Принятие
Шрифт:
– Мистер Поттер, - заговорил Люциус Малфой, натянуто улыбаясь.
– Я благодарю вас за то, что вы пересмотрели свое решение.
– Не стоит так спешить с благодарностями, мистер Малфой. У меня есть условия, и если вы их не примете, соглашения не будет.
– Мы слушаем вас.
Гарри глубоко вздохнул, развернул пергамент и с уверенностью, которой на самом деле не испытывал, начал:
– «В случае согласия признать и принять связь с Драко Малфоем я требую соблюдения следующих условий, необходимых для моей безопасности и обеспечения наилучших условий жизни из возможных:
– Первое: Драко Малфой больше не должен будет общаться со своей семьей.
– Второе: он не должен больше контактировать не важно по какому поводу с представителями своего факультета.
– Третье: он больше не будет ночевать в общей спальне Слизерина, а займет отдельную комнату.
– Четвертое: он не должен никому сообщать никакой информации обо мне, не важно, кто его о ней спросит.
– Пятое: он должен уважать всех моих друзей, в том числе и Добби.
– Шестое: питаться он должен будет за столом Гриффиндора.
– Седьмое: он больше не должен играть в квиддич.
– Восьмое: он не должен посещать Хогсмид без меня.
– Девятое: он должен подчиняться мне, независимо от отданного мной приказа.
– Десятое и последнее: я хочу получить право на полное доминирование и абсолютный контроль над нашей сексуальной жизнью».
На этом Гарри и закончил, все же не удержавшись и слегка порозовев. Когда он поднял глаза от пергамента и встретился со взглядом слизеринца, то заметил, что надежда сменилась испугом.
В кабинете воцарилось тяжелое молчание. Первым не выдержал тишины Люциус Малфой.
– Дааа... Весьма архаическая практика... Тем более для того, кто стал символом свободы в магическом мире, - почти прошипел он и замолчал, увидев умоляющий взгляд Нарциссы, требующий замолчать. Все же лучше Поттер, чем Грейбек...
А сам Поттер испытующе глянул на Драко.
– Грейбек или я! Выбор за тобой!
Драко молчал. Да, он уже смирился со своей судьбой. Поттер прав, у него не такой большой выбор... даже не смотря на драконовские условия так называемого Спасителя магического мира... Драко слабо улыбнулся своему непреднамеренному каламбуру.
– Вы только посмотрите! Он уже не выглядит таким уж отчаявшимся, и улыбка у него появилась, хитрая, слизеринская. Уверен, он уже строит планы, направленные на обход моих условий!
– Гарри... Вейла не может ослушаться прямого запрета своего партнера...
– вмешался Дамблдор.
– Пусть так, но мои условия не меняются. Или же союза не будет!
– Мы согласны, - тихо, но твердо сообщила Нарцисса.
– Я благодарю вас, мистер Поттер, за то, что вы спасаете моего сына от ужасной судьбы, которую запланировало для него то чудовище... Мы принимаем все ваши условия, как бы для нас это ни было тяжело, но... Прошу, позаботьтесь о моем мальчике. Не причиняйте ему зла...
И ее голос сорвался...
Впервые с начала этой встречи Гарри почувствовал вину. После слов Нарциссы ему казалось, что в кабинете зазвучало эхо. И оно повторяло раз за разом те слова, которые он не хотел слышать - мольбу матери... Люциус, стоящий чуть позади супруги, успокаивающе положил ей на плечо ладонь, а затем, не глядя на так называемого спасителя, произнес:
– Я бы хотел попросить и о еще одном одолжении, директор. Поскольку мы больше не увидим нашего единственного ребенка, мы хотели бы провести оставшееся до дня церемонии время вместе с ним...
– Конечно, мистер Малфой, - грустно ответил Дамблдор.
– Когда можно будет заключить этот союз?
– Чем раньше - тем лучше... Сколько вам необходимо времени для подготовки?
– Нескольких часов хватит.
– Тогда предлагаю назначить церемонию на завтра...
– ...
– Я понимаю, что оставил вам очень мало времени на общение с сыном, но мне хотелось бы сообщить всем, и учителям, и ученикам, об изменениях еще до начала занятий в понедельник. То есть вам можно выделить только этот вечер. Мы отпразднуем заключение этого союза завтра, в субботу, и юным партнерам на отдых, организацию совместной жизни и подготовку к вечернему извещению об изменении их статуса останется весь воскресный день.
– Что же, разрешите вас покинуть. Мы не хотим лишиться и этого вечера, так любезно выделенного нам!
– Люциус, - вмешалась Нарцисса, - чем быстрее будет заключен союз, тем скорее Драко окажется в безопасности.
– Разрешите дать вам один совет. Вы можете сыграть на вынужденном предательстве Драко, чтобы избежать наказания от Воландеморта, - добавил Дамблдор.
Почти все присутствующие вздрогнули, услышав это имя.
– И как всегда не сказал ничего определенного, - почти беззвучно прошептал Люциус. А затем он заговорил громче, для всех: - Не согласен, предъявленные нам условия как раз объяснят, почему с этой стороны мы не сможем предоставить Лорду информацию. На этом мы вас и покидаем.
Альбус Дамблдор даже представить не мог, как тяжело воспримут сложившуюся ситуацию эти люди, к которым он не испытывал ни малейшего уважения... Похоже, все окажется намного труднее, чем ожидалось...
Улыбка Драко уже давно исчезла, сейчас на его лице красовалась бесстрастная маска, за которой он прятал невероятную смесь облегчения и отчаяния. Заметив приглашающий жест отца, парень последовал за родителями к камину, предварительно попрощавшись с остающимися.
После их отбытия Дамблдор обратился к Гарри:
– Гарри, тебе не кажется, что ты слишком сурово поступаешь с этим молодым человеком?
– Я спасаю этого змея, жертвуя последними остатками своей свободы, что у меня была, а вы делаете замечание о моей излишней суровости?! Неужели я не имею права принять меры для обеспечения собственной безопасности?!
– Безопасности?
– Конечно. Раз мне теперь придется жить с сыном Пожирателя, то я просто обязан не дать ему даже малейшей возможности поделиться сведениями, могущими навредить мне. И потому мои условия полностью оправданы! Вы же сами слышали! Мистер Малфой признался, что собирался добывать сведения обо всем. И можно ли верить, что без моих условий Малфой не стал бы нам вредить? Мы же не знаем, о чем он мог рассказать или что предпринять!