Чтение онлайн

— С кем это Его высочество? — робко спросила Амалия, глядя в сторону стены.

Ну с кем он ещё может быть? Конечно же, со своей дражайшей морской сестрой.

Ах, и ещё с незнакомыми мне мужчиной и женщиной.

Впрочем, мужчина, обняв Адаани за талию, повёл русалку танцевать. Женщина вежливо улыбнулась Ланселю и тоже поспешила отойти. Я протянула руку к серебристому ридикюлю и леди Дюран без возражений передала сумочку мне.

— Жарко что-то и пить хочется, — посетовала я вслух.

Амалия немедля подозвала к нам ближайшего лакея с подносом с игристым вином.

— Возьми два.

Девушка подчинилась. Отпустив лакея, я достала из ридикюля заветный флакончик, осторожно добавила две капли в один из бокалов. Подумала и капнула третью. Спрятала флакон, забрала у Амалии разбавленный бокал, аккуратно покрутила, взбалтывая содержимое.

— Что это, Люсинда?

— Успокоительное.

— И давно ты его принимаешь? — в зелёных глазах отразилось закономерное удивление. Уж что-что, а как приближённая ко мне дама она точно знала, принимаю ли я какие-либо лекарства или нет.

— Это только на сегодня, волнение унять. И оно исключительно натуральное, — заверила я и отдала Амалии ридикюль.

Забрала второй бокал и направилась прямиком к Ланселю, пока он не сбежал повторно.

— Ваше высочество!

Он мрачно покосился на меня и отвернулся. Ничуть не смутившись, я лучезарно улыбнулась и протянула ему бокал.

— Столь знаменательное событие стоит того, чтобы его отпраздновать.

— Неужели? — не разделил моего оптимизма принц. — Кругом сплошные помолвки и все хотят их отпраздновать.

— Нам всё равно некуда деваться друг от друга, — произнесла я примиряюще. — Мы теперь жених и невеста и хотим мы того или нет, но нам придётся как-то сосуществовать вместе.

— Именно. Сосуществовать.

— Ты можешь отказаться, — намекнула я этак невзначай.

— Я не могу отказаться, только ваша сторона может расторгнуть помолвку, — раздражённо напомнил Лансель, наблюдая за Адаани, неспешно кружащейся в объятиях своего партнёра.

— Ваша тоже, — поправила я. — Но ты не откажешься. Мало того, что твой отец не примет твоего решения, так и последствия его будут весьма… несимпатичными. Особенно для тебя.

Потому-то принц и терпит меня, помолвку и нерадостные перспективы нашей супружеской жизни — куда ему деваться? Однако и Террена не откажется от этого фарса — куда ей ещё сбыть докуку в моём лице? И раз убедительных поводов для отказа с нашей стороны я не нашла, остаётся лишь подтолкнуть к расторжению представителя приморской стороны. То бишь Ланселя.

— Раз ты сама всё прекрасно знаешь, то зачем предлагаешь?

— Надеюсь на твоё благоразумие.

Ещё немного, и у меня рука устанет бокал держать. Не потому, что он тяжёлый такой, а потому, что неудобно столько времени стоять с протянутой рукой и несчастной тарой, словно я милостыню прошу.

— Благоразумие при заключении брачного союза между государствами? Ха, очень смешно, — Лансель резко повернулся ко мне, смерил снисходительным взглядом, точно я элементарного не понимаю, и забрал-таки бокал.

Я поднесла свой к губам, делая вид, будто пью, но на самом деле не сводила глаз с принца. Лансель же залпом опорожнил содержимое бокала и едва заметно поморщился.

— Странный какой-то привкус…

— Может, испортилось?

— Как и этот бал, — проворчал принц и ушёл.

Даже не будучи дипломированной колдуньей, я примерно представляла, как действует большинство зелий. Но чего я точно не могла взять в толк, так это как должны действовать приворотные и отворотные.

Зелье принято объектом внутрь — о правильности дозировки оставалось только догадываться, — и что дальше? Как объект поймёт, что должен воспылать безудержной страстью именно к этой девушке, а не к какой-то другой? Или, как в нашем случае, испытать к определённой девушке отвращение достаточно сильное, чтобы расторгнуть помолвку. Может, нужная девушка должна побыть рядом с объектом подольше? Или поблизости вообще не должно быть никаких посторонних дам? Если так, то паршиво. В зале полным-полно самых разных дам, начиная со вчерашних дебютанток и заканчивая восьмидесятиоднолетней леди Миран, которая в силу возраста нынче выезжала крайне редко, но не почтить своим присутствием помолвку принцессы не могла.

Я неспешно допила своё вино, вернулась к Амалии и приступила к столь же традиционному, сколь и бессмысленному бальному променаду. Бродила по залу, здоровалась, принимала по сотому кругу поздравления и заверения в лояльности, о коей все более-менее знатные лорды считали не лишним напомнить. О воле покойного короля в отношении племянницы известно всем, но многие считали, что чем старше будет наследница и чем быстрее она выйдет замуж, тем скорее подвинет королеву-регента, а там и вовсе потребует корону, трон и все полагающиеся ей права, не дожидаясь двадцатипятилетия. Да что там, я уже сейчас имела сомнительное удовольствие выслушать не один завуалированный намёк, что-де пожелай я всё вышеперечисленное в ближайшее время и меня с радостью поддержат в моих законных притязаниях. Правда, поддержат меня не из великой любви и преданности моим преждевременно почившим отцу и дяде, а в обмен на ответную поддержку лорда и его партии в королевском совете. Я вежливо улыбалась, изображала должное внимание и максимально обтекаемо благодарила. Соглашаться я, конечно же, не собиралась — ещё чего не хватало, вернуться в тёмные варварские времена и устроить грызню за престол. Тем более я-то и так знала, что Террена беспрекословно отдаст мне корону и спихивать её с трона в добровольно принудительном порядке нужды нет.

Прошло, наверное, с полчаса, прежде чем мне вновь довелось увидеть жениха. Согласно правилам этикета, ему следовало быть рядом со своей невестой, по крайней мере, до окончания бала, однако в стенах замка Лансель был, похоже, решительно настроен пренебречь всем, чем только можно.

И как узнать, подействовало ли зелье?

Как обычно, заметив меня, принц не торопился выразить если не радость, то хотя бы натянуть на лицо маску полагающейся случаю любезности. За Ланселем покорно следовал лорд Брук, русалка же явно отдала предпочтение обществу того привлекательного молодого мужчины, с которым танцевала. Возможно, потому-то принц и мрачен, что его разлюбезная морская сестрица нашла компанию поинтереснее.

Трудно её в этом винить.

Под умеренно любопытными взглядами стоящих поблизости гостей мы с Ланселем шагнули навстречу друг другу, выдавили по вымученному оскалу. Я заметила, что Амалия и лорд Брук улыбнулись друг другу куда более искренне, чем мы.

— Ваше высочество, как вы себя чувствуете? — осведомилась я. — В зале так душно… я опасаюсь, как бы кто из дам в обморок не упал из-за этой духоты.

— Я, к счастью, не дама, так что обморока от меня ждать не стоит, — отрезал Лансель.