Притворщик
Шрифт:
– Мат, милый, ты где? Все нормально?
На дорожке показывается холеная рыжуля, и я, наконец, выхожу из ступора.
– Прилетела на самолете, – дурашливо кланяюсь. – Хотела сделать отцу сюрприз. Он говорил, что завел щенка, но я не думала, что он такой…
– Свирепый? – включается в диалог незнакомка, обнимая Мата за пояс. – Джек натаскан охранять дом.
– Джек? – с будто приклеенной к губам улыбкой переспрашиваю я у Матиаса. – У вас закончились дурацкие клички?
– Это имя дали заводчики, – отчего-то хмурится тот, шаря по моему лицу странным взглядом. А! Он же не видел меня после операции. Ну, смотри. Мне стесняться нечего. Хотя объективно до рыжули мне далеко.
– Представишь свою девушку?
– Невесту, – чуть с вызовом улыбается та.
– Тогда тем более. Я – Аня.
– Марианна. Но что мы тут стоим? Нас уже наверняка потеряли.
Уцепившись за Матиаса, Марианна шагает вперед по дорожке, но тот тормозит, пропуская меня вперед. Прохожу мимо, стараясь дышать ровнее. Четыре года прошло. Четыре года… И у него, и у меня другая жизнь. «Ничего не случилось», – убеждаю себя, с удивлением отмечая, как мучительно сжимается сердце. Ну и ну. Что ж так больно-то?
– Сюрприз! – с напускным весельем кричу я, заметив колдующего над открытым огнем мангала отца. Он резко вскидывается. Открывает рот и буквально на глазах расцветает. Постарел за время, что мы не виделись. Осунулся. При взгляде на него мне вдруг становится до слез жаль, что наши встречи были такими редкими. И это злые слезы. Я злюсь на себя, да, но еще больше – на Матаиса, который просто не оставил мне выбора. На секунду зажмуриваюсь, стискиваю кулаки и делаю пару дыхательных практик. Правда, в крепкие отцовские объятия я попадаю, так и не успокоившись.
– Ну ты, Анька, дала! «Не приеду… Некогда!» Навешала мне лапши, а я и повелся!
Вжимаюсь носом в его шею, пахнущую дорогим парфюмом. Слезы выжигают глаза. Грудная клетка трясется, как у пойманной в клетку птицы. Я оказываюсь совершенно не готова к обрушившимся на меня эмоциям. Поднимаю мокрые ресницы и наталкиваюсь на взгляд Мата поверх отцовского плеча, и, кажется, не успеваю поймать свои эмоции. Потому как челюсть Матиаса каменеет. А на его щеках проступают желваки. Ох… Как все остро! Четыре года, да? А все как вчера…
– Как добралась, дочь? Это же сколько ты летела? Марта! Только посмотри, кто приехал! Ой, а кольцо – это… – отец берет меня за руку и вертит так, чтобы свет заиграл на гранях камня, – это то, что я думаю? Никак тебя замуж выдам? Уж думал, не доживу…
Поток излияний отца прерывает Марта.
– Аня?
– Здравствуйте, Марта. Как дела?
С тех пор, как я ясно дала понять, что не претендую на бизнес отца, эта женщина как будто ко мне… не потеплела, нет, скорей, я стала ей неинтересна. Поначалу она еще прилетала с отцом на наши встречи, но со временем, убедившись, что я не собираюсь плести за ее спиной никаких интриг, перестала. И тем самым сделала нам огромный подарок. Потому что без нее эти встречи проходили гораздо душевнее.
– Благодарю. Прекрасно. Ты как раз подоспела к праздничному обеду.
– Да? А что за праздник?
– Матиас, наконец, выкроил в своем плотном графике время, чтобы познакомить нас со своей невестой.
Глава 19
Только счастье в глазах отца удерживает меня от побега. Ну, ладно. Еще нежелание выглядеть в глазах его семьи дурочкой. На этом и держусь. Отвечаю что-то, рассказываю. Даже ем! Хотя окажись на месте сочного шашлыка глыба земли – вряд ли бы заметила.
– Банкет будет послезавтра. Марта половину города позвала.
– Шестьдесят пять лет бывает раз в жизни.
– Как и шестьдесят шесть, – закатывает глаза папа, но я-то знаю, что он в восторге от предстоящего. В обществе он чувствует себя как рыба в воде. Жаль, в этом смысле я не в него. Мне даже банальные питчинги даются непросто. И на совещаниях я без особой необходимости обычно слова лишнего не скажу. Благо к этому у нас привыкли. Среди людей, занимающихся наукой, много странненьких.
– Так, а чем конкретно ты занимаешься? – перетягивает на себя внимание Марианна.
– Развиваю один проект в сфере искусственного интеллекта.
– М-м-м, сейчас это модно.
– Модно – не то слово, дорогая. Аня скромничает, – встает на мою защиту отец. – На самом деле, если все получится, ее проект станет спасением для человечества.
Ого. Оказывается, это жутко приято. Когда отец так тобой гордится. Протягиваю руку через стол, осторожно, чтобы ничего не задеть, и с благодарностью сжимаю его пальцы.
– Звучит отлично, – смеется Марианна. – Но я понятия не имею, как красивые картинки нам в этом помогут.
– Искусственный интеллект не только картинки генерирует. Он может найти применение в самых разных сферах жизни. Команда, в которой я работаю, например, разрабатывает AI для поиска новых молекул. Если нам повезет, мы найдем формулы лекарств от редких болезней.
– И все будут жить вечно?
– Вечно – вряд ли. Но существенно дольше – точно.
– И что в этом хорошего?
– А что плохого?
– Ресурсы нашей планеты не бесконечны.
– АI решит и этот вопрос, – усмехаюсь я.
– Или ему ничего не придется решать, потому что он нас просто уничтожит, – фыркает Марианна, взболтнув в бокале вино. Очевидно, я ей не нравлюсь. Понять бы еще почему.
– Сложный вопрос. Но думается мне, гораздо больше нам стоит опасаться людей.
На самом деле в спорах о будущем искусственного интеллекта сломано столько копий, что мне не хочется ввязываться в еще один. Лучшие умы человечества день и ночь размышляют на эту тему. Не хочу показаться снобом, но вряд ли невеста Матиаса скажет мне что-то новое. Какой бы умницей она ни была.