Чтение онлайн

Хоуп села на плед и, понурив голову, пыталась справиться с нахлынувшими чувствами. К ее удивлению, Стефано отошел в сторону и остановился поодаль всего лишь в нескольких метрах, но теперь их как будто разделяла пропасть. Плечи принца ссутулились, словно на них давила невыносимая тяжесть.

Как только Хоуп почувствовала, что уже не разрыдается, она встала и подошла к нему.

Оба помолчали.

– Прости меня, Хоуп, – прошептал Стефано.

– За что?

– За то, что я эгоист, что эти несколько дней цеплялся за тебя. Ты мне так нужна, любимая, а вот мое присутствие принесло тебе только боль.

– Но оно принесло и счастье.

– Я поступил с тобой нечестно. Теперь я понимаю: нельзя было здесь задерживаться. Мне лучше уехать немедленно.

– Нет! – вырвался у нее неожиданный крик. – Только не сейчас!

– Это невозможно. И с каждой минутой, что я с тобой, становится все невозможнее. Я поступил ужасно по отношению и к тебе, и к Присцилле. Ведь я ее совсем не люблю…

– Не стоит, наверное, говорить ей обо мне. Это ее сильно заденет, – закончила Хоуп за него.

– Да. – Его голос сорвался.

– Ну тогда и не говори.

Девушка храбрилась, но в душе ей совсем не было жаль счастливицу, которой предстояло выйти замуж за принца Стефано. А сказала так только ради принца. Ее принца…

– Ты понимаешь, что мы видимся в последний раз?

– Да, – еле слышно прошептала она.

– Но день еще не кончился. – Он схватил ее за руку и указал на небо. – Когда снова увидишь орла, подумай обо мне. И о том, что я всегда буду любить тебя. Никогда не забывай об этом. – Он повернулся к ней и взял ее лицо в свои большие ладони. Целую минуту с нескрываемой тревогой глядел ей прямо в глаза. – Боюсь, что со временем ты меня возненавидишь. И решишь, что я струсил.

– Никогда… Я просто не смогу.

Стефано зажмурился и тряхнул головой.

– Когда придет пора расставаться, знай, что никогда в жизни мне не было так тяжело. Пожалуйста, помни об этом, Хоуп. Тебе принадлежит мое сердце, и так будет вовек. – Он помолчал и осторожно поцеловал ее. – Когда-нибудь, если я тебе вдруг понадоблюсь, если ты вдруг попадешь в беду…

– Нет, – резко сказала она. – Все кончится здесь и сейчас. Пообещай, что больше никогда не вернешься. Ты должен это сделать, – потребовала она, прежде чем он успел возразить. – А то я буду все время ждать тебя и искать случая, чтобы встретиться. Обещай, что с сегодняшнего дня мы больше никогда не увидимся и я не получу от тебя никаких вестей.

Он никак не мог решиться на ее условия.

– Я знаю, Стефано, ты очень благороден. Если дашь мне слово не пытаться встретиться со мной и не звонить, я выполню твою просьбу и буду всю жизнь хранить в сердце эти дни и твой образ, но… мне надо жить дальше.

Она видела, как судорожно задергался кадык на его шее.

– Даю тебе слово, – прошептал он, – что это последняя наша встреча.

Хоуп отвела взгляд, чтобы он не видел, как из ее глаз брызнули слезы, и прошептала:

– Благодарю.

Присцилла прекрасно понимала, что шокировала Пьетро своим объятием и поцелуем, но в ее планы и входило застать его врасплох. Это было только частью задуманного.

Сначала он сделал вежливую попытку отодвинуть от себя прильнувшую к нему девушку, но она вцепилась в него обеими руками.

Шляпа упала на пол, и пальцы Пьетро заиграли ее волосами, а рот скользнул по ее губам. Я в раю, глубоко вздохнув, подумала Присцилла, лучше не бывает.

Теперь Пьетро приник к ней всерьез, и это означало, что он полностью потерял самообладание. Все получилось именно так, как она задумала: стоило ей броситься в его объятия, как он тут же замирал и переставал прикрываться лживыми отговорками. Он просто не мог притворяться.

– Ох, Пьетро, – прошептала Присцилла, – пожалуйста, не останавливайся!

Но он… он отстранился.

От обиды и разочарования Присцилла вздохнула.

Оба дышали с трудом, Пьетро пришел в себя лишь спустя несколько секунд.

– Этого не должно было случиться, – прерывисто произнес он, тщательно подбирая слова.

– А что произошло? Я ведь только поцеловала тебя! Ты не сделал ничего дурного.

– Но я ответил на поцелуй. – Пьетро весь подобрался, будто приготовился к схватке с неприятелем.

– Да что ты, в самом деле! Ведь это я тебя раззадорила, я сама захотела, чтобы ты меня поцеловал. Можешь сказать, что я все выдумываю, но я с самого начала поняла, что ты тот человек, которого я ждала всю жизнь.

Его лицо страдальчески скривилось.

– Присцилла… – молвил он сквозь зубы, но так и не смог продолжить.

– Недавно ты назвал меня своей любимой, помнишь?

Лицо его снова исказила гримаса невыносимой боли.

– Вы ничего не понимаете, – выдавил он сухо сквозь сжатые зубы.

– Я понимаю все, что надо, – отпарировала она, решительно вскинув голову. – Раньше за меня кто-то другой – мои родители, учителя, случайные люди – все кому не лень делали вид, будто знают лучше, что мне следует делать. А я, дурочка, слушалась, марионеткой была в чужих руках. А теперь – хватит! – Она вновь обхватила его за плечи.

– Может, вам следует обсудить это с родителями, посоветоваться…

– Мне следует обсудить это с тобой.

– Присцилла…

– Довольно! Выслушай меня, любимый, – Присцилла поднялась на цыпочки и дразняще прикоснулась к его губам. – Я же знаю, ты сам себе врешь, намеренно вбиваешь в голову, что я тебе безразлична. Не понимаю, зачем тебе это нужно, но больше меня это не волнует. Теперь я знаю всю правду.

– О чем? – вскинулся Пьетро.

– О твоих чувствах ко мне.

И снова печаль омрачила его лицо. Он пристально вгляделся в девушку и невнятно произнес:

– По-моему, вы очень привлекательная и отзывчивая юная леди…

– И часто тебе приходилось целоваться с привлекательными и отзывчивыми так же, как со мной?

– Нет, – нехотя согласился Пьетро. – Но они не так часто бросаются в мои объятья.

Хотя в его голосе не было ни тени осуждения, Присцилла густо покраснела.