Чтение онлайн

Тем более что железяк на себе он носил даже больше, нежели Пэгги, тело которой, по словам абордажников, внешне не отличалось от человеческого.

— Плевать я хотела на ваши заряды, господа охотники, — с явным вызовом отозвалась Пэгги.

— Какие мы тебе охотники? — обиделся Дольф. — Мы — честные контрабандисты.

— Куда вы дели принцессу Савитри? — продолжила Пэгги допрос, будто не она, а абордажники стояли посреди пустоши под дулами скорчеров.

Синеглаз подумал, что эта непоколебимая воительница по характеру очень похожа на царицу Серебряную. Будет жалко, если ее постигнет такой же трагический конец. Впрочем, контрабандисты уничтожать боевого андроида не собирались. Тем более, еще одному обученному бойцу в поредевшей команде точно дело нашлось бы. Учитывая, как бесстрашно Пэгги сражалась.

— Да говорят тебе, мы собирались просто узнать, нет ли на корабле горючего, — попытался вкратце объяснить ситуацию Эркюль, на всякий случай тоже сняв скорчер с предохранителя. — А тут понаехали эти на танках.

Он указал на машины, удалявшиеся вверх по склону.

— Мы даже не успели ничего предпринять.

— Принцессу куда-то увезли, а тебя бросили на съедение этим прожорливым тварям, — пояснил Шаман, скинув андроиду на карту памяти запись схватки и ее завершения.

— В общем, мы сейчас выступаем, — подытожил Шварценберг. — Если тебе нужна эта дочка раджи, можешь присоединиться. Скорчер мы тебе пока не дадим. Не маленькая, на месте сама добудешь. Если покажешь короткую дорогу по склону, поделимся аккумуляторами. Насколько я могу судить, тебя во время боя основательно разрядили.

— Ох, не думала я, Шварценберг, что мне доведется сражаться с тобой на одной стороне, — скептически покачала головой Пэгги, которая, как выяснилось, отлично знала не только кэпа, но и многих членов его экипажа.

— Все, с кем мне доводилось сотрудничать, оставались довольны, — не без хвастовства заметил Шварценберг.

— Если поможете мне отбить у охотников Савитри, так уж и быть, добуду вам ключ от «Эсперансы»! Только учтите: я теперь с вами в доле. Валить отсюда всем вместе! А любую подставу я процессором чую.

— Кажется, у этой горячей малышки есть все шансы заменить на «Нагльфаре» Онегин. Даром что вместо сердца у нее ядерный реактор, — негромко заметил Дольф.

— Нашему кибер-деду железная леди под стать, — хохотнул Шака.

— Только Эркюль, кажется, немного расстроился. Он же все-таки ее от медуз спас.

— Зачем Хануману железная леди, когда у него есть мартышки?

Они построились в прежний боевой порядок, и Шварценберг скомандовал выступать. Пэгги шла в голове отряда и, как положено боевому роботу, периодически вырывалась вперед, делая разведывательные вылазки. После подзарядки она вернула прежнюю гибкость, подвижность и выносливость, превратившись в действительно ценную боевую единицу, чем Синеглаз, кое-как рысивший за Шакой, не мог не гордиться. Без боевого андроида им вряд ли удалось бы отыскать среди космического хлама и нагромождений горных пород проходимую тропу.

Впрочем, антигравитационные ускорители тоже исправно выполняли свою задачу, помогая перепрыгивать с карниза на карниз и быстро сокращать расстояние, которое машинам пришлось покрывать, петляя по изгибам горного серпантина. Поставив на успех, Шварценберг энергию не экономил, а кислород они взяли с расчетом на обратный путь.

С немалым трудом переживший бросок до «Эсперансы», нынешний крутой маршрут Синеглаз воспринимал как удивительное и веселое приключение. Совершая гигантские прыжки, с легкостью уворачиваясь от торчащих из развороченных обломков кораблей острых кусков обшивки и арматуры, княжич ощущал себя словно в шкуре роу-су. Причем не несуразного, слегка неуклюжего котенка, в которого он обычно обращался, а взрослого опасного самца, имеющего в арсенале не только зубы и клыки, но и скорчер. Тем более, прибор ночного видения, который с горем пополам настроил Эркюль, показывал мир в том же черно-белом, чуть зеленоватом цвете, каким его видел Синеглаз, во время ночных бдений в облике тотемного предка.

В образе роу-су княжичу уже приходилось охотиться на косуляк, и он знал, что взрослый самец способен в прыжке с горного уступа свернуть шею могучему зенебоку, да и с пещерным табурлыком потягаться в единоборстве. Конечно, танки по размерам превосходили любого из мохнатых шестиглазых кораблей травяного леса, да и вместо рогов и копыт обладали орудиями, защитным полем и броней. Но кто сказал, что броню невозможно вскрыть, а орудия обратить на свою пользу? Разве он не мечтал совершить подвиг и спасти прекрасную принцессу? Тем более, дочь раджи Сансары принадлежала к роду Великого асура.

Остальные контрабандисты хотя и руководствовались более приземленными мотивами, тоже преодолевали препятствия без привычной ругани и сетований на судьбу. Охотничий азарт гнал их вперед, заставляя забыть об усталости, а ожидание неплохой поживы разгоняло кровь в жилах. Да и присутствие Пэгги подзадоривало.

Конечно, все понимали, что соревноваться с боевым андроидом не менее бесполезно, нежели пытаться обогнать флаер или вертолет. Однако, наблюдая, как их новая спутница с проворством и грацией легконогой косуляки перепрыгивает с уступа на уступ, бесшабашно балансируя на камнях и обломках, контрабандисты невольно тянулись за ней. Забывая не только об усталости, но и о законах гравитации, они даже не всегда подключали акселераторы, преодолевая расщелины и преодолевая расстояние между террасами. А зазевавшихся медуз отстреливали на автомате. Даже мартышки, копошившиеся где-то в недрах скафандра Эркюля, бурно выражали свое одобрение каждому удачному прыжку Обезьяньего бога.

Танки еще не успели обогнуть вершину, когда абордажники с «Нагльфара» уже оказались на гребне.

— Ну твои молодцы, Шварценберг, и разогнались, — удовлетворенно констатировала Пэгги, отыскивая взглядом неповоротливые машины. — Видно, кому-то не терпится на «Эсперансу» попасть.

— Вообще-то у меня и старина «Нагльфар» пока на ходу, его бы только слегка заправить, — не без прежнего хвастовства отозвался Шварценберг, выбирая место для атаки.

— Еще ни один звездолет не преодолел притяжение черной звезды, — скептически заметила Пэгги, показывая ему на обрывистый карниз, нависавший над дорогой так, чтобы экипажи машин не могли разглядеть угрозу.

— Ну, надо же кому-то начинать! — бесшабашно расхохотался Шварценберг. — Впрочем, ты, птичка, права! Оставлять «Эсперансу» в такой дыре было бы тоже негуманно. Все-таки, как ни крути, память об однокласснике и друге. Будем считать, что Маркус Левенталь этот корабль мне тоже завещал.

— Вообще-то завещанное поступает в собственность только после смерти владельца, — не без ехидства заметила Пэгги. — А судя по бортовому журналу, Маркус все еще жив.

— Э-э! Ты это, куколка, не балуй!

Шварценберг так разволновался, что едва не сорвался с обрывистой бровки. Антигравитационный акселератор еле его удержал.

— С чего ты так решила, если с тех пор, как Маркус здесь сгинул, прошло более трех десятков лет?

Пэгги, пользуясь небольшой передышкой, кратко изложила историю строительства города под куполом и хронику последних событий.

Синеглаз тоже слушал рассказ с неослабевающим вниманием. Ведь в этой истории оказался замешан жених принцессы Савитри. Интересно, а этот принц Шатругна тоже асур? Хотя с другой стороны, если бы он обладал древними способностями своего народа, отыскать на пустоши пропавшую невесту ему бы не составило труда.