Чтение онлайн

Исчезли оживленные рынки, узкие мощеные улочки, очаровательные магазинчики. На ее памяти Новый Свет представлял собой несколько убогих поселений на диком континенте, место ссылки для убийц и воров.

Никса повела плечами, покрутила головой, пытаясь привыкнуть к ощущениям. Годы, проведенные в теле Мари-Мадлен, не приучили ее к вони, боли и однообразию человеческого существования. Но здесь ей была дана свобода, неведомая ее истинному естеству, — свобода действовать в мире живых, самой нести разрушение и хаос. Она превратилась в нечто среднее между человеком и демоном, в духа.

Конка свернула в ее сторону. Взмахнув рукой, она попыталась зацепить бок коня скрюченными пальцами. Тот пробежал сквозь нее, не закатив глаз в испуге. Никса зашипела ему вслед. Даже человеческий призрак в силах напугать скакуна. Когда-то одно ее присутствие наполнило бы его таким страхом, что он затоптал бы всех вокруг. Она закрыла глаза и представила, сколько было бы жертв и разрушений. А теперь? Через двести лет она сбежала из ада лишь для того, чтобы оплакивать утраченное навек? Нет, выход должен быть. Выход есть всегда.

Никса пошла вдоль дороги, пробуя на вкус мысли прохожих. Разум мужчин оказался закрыт для нее, как она выяснила вскоре после побега. Умерев в женском обличье, она осталась навек связана с ним.

Она выискивала признаки скрытой страсти в лицах людей. Сначала глаза, потом разум. Порой людям открываются глубины, недоступные их примитивному мышлению, но эти зерна истины попадают прямиком в навозную кучу, где их подбирают барды и поэты, превращая в любовные трели. Глаза — истинное зеркало души. Мимо ясных глаз никса проходила, не задерживаясь. Облачка, затуманивающие взор — она раздумывала, но шла дальше. Ей нужны были бури, ураганы, настоящие тайфуны терзаемой души.

Она прошла половину улицы, встретив пару грозовых туч, и остановилась возле женщины лет двадцати пяти, опустившей взгляд долу. Широколицая и не слишком красивая, она ждала кого-то на тротуаре возле магазина. Ей навстречу вышел мужчина со смуглым обветренным лицом, в рабочей одежде. Заметив женщину, он широко улыбнулся.

— Мисс Борден, — приподнял он шляпу. — Как поживаете? — Спасибо, неплохо, — робко улыбаясь, ответила та. — А вы?

Не успел он ответить, как из магазина, сверкая глазами, выскочил высокий человек с седыми бакенбардами. Он схватил женщину за руку и потянул ее по улице, не обращая внимания на ее собеседника.

— Ты что это устроила, а?

— Я просто поздоровалась, отец. Мистер О'Нил приветствовал меня, и я…

— Мне наплевать на него. Он батрак, тебе совсем не пара. «А кто мне пара, отец? Никто, если это означает, что вам придется нанять вторую служанку взамен меня». В душе молодой женщины всколыхнулась огромная волна ярости, но ничто не выдавало ее чувств, лишь тверже сомкнулись губы.

Она подняла голову, и никса увидела глаза, настолько замутненные ненавистью, что они казались почти черными. Никса усмехнулась. Значит, она желает смерти отца… прямо как Мари-Мадлен. Какой подходящий момент начать новую жизнь.

Никса протянула руку и коснулась бледной щеки женщины кончиками пальцев. Хочешь, я освобожу тебя, дорогая? С радостью.

Хотя я раньше не слышала словосочетания «земное привидение», но смысл поняла. Когда мы умираем, большинство отправляется в загробный мир, однако некоторые остаются на земле. Кого-то из них удерживают незавершенные дела, — наш безголовый дух утверждал, что это как раз его случай. На самом же деле их ничто не держит, они сами закрывают себе путь в иной мир. Как и плачущая женщина в доме Саванны, они застревают по собственной воле.

Возможно, наш безголовый знакомец и застрял сам, но скорее всего его случай относится к другой категории, к тем, которые должны отбыть в этом чистилище определенный срок после смерти. Если так, то он никуда не денется, пока высшие силы не решат, что он усвоил урок. Такими темпами он будет преследовать некромантов до следующего тысячелетия. Но к одному из них он больше приставать не будет.

Поскольку мой объект был привязан к миру живых и не мог телепортироваться, следить за ним было делом несложным. Хотя я шла не больше чем в пятидесяти футах за ним, он меня так и не заметил. Я надела мешковатую ветровку и джинсы и собрала волосы в хвост под бейсболку. Кроме того, я приготовила скрывающее заклинание, а вдобавок — еще и ослепляющее, хотя и не знала, сработают ли они в этом мире. Предстояло многому научиться.

Я незаметно шла за ним через весь Город Ветров [2] , прокатилась на двух городских автобусах и на электричке. Потом Безголовый пересек большой газон и направился к невообразимо уродливому зданию, напомнившему мне здание родной школы, которая всегда ассоциировалась у меня с тюрьмой. Отчасти дело в моем отношении к общему образованию, но клянусь, архитектор ненавидел учеников. Может, его в детстве запирали в чулан, и он поклялся отомстить всем следующим поколениям. Это здание отличалось таким же подавляюще огромным фасадом, сложенным из бурых кирпичей, такими же маленькими окнами и таким же десятифутовым забором.

Первым делом я решила, что передо мной тюрьма. Подходящее место для тех, кто раскатывает на машине в пьяном виде. Но нет, потрепанная вывеска гласила: «Психиатрическая больница Дейлвуда». Значит, Безголовый ошивается в психушке? Похоже, ему не помогает.

Я спряталась за фургон на стоянке, наблюдая, как призрак вошел в боковую дверь, возле которой на перекур собралось полдесятка сотрудников, поеживаясь на ветру и глядя на закат. Проскользнув мимо курящих через вытоптанный участок газона, в двух шагах от заветной двери я обнаружила толстого, похожего на бульдога санитара. Я не замедлила шага, думая пройти сквозь него. Вместо этого я врезалась на полном ходу в ходячую гору жира и мускулов. Еще один призрак. Только этого не хватало.

— Куда тебя несет, парень? — проревел он.

Я подняла голову, и он заморгал, осознав, что ошибся.

— Послушайте, дамочка, это частная собственность. Если хотите к нам, поговорите с Тедом.

Я посмотрела ему в глаза и задействовала силу ослепления.

— Ты что, оглохла, детка? Я знаю, что хорош собой, но ты не в моем вкусе. Кончай глазеть и вали отсюда, а то познакомлю мой сапог с твоей попкой.

Хотя я обычно не оставляю оскорбления без внимания, на этот раз ясно было, что ничего не попишешь. Разумеется, можно по старинке отлупить нахала… Чтобы не спугнуть дичь, я пробормотала неискренние извинения и вышла по тропинке на дорогу.