Чтение онлайн

Короче говоря, дело могло бы заглохнуть, тем более что комбат хотел решить проблему в рабочем порядке. Да вот беда, сектанты перешли в контрнаступление, и, когда батальон получил приказ на выдвижение к линии фронта, сделать это не смог, и наши войска понесли серьезные потери. Император тогда был в гневе и хотел всех виновных под топор палача подставить. Но сдержался, успокоился и принял иное решение. Комбата и половину офицеров расстреляли, а батальон переформировали в штрафбат. Позже это соединение дополнили двумя сотнями танкистов и летчиков из разных частей, и он храбро сражался, настолько, что заслужил славу, и многие солдаты получили прощение. Бойцы там лютые, и дисциплина в нем жесткая, и всех ОСОБО провинившихся солдат, офицеров, пилотов и техников в наших доблестных вооруженных силах отправляют именно в это подразделение. Штрафбатов много, но такой, особый, для выполнения самых опасных миссий, только один, и он расквартирован вблизи столицы.

– Гвардейский штрафбат?

– Можно и так сказать. – Васильев кивнул. – Элита среди отверженных, и там в самом деле немало бывших гвардейцев.

– Понятно. А с высадкой на планету этот батальон справится?

– Бойцы справятся, – мне ответил Гамильтон. – Куда им деваться?

– И то верно, – согласился я и поинтересовался: – А что с экипажем для моего фрегата? Тоже штрафбат?

Я пошутил, но Гамильтон на мою улыбку не отреагировал и продолжил:

– Нет. Экипаж наберешь из флотского резерва. Кораблей у нас меньше, чем нам хотелось бы, а специалистов много. Некоторые выпускники академий Военно-космических сил годами в тылу сидят, и это проблема, которую никак не получается решить. Конечно, можно снизить количество кадетов в учебных заведениях, но император не желает уничтожать то, что с таким трудом налаживалось. Жаба душит, и есть надежда, что со временем кораблей станет больше. Но пока никак. Поэтому в резерве сейчас почти пятнадцать тысяч высококвалифицированных офицеров флота, которыми можно укомплектовать двадцать линкоров. Да только линкоров нет.

– А если часть офицеров переучить и посадить на истребители?

– Истребители – отдельная тема, и там свой резерв, если не ошибаюсь, три тысячи человек.

– Ну а гражданский флот?

– Там положение такое же. Специалистов больше, чем кораблей.

– Да, с кадрами в империи хорошо. Даже шикарно.

– Это так. Но сейчас не об этом. Ты можешь набрать полный экипаж, и никто тебе не помеха, таково распоряжение императора.

– На одну операцию или на более долгий срок? – сразу же уточнил я.

– Стандартный контракт – пять лет и принесение вассальной присяги.

«Отлично! – мысленно возликовал я. – Вот это реальный подарок от деда».

– Когда я могу начать подбор экипажа?

– Прямо сейчас. Служба кадрового резерва ВКС в соседнем здании. Там уже всё знают и готовы тебя встретить. Но если вдруг что-то случится или возникнет недопонимание, звони мне.

Коммуникатор на руке пискнул, пришли материалы по предстоящей операции, и там же наверняка был номер адмирала Гамильтона.

– А в штрафбат когда можно заехать?

– В любое удобное для тебя время, но главное – это экипаж и его подготовка, ибо твое непосредственное участие в наземной операции не планируется. Прилетели, раздолбали противника и взяли трофеи. Потом ты постоишь над трупом пророка, небольшая фотосессия, и на этом все. Дальше не наши заботы.

– Я могу идти?

– Да. Встретимся завтра. Здесь же. В полдень.

– Не смогу. В это время я буду в родовом замке. Давайте назначим встречу на восемнадцать ноль-ноль?

– Согласен.

Мы с Васильевым покинули адмирала и вышли из штаба эскадры «Арго». На мгновение остановились, и майор предложил:

– Пойдем перекусим?

– Я не против. Тем более как раз обед.

Офицерская столовая обнаружилась моментально, в том самом здании, куда мы должны были попасть. Поэтому вскоре мы уплетали жирные котлеты с картофельным пюре и запивали еду томатным соком. Сытно, дешево и вкусно. Но иначе и быть не могло, ведь мы не где-то на периферии, а в центре столицы. В так называемом военном районе, а если быть более точным, то в секторе Военно-космических имперских сил. Здесь не только штаб «Арго», но и Главное управление ВКС, и Служба тыла, и Служба кадрового резерва (СКР), и много других военно-административных структур. Поэтому, куда ни посмотри, кругом мундиры, аксельбанты, погоны, медали, ордена, именные офицерские кортики, группы суровых мужчин и кучки восторженных юношей в новеньких кителях, которые косятся на нас словно мы чужаки. Нет проблем, это их право. Они здесь свои, а мы выглядим словно гражданские люди (дворцовую одежду уже сменили на свою). И только оружие на боку да временные пропуска на груди свидетельствовали о том, что нам разрешено находиться на этой закрытой территории.

Обед мы прикончили быстро. Полчасика в запасе имелось, и я заказал кофе, а Васильев чай. Сидим, осматриваемся и разговариваем. Я всегда любил такие моменты, когда спокойно и никуда не надо бежать. Да и собеседник у меня был хороший.

– Тор, ты ведешь себя неправильно, – сказал майор.

«Снова нравоучения», – я усмехнулся и спросил Васильева:

– Что опять не так?

– Ты должен выглядеть более уверенно и немного нагловато. Официанту спасибо сказал, а надо было ограничиться кивком. Сюда вошли, и ты на цены стал смотреть, а это признак того, что ты испытываешь недостаток в средствах или выполз из провинции. Дежурному офицеру, который нас на территории решил проверить, стал документы предъявлять, а следовало всего лишь ткнуть пальчиком в пропуск. Запомни – ты член Семьи. Выше здесь никого нет и, пока жив Серый Лев, не будет. Никто не имеет права тебя останавливать или чинить твоей особе препятствия, особенно здесь, в этом логове жирных флотских бюрократов, половину из которых можно смело вешать на ближайшем суку. Расправь плечи и прими лениво-скучающее выражение лица. Не сутулься и не оглядывайся. Ты Виктор Строгов, а не какой-то там рядовой аристократ или офицер из дальнего гарнизона. Вот так. Нормально. Со временем появится привычка, но ее надо тренировать.

Машинально я последовал советам Васильева и уточнил у него:

– Значит, мне можно то, чего нельзя другим?

– Да. Ты над системой, и этим все сказано.

– А если я захочу кого-то убить?

– Твое право. Правда, прецедентов с убийством я припомнить не могу, разве только самооборону, а вот зажравшихся чиновников и бюрократов ты можешь колошматить где, когда и сколько угодно. Мы с твоим отцом не раз так делали. Весело и поднимает авторитет среди простого народа, солдат и боевого офицерства. Кого-кого, а вороватых и наглых чиновников не любят все слои населения.

– Ага. Понятно. А ты принадлежишь к Семье?

– Нет. Я около Семьи, что тоже немаловажно. Поэтому передо мной открываются двери, которые закрыты перед обычными вояками, даже генералами.

– Значит, ты «золотой» ребенок?

– Можно сказать, что и так. Но это не значит, что меня с детства воспитывали неженкой. Чуть подрос, папка-адмирал шлепнул по попке и в военное училище отправил. Потом граница, война, краткий отпуск и династический брак. Космос, пиратство, снова сражения и гибель твоего отца. В общем, я таков, каков есть, бывший майор гвардии, со связями и большими возможностями, который всех знает и которого все знают. Однако ни разу я не обидел кого-то только потому, что могу безнаказанно измываться и куражиться над человеком, воспитание не то. Халдеев в ночных клубах и администраторов с охранниками, бывало, бил. Но они разговор отдельный, такая уж у них работа, иметь дело с гуляками, которые, в конце концов, оплачивают их лечение.

– И что, все члены Семьи и потомки старогвардейцев пользуются своими привилегиями?

– Почти все, кроме затворников и провинциалов, которые в столицу не высовываются.

– И не было случаев, чтобы кто-то перегибал палку?

– Были. Например, пару лет назад внук Старого Вилли, первого правителя планеты Рух и второй человек в своем клане, прилетел в Ярград. Здесь он заключил весьма выгодный контракт и загулял, на улицах девок тискал, а потом случайно человека тяжело ранил. Под кайфом был. Так этим делом лично император занимался.