбка тронула его губы, когда он уловил ее возмущение и поддразнил: — Ты предпочитаешь, mio amante?

«Что это значит?» — подозрительно спросила она.

Санто открыл рот, но затем остановился и минуту просто смотрел на нее. Она была такой милой. Ее брови были приподняты над большими темными глазами, рот был сжат, а длинные волосы падали на обнаженные плечи черными волнами, которые заканчивались прямо над облегающим ее красным платьем.

— Это значит, — начал он, но его взгляд упал на глубокий V-образный вырез платья между ее грудями, и, когда он закончил, его голос понизился до голодного рычания, — моя любимая.

За его заявлением последовала тишина, которая длилась так долго, что он, наконец, заставил свой взгляд подняться к ее лицу. Он сразу увидел, что это простое слово произвело на нее такое же впечатление, как и на него. Сексуальное желание, которое он внезапно ощутил, отразилось в ее глазах, а губы слегка приоткрылись, словно приглашая его поцеловать.