Принадлежать им
Шрифт:
Как-то и не интересно даже все…
Я сюда шел в надежде немного развлечься, вспомнить годы молодые, дикие, когда вот так ходил по отцовским должникам и вышибал бабло.
Но, то ли должники у папаши были посолидней и покрепче, то ли я послабее, но вот так, сразу в отключку, их не кидало. А, может, просто опыт у меня потерялся, бить правильно, так, чтоб в сознании должник оставался. Ему же еще внушение делать надо было…
Лет с тех пор много прошло.
Папаша уже в земле, туда ему, скоту, и дорога. А я в последние годов десять, наверно, долги ни из кого не выбивал. Нужды не было.
Вот и потерял хватку.
Должник начинает подавать признаки жизни, возится на грязном полу, стонет, и я, преодолевая брезгливость, наклоняюсь, подхватываю его за шиворот, чуток придушивая для прояснения мозгов, и волоку в комнату.
Там посветлее как-то.
Должник валится на диван, это я доброту проявляю, не валяю его по грязному полу, а на мягкое укладываю, стонет громче и матерится.
— Не ругайся, — кратко прерываю я унылый монолог, — не люблю.
Затыкается, конечно же. Это радует, реакция есть, мозг имеется, хотя бы спинной. Значит, будет разговор предметный.
— Жнец… Я все верну…
Не, нихера не конструктивно, как сказал бы мой очкастый умник братишка.
Не обращая внимания на стоны, я обвожу комнату взглядом.
Да… Паршивое местечко. В таком только подыхать. Или, вот, от коллекторов прятаться.
— Ты реально надеялся пересидеть? — задаю я вопрос. Не то, чтоб ответ интересовал, просто хочу понять, насколько парнишка в адеквате.
— Нет… Нет, Жнец… Я просто… Я тут живу…
Нет, не в адеквате.
Надо прояснять мозги, значит.
Разворачиваюсь, шагаю к нему и, снова приподняв, роняю мордой на жесткий подлокотник дивана.
— А-а-а-а… — на одной ноте воет парнишка, — я все отда-а-ам…
— Когда, Костик? — ласково спрашиваю я, присаживаясь перед ним на корточки, — ты неделю назад проебал десять лямов… И пропал. Мне кажется, что ты меня обманываешь, Костик. Я этого не люблю. Я тебе поверил, отпустил… Хотя и не должен был. Братишка, вот, был против.
При упоминании Серого глаза Костика расширяются от ужаса. Обычная реакция на моего братишку. Очень он яркое оставляет впечатление у людей. Мне прямо завидно иногда.
— Он хотел тебя забрать, вывезти в лес… — продолжаю я нагнетать, с удовольствием наблюдая за сменой выражений на морде Костика.
Кажется, он обделается сейчас от страха.
Ну и хрен бы с ним.
Нечего было играть, если не умеешь.
Правда, у меня выиграть нереально, меня такие каталы учили, что все современные шестерки нервно курят.
Но в любом случае, мой опыт — это не мои проблемы, а тех, с кем судьба за одним столом сводит.
Костику не повезло.
Бывает.
Мне тоже не сильно повезло, потому что брать с него, похоже, вообще нечего. Не то, чтоб мне была нужна эта десятка, лишней не будет, но и напрягаться из-за нее не стал бы. Но тут вопрос в другом: в уважении. Если не наказать тваренка, то сразу же пойдут круги по воде, что Черного Жнеца можно опустить на бабки. А это неправильно.
Репутация у меня серьезная.
А репутация зарабатывается не за один день, а вот теряется за одну минуту.
Нам в этом городе еще месяца три жить, а потом обратно, в Питер. И не надо, чтоб потом слухи пошли, что Жнецов на периферии лохи опустили.
То, что Костик смотал сразу после игры, говорило о многом.
Найти его не составило труда, и я решил размяться и вспомнить молодость. И вот теперь прикидываю, что делать с ублюдком дальше.
В землю вколачивать? Придется, похоже…
Блять…
Серый будет говорить, что он был прав.
Я представляю самодовольную физиономию брата и кривлюсь. Чертов провидец. Хотя, это было до того очевидно, что даже смешно теперь…
Не договорив, я поднимаюсь с корточек и осматриваюсь.
— Твоя хата?
— Нет…
Так…
— А родители где живут?
— Не надо… Не трогайте их…
Долбанутый.
Ну вот как их не трогать, если ты принес на жопе проблемы?
Взгляд цепляется за телефон, беру его, провожу пальцем по экрану и внимательно смотрю на лицо девушки на заставке.
Миленькая, улыбается, морщит курносый носик. Темные волосы растрепаны, на щеках ямочки. Прямо белоснежка…
— Это кто? — поворачиваю экран к морде Костика.
— Не трогай ее… — рычит он внезапно, проявляя агрессию. Ну надо же! Хомяк завелся прямо!
— Я спросил, кто это? — дрессировочно сжимаю его двумя пальцами за нос, держу, пока не начинает сучить ногами, и отпускаю.
— Невеста, — гнусаво отвечает Костик, — не трогай ее… Она ни при чем!
— Невеста… — я провожу пальцем по нежному овалу лица на экране, — любит тебя? Сильно?
— Да… Жнец… Не надо… Я все выплачу…
— Ага… В следующей жизни… — задумчиво рассматриваю я фотку, а затем перевожу взгляд на Костика, — это — твой шанс.
— Нет… — он неверяще мотает башкой, — нет… Она… Не согласится.
— Так уговори, — пожимаю я плечами, — в твоих интересах.
— Жнец… Не надо. Мы пожениться хотели.
— Ну так поженитесь. Потом. Если у вас такая охеренная любовь, то она согласится войти в твое положение. Ну, а ты, как благородный продолбавшийся мудак, примешь ее выбор.
Он смотрит на меня слезящимися от боли и отчаяния глазами. Ждет, может, что я решение поменяю. Но нихера. Не поменяю. Отличный вариант потому что.
А то устал я от выходок Серого, да и настроение у него херовое, если нет секса. А херовое настроение Серого Жнеца — это просто вынос мозга. Мне, как его старшему брату, в первую очередь. Короче, отлично я все придумал. Теперь, главное, воплотить.