Чтение онлайн

— Отступил? Ты никогда…

— Твой последний уход от меня не зависел, однако времени у меня было предостаточно, чтобы заставить тебя изменить свое решение. В течение двенадцати лет я в любой момент мог сказать: «Я хочу быть с тобой, даже если ради этого мне придется отказаться от всего остального». Но я этого не сказал. Не потому, что я тебя не любил, и не потому, что любил недостаточно. Я струсил.

— Ты не…

— Я боялся, что я тебе не нужен. Поэтому я сказал себе, что буду ждать, дам тебе время на то, чтобы вернуться ко мне. Когда я понял, что ты не вернешься, то решил, что был прав, и ты встречалась со мной только из-за моего положения и моих возможностей, и что даже этого было мало.

— Крис, я никогда…

— Знаю. Я просто упивался жалостью к себе, оправдывая свою трусость. Но я нашел тебя здесь и понял, что был неправ. — Он улыбнулся. — Даже когда ты швырялась молниями, пытаясь прогнать меня в ад, я знал, что был неправ. Я поклялся, что верну тебя, и когда это все-таки произошло, я сделал так, чтобы нас больше ничего не разлучило: ни твое навязчивое желание защитить Саванну, ни задания Судеб, ни красавчики-ангелы.

— Но ты же выше. Крис усмехнулся.

— Наконец-то ты призналась.

Я рассмеялась. Крис поднял мое лицо к себе.

— Так вот, я тебя никогда не оставлю, и никто нас не разлучит. Я буду бороться за нас. Но если ты попадешь в передрягу, то не сдавайся, сражайся до конца, даже если тебе понадобится этот проклятый меч.

Я задумалась, затем кивнула:

— Хорошо.

Трсайель вызвался проводить меня до места назначения. По дороге ангел рассказывал о Дачеве все, что ему было известно из собственного опыта. Я выжала из него факты, особенности поведения, общие впечатления. Только после этого я сказала, что готова.

— Он прямо за этой дверью, — промолвил Трсайель.

— За дверью?

Ангел указал на узкую дверь у меня за спиной.

— Он там?

— По крайней мере там находится его ад. Самого Дачева придется искать… Нет, так не пойдет, тебе нужна конкретная информация. Надо связаться с Кацуо. Он там был, он…

— Не надо, — возразила я. — Задержка мне ни к чему. Если Дачев там, я его найду.

Трсайель кивнул.

— Будь осторожна. Помни, что…

— Помню.

— Не забывай, эти мужчины не видели женщины уже…

— Знаю.

— Они опасны, Ева. По-настоящему опасны. Тебе придется…

— Знаю, — я сжала его руку, — знаю, Трсайель.

Он замялся, как будто хотел сказать еще что-то, добавить еще сотню предостережений, но сдержался, пожал мне руку в ответ и извлек из кармана фиал.

— А, зелье! — воскликнула я. — Чуть не забыла.

— Если потеряешь или забудешь, к тебе кого-нибудь пошлют, об этом не беспокойся. В ловушку ты не попадешь. Но зелье лучше не терять. В преисподней время идет медленнее, так что времени на разговор с Дачевым у тебя достаточно. Но если что-то случится, то пройдет не один день, прежде чем мы сможем тебя вызволить. Задержка будет не из приятных.

— У меня глубокие карманы, — заверила я.

— Отлично. Положи это в самый глубокий из них. И еще, последнее… или предпоследнее… — Он вновь покачал головой. — Не важно. Просто… просто…

— Иди, — закончила я с улыбкой.

— И будь осторожна.

— Буду, — пообещала я, обернулась и открыла дверь.

На шалфейно-золотистом лугу покачивались под теплым летним ветерком яркие полевые цветы. Над головой сияло солнце, время от времени по аквамариново-голубому небу пролетали пушистые облака, впрочем, не застилая горячих солнечных лучей. В листве пели птицы. Мимо меня пролетела бабочка.

— Ад убийц? — пробормотала я, оглядываясь. — Трсайель, ты меня не туда отправил.

На месте исчезнувшей двери возникла грунтовая дорога, поросшая по обочинам высокой травой и цветами. Дорога вела к группе колоритных домиков.

— Трсайель, — вздохнула я, — прокол по полной программе.

Я достала из кармана склянку с зельем. В мутной бурой жидкости плавали комки черной смолистой слизи. Вкуснотища. Что-то меня не тянуло глотать эту пакость. Вот сейчас Трсайель сообразит, что промахнулся, откроет дверь и отправит меня в нужное место. Ладно, проверю-ка я этот поселок, и посмотрим, в какое посмертие я попала.

Поселок не подавал никаких признаков жизни, кроме веселого чириканья птиц. Ни единого движения среди аккуратных домиков. Вспомнился старый фильм времен холодной войны: взрыв нейтронной бомбы, а потом в кадре появляется такой вот симпатичный поселок, где никого не осталось в живых, только тихий перезвон колокольчиков, раскачивающихся на ветру.

Призрачный поселок, совсем не похожий ни на одно из виденных мной призрачных селений. В наших городах, даже в те редкие моменты, когда на улице никого нет, повсюду заметны признаки жизни: брошенная под тенистым деревом книга, забытые на изгороди садовые перчатки, чашка, оставленная на перилах веранды. Здесь не было ничего.

Дома смотрели на меня пустыми глазами — в окнах не было ни занавесок, ни жалюзи, ни горшков с растениями, ни декоративных подвесок… ничего не выражающие, мертвые взгляды.

Вдоль улицы стояли восемь домов, по четыре с каждой стороны, на точно вымеренном расстоянии друг от друга, окруженные миниатюрными аккуратными лужайками. Переулков не было, только улица длиной футов сто. С одной стороны — луг, с другой стороны — лес, в котором исчезала дорога.

Я прищурилась, чтобы дальним зрением заглянуть в окна одного из домов. Ничего не произошло. Еще одна попытка и по-прежнему ничего. Да уж.

Инстинктивно оглядевшись по сторонам — излишняя предосторожность, вокруг никого не было, — я ступила на тропинку, ведущую к дому. Ни крыльца, ни веранды, только усыпанная гравием дорожка и пустые палисадники. В каждый палисадник выходило по одному окну. Я прошла по грядкам и заглянула в окно слева. Похоже на спальню, если судить по единственному предмету обстановки. В комнате не было ничего, кроме двуспальной кровати. Никакой постели, только голый матрас на раме. Уютненько.

Я подошла к окну справа от дорожки. Гостиная, она же столовая: диван, обеденный стол и единственный стул. В углу валяется смятый коврик. Нет, не коврик — постель. Простыня и одеяло свернуты гнездышком в уголке. Собачья лежанка?