Чтение онлайн

В этот момент запищал зуммер. Дитрих вернулся к работе. Огромные пузатые транспортники вываливались друг за другом из межпространственного перехода. Восьмая сухопутная прибыла к новому месту дислокации.

— Один… Два… — Дитрих по привычке вслух считал вспыхивающие на экране метки. — Три… четыре.

Он занёс руки над клавиатурой, собираясь отправить капитанам транспортов пакет команд, но на экране вспыхнула ещё одна метка.

— Пять.

Дитрих озадаченно поскрёб в затылке. Ещё раз сверился с реестром прибывающих кораблей. Там, как и прежде, числились четыре транспорта.

— Господин лейтенант, — Дитрих, словно школьник, поднял руку. — Или у нас неверные данные, или…

В этот миг взвыл сигнал тревоги. Дитрих вздрогнул, дурные предчувствия начали сбываться.

— Говорит патрульное звено Д4, — ожил вставленный в ухо наушник. — В кильватере прибывшей колонны лишний. На запросы не отвечает.

В наушнике раздался треск, связь прервалась. Дитрих знал — сработала отсечка, отключившая гражданские диспетчерские службы от боевых групп. Выяснением принадлежности пятого транспорта занялись молчаливые люди в погонах.

Голос оператора, пробившись сквозь миллионы километров пустоты, заставил вздрогнуть.

— Д4, атакуйте чужой транспорт. Повторяю, немедленно уничтожить пятый объект.

Команда запоздала. Сержант Стэн Карлотти, командир патрульного звена, уже вёл шестёрку наперерез чужаку. Заходя сверху, Карлотти с удивлением смотрел на показания приборов. Дискообразный объект шириной всего одиннадцать метров имел в диаметре четыре километра. Заслоняя далёкие звёзды, диск тёмной тушей крался за транспортами. Ничего подобного Карлотти никогда не видел, но это его сейчас не волновало. Твёрдой рукой сняв предохранитель, он выбрал свободный ход гашетки. Экран тут же высветил отчёт систем наведения. До входа цели в зону досягаемости бортового оружия осталось семь секунд.

«Подождём».

Лицо Карлотти не выражало эмоций. Рассматривая объект сквозь прицельную панораму, он хладнокровно размышлял, навести ракеты вручную или доверить управление автоматике.

Неожиданно диск брызнул светом. На мгновение в пространстве вспыхнула новая звезда. Светофильтры, отражая потоки света, мгновенно уплотнились, но этого оказалось мало. Ослеплённый Карлотти на секунду зажмурился, а открыв глаза, изумлённо ахнул.

Диск расслоился на множество колец, которые, вращаясь с огромной скоростью, трансформировали диск в гигантский шар. Переливаясь миллионами разных оттенков, шар на многие километры осветил пространство. Оторвавшись от зрелища, Карлотти бросил взгляд на экран. До входа в зону досягаемости осталось три секунды.

Вращение колец замедлилось. Шар потерял монолитность.

Две секунды.

Объект вновь собрался в диск, обратившись плоской стороной к удаляющейся колонне.

Одна секунда.

Словно натолкнувшись на препятствие, диск заметно сбросил скорость. Датчики зафиксировали мощный энергетический всплеск. От чужака вдогонку за транспортами устремился полупрозрачный контур, в точности повторяющий форму диска.

Система наведения сообщила о захвате цели. Карлотти вдавил гашетку. Четыре ракеты, сорвавшись с подвески, устремились к объекту. Вслед за командиром выстрелила вся шестёрка.

Огромный диск покрылся язвами взрывов и, медленно кувыркаясь, сошёл с курса. Карлотти, полный решимости завершить начатое, заложил новый вираж.

— Сержант, транспорты, — заставил взглянуть на дисплей голос ведомого.

Выстрел чужака настиг идущие друг за другом грузовики. Четырёхкилометровое поле пропустило сквозь себя замыкающий транспорт и, сократившись в диаметре, устремилось дальше. Когда поле накрыло следующий грузовик, Карлотти с болью отметил, что две метки на дисплее погасли.

Избежать контакта с неведомым полем удалось лишь головному транспорту. Его спасла ровная траектория полёта поля. Обрекая пассажиров на немыслимые перегрузки, пилоты по крутой дуге вывели огромный транспорт из-под удара. Связь с остальными была утеряна. Пролетев ещё немного, транспорты распались на миллиарды мелких обломков. От шестнадцати тысяч человек личного состава дивизии осталась четверть.

Подсчитав потери, Карлотти пресёк возгласы пилотов:

— Не отвлекаться.

Ярость требовала выхода. Он вновь нацелился на потрёпанный диск.

Пискнул сигнал тревоги, системы предупредили о новой опасности. Бросив взгляд на дисплей, Карлотти понял, что им не повезло.

Рядом, всего в нескольких сотнях тысяч километров, из межпространственного перехода выходило множество крупных кораблей. Отправив запрос и не получив ответа, системы истребителей определили их как враждебные цели. Упрямо стиснув зубы, Карлотти догнал диск. Его звено успело сделать два захода, прежде чем залп с ближайшего корабля оборвал их жизни.

Появление на радаре более сотни кораблей противника в данный момент Дитриха не волновало. Глядя на экран, он чувствовал, как в душе растёт чувство страха. Следя за гибелью транспортов, Дитрих отметил, что убийственное для материи поле, уменьшившись в радиусе до полутора километров, неумолимо приближается к станции.

До контакта остались считанные секунды. Дитрих растерянно оглянулся на товарищей, но те, не замечая опасности, как один уставились на проекцию системы в центре зала. Громко комментируя развернувшиеся события, диспетчеры внимательно следили за перемещением красных и зелёных точек.

Станция вздрогнула. Включились маневровые двигатели, сорвали её с орбиты. Летающий город очень медленно пополз в сторону. Команда пыталась увести станцию с траектории полёта поля, но на завершение манёвра не хватило времени.

Дитрих зажмурился, в страхе прикрыл голову руками. В следующий миг в спину ударил порыв ледяного ветра. Несмотря на тёплый костюм, мороз пробрал до костей. Гомон товарищей мгновенно смолк, в диспетчерском зале повисла гробовая тишина.

Открыв глаза и оглянувшись, Дитрих в панике отскочил к переборке. Край поля прошёл всего в метре от его кресла. Остальным повезло меньше. Люди, так и не поняв, что произошло, застыли в причудливых позах.

Оборудование не подавало признаков жизни, освещение погасло. Отражённый планетой тусклый свет просачивался в широкие иллюминаторы, придавая окружающему призрачный вид. Всегда наполненный голосами и писком аппаратуры зал в одно мгновение превратился в склеп. Все изменилось. Оборудование, переборки, тела товарищей окрасились в коричневый однотонный цвет. Всё, что имело контакт с полем — металл, ткань или плоть — изменило структуру и казалось теперь исполненным из одного материала.