Чтение онлайн

— Присаживайтесь, мисс Кэри, — сказал он, не повышая голоса, но Мег почему-то решила, что будет лучше, если она послушается. Протянув перед собой руку, она осторожно прошла вперед, пока не наткнулась на стул с прямой спинкой, придвинутый к широкому столу. Ее желудок тут же откликнулся на запах пищи, но девушка села и упрямо отодвинула тарелку в сторону.

— Я не голодна, — повторила она, пытаясь разглядеть в темноте своего собеседника. Но она увидела лишь темную грозную фигуру, восседавшую в массивном кресле, очень похожим на трон. Потом она услышала слабый булькающий звук, и решила, что он идет из дыхательного аппарата.

— Не морите себя голодом понапрасну, — сказал Этан более мягким тоном. — Как же вам удасться улизнуть отсюда, если вы совсем ослабнете?

— Я не собираюсь отсюда бежать. Будьте благоразумны и вызовите мне машину, чтобы я могла покинуть это Богом забытое место.

— Вы правы, Бог о нас забыл. Но у меня нет телефона.

— В таком случае наймите машину с помощью факса, — с отчаянием сказала Мег. Внезапно ее бросило в жар. Весь день напролет она дрожала от холода в своих каменных апартаментах, и теперь в темной душной комнате она чувствовала себя, как в парильне. Конечно, инвалидам необходимо находиться в тепле. Но может, он разрешит ей хоть немного открыть окно? Хотя в этой мрачной комнате вряд ли были окна. Она вспомнила, как Сальваторе как-то сказал, что Уинслоу ненавидит солнечный свет.

— Мисс Кэри, вы не уедете отсюда без моего позволения, — очень мягко сказал он. — А я пока к этому не готов.

Меган подумала, что если она поест, то к ней вернутся силы. Скорей всего, от недостатка сна у нее кружилась голова и все плыло перед глазами. Ей вовсе не хотелось упасть в обморок перед своим мучителем, но и проделать долгий путь назад в свою комнату казалось чем-то немыслимым. Она с облегчением подумала, что инвалидное кресло вряд ли справится с длинными извилистыми коридорами, ведущими в ее комнату в башне. Ей не терпелось оказаться как можно дальше от человека, сидевшего в кресле.

Мег поднесла ко рту кусочек жареного цыпленка и принялась медленно жевать, стараясь потянуть время.

— Чего вы хотите от меня, мистер Уинслоу?

— Зови меня Этаном. Я думаю, ты позволишь называть тебя Мег. Как никак мы будем жить вместе в одном доме, пускай и недолго.

Она постаралась пропустить мимо ушей явную насмешку в его голосе.

— Чего вы от меня хотите? — повторила она свой вопрос.

— Правильней было бы спросить, что нужно тебе от меня. Ведь это именно ты заявилась ко мне без приглашения. Кстати, как поживает отец? Небось отсиживается в Чикаго, пока дочурка старается спасти его шкуру?

— Мой отец совершил ошибку. Люди порой ошибаются, знаете ли. В то время как другие отсиживаются в своих нелепых домах и осуждают других.

— У меня есть причины сидеть в своем нелепом доме.

— Не сомневаюсь, — Мег постаралась отогнать от себя чувство вины. Возможно, мужчина, сидевший в темноте, и был несчастным инвалидом, но это не давало ему права удерживать ее здесь против воли. — Но кто дал вам право осуждать других?

— Твой отец испортил мне репутацию. Я обладаю всеми правами пострадавшей стороны, чтобы жаждать правосудия.

— Мне казалось, пострадавшей стороной были погибшие строители.

— Тебе об этом рассказал отец? Что еще он тебе говорил?

Следующий кусочек цыпленка Мег проглотила с трудом: он показался ей совершенно безвкусным, да и глотать было больно. Интересно, почему у нее шумит в голове? Она нащупала возле тарелки бокал с вином и сделала большой глоток.

— Отец сказал, что совершил ошибку. В то время он был страшно расстроен и не мог здраво мыслить. — Из-за боли в горле в голосе у Мег зазвучали умоляющие нотки. — Господи, только что умерла моя мать. Неужели у вас нет сострадания к чужому горю? Разве вы не понимаете, что он чувствует свою вину и очень страдает из-за этого?

— Я только знаю, что он чувствует себя виновным. И как он переживает по этому поводу, — в жарко натопленной комнате голос Этана Уинслоу показался холодным, как лед. Мег дрожала от озноба, хотя на лбу появились капельки пота.

— Тогда почему вы не оставите его в покое?

— Я оставлю его в покое.

На секунду Мег показалось, что она ослышалась. Она тряхнула головой, чтобы туман в ней рассеялся.

— Что?

— Я сказал, что оставлю его в покое. Пока ты будешь здесь находиться.

Теперь Мег поняла, что правильно расслышала его слова.

— Вы шутите.

— Нисколько. Я не буду докучать твоему отцу, пока ты будешь жить в этом доме. Как только ты отсюда уедешь или я устану от твоего присутствия, я его уничтожу.

В темной комнате повисло тягостное молчание. Она снова услышала булькающий звук от его дыхательного аппарата и тихий стрекот от множества аппаратов, которые, как она думала, поддерживали его жизнь. Если бы она была решительной и рассчетливой стервой, она бы успела до возвращения Сальваторе ударить Уинслоу и оборвать все провода его жизнеобеспечивающей машины. И таким образом избавиться от его угроз навсегда.

Но Мег не могла хладнокровно лишить кого-либо жизни, даже такого сумасшедшего и опасного типа, как Этан Уинслоу.

— Значить, у меня нет выбора, — обманчиво спокойным тоном сказала она.

— Да.

Меган взяла себя в кулак, задаваясь вопросом, как далеко она может зайти, желая спасти отца и его компанию, с которой было связано множество человеческих судеб.

— А в чем будут заключаться мои обязанности?

Ответом на ее вопрос была мертвая тишина, затем раздался сухой мрачный смех.

— Только не говори мне, что вообразила, будто мне нужны от тебя постельные утехи. У вас странные фантизии, мисс Кэри. Мне показалось, вы слишком молоды и неопытны, чтобы оказывать подобные услуги человеку в моем… состоянии. Мне не нужна сексуальная акробатика. Я хочу, чтобы ты… составила мне компанию.

В его тоне зазвучали странные нотки, но Мег была просто в ярости и не обратила на это внимания.

— У меня нет желания вести с вами задушевные беседы.

— Наверное, я не точно выразился. Мне нужно отвлечься. Возможно, твоя ненависть и недоверие могут оказаться более забавными, нежели желание мне угодить. Давай заключим сделку. Попробуй отсюда бежать, и если каким-то чудом тебе это удастся, то я оставлю твоего отца в покое.