Чтение онлайн

Некоторые строят, и в их числе аллигаторы. Сгребают в кучу гниющие листья и стебли — получается нечто вроде парника. Растения гниют, и выделяется тепло. Аллигаторша не раз за день переворачивает "мусор", которым прикрыты яйца в гнезде, то уплотняет его, то разрыхляет — следит, чтобы в гнезде сохранялись нужная влажность и температура.

В лесах и саваннах Южной Америки многие муравейники и прочные, как камень, термитники — жилища "белых муравьев" — взломаны, подкопаны, пробиты в них большие дыры. Разодраны и деревья. Изрыта земля, а толстые корни порваны, как непрочные прутики.

Это "тату гиганте", гигантский броненосец, крушит все своими когтями. У него ноги толстые, короткие. Хвост — длинный, в костяной броне — волочится за зверем. И сам он сверху весь одет в костяную броню, словно черепаха. Росту в нём (от носа до конца хвоста) — метра полтора, а весит больше 70 килограммов. Деревья броненосец царапает и рвет когтями, чтобы добраться до муравьев. Дырку пробьёт и суёт во все закоулки муравейника длинный и липкий язык — вылизывает муравьёв.

Ни у кого на земле нет таких огромных когтей, как у гигантского броненосца. Длиной они с ладонь и такой же почти ширины. У льва когти слабее…

Эта странная птица называется гоацин. Ростом с ворону, на голове хохол.

Гоацины всегда свои гнезда строят на суках, которые висят над водой. Чтобы птенцы могли в неё нырять и спасаться от всяких хищников, которые плавать не любят.

У взрослых гоацинов нет когтей. Только у птенцов по два когтя на каждом крыле, как у вымершей птицы — археоптерикса. Когтями они за ветки цепляются, лазают ловко. Если древесная змея или дикая кошка за ними погонятся, лезут вверх из гнезда. А потом с веток падают прямо в воду. Не утонут, не беспокойтесь. Ещё не оперенные, плавают они и ныряют хорошо. Потом, когда уже никакие враги им не угрожают, выползут из воды и с ветки на ветку залезут опять в гнездо.

Велик! Конечно, в сравнении с другими пауками.

Самые крупные пауки-птицееды в размахе ног — 20х20 сантиметров.

Ловчих сетей пауки-птицееды не плетут, хотя, бывает, и пишут, будто пернатую дичь на обед они ловят именно в сети, и такие прочные, что и малая птица не вырвется.

Промышляют разбоем на дорогах джунглей. Ночь придёт, и пауки-птицееды, уродства своего в темноте не стыдясь, выползают отовсюду, где от света прятались.

Жук-геркулес вдвое больше самых крупных наших жуков-оленей. Это вместе с непомерно длинным рогом на голове. А вот сосед его, обитатель дебрей Амазонки дровосек-титан, и без рога так же велик.

Геркулес и титан — самые большие жуки в мире: 16–18 сантиметров длиной!

Но не самые тяжёлые. Массивнее их, хотя и поменьше ростом, носорог-октеон. Он тоже живёт в тропической Америке.

Самая маленькая обезьянка, самый маленький ближайший наш родич-примат — это чичико.

Ростом с крысу. На ладони умещается вполне комфортабельно. Живёт в лесе лесов — в Амазонской сельве.

Почему чудаки? А потому, что всё у них не как у "нормальных" зверей и птиц.

Вообще, надо сказать, Австралия оказалась настоящей сокровищницей чудо-животных. Первые белые поселенцы убедились в этом, как только сошли на берег "зеленого континента" и ближайших к нему островов. Трехглазые рептилии, яйценесущие звери, мохнатые млекопитающие с беззастенчиво утиными носами, сумчатые медведи, волки, белки и гигантские "тушканчики" — кенгуру! А пернатые? Чего стоят одни только сорные куры. Вроде вполне обычные птицы, но как дойдет у них дело до выведения птенцов, то тут такая история начинается!..

Уникален животный мир Австралийской зоогеографической области. Прежде всего — почти полное отсутствие высших плацентарных млекопитающих (на пятый континент проникли разве что крысы и летучие мыши). Все прочие здесь звери более примитивные: однопроходные и сумчатые.

Зато авифауна куда разнообразнее. Тут летают, щебечут, высиживают птенцов почти половина существующих на Земле попугаев, значительная доля голубей, воробьиных, куриных, пастушковых. Новая Зеландия — это музей нелетающих птиц, Новая Гвинея — райских птиц, и так далее. Редкостные представители рептилий, амфибий, насекомых и других классов и типов своеобразят и без того оригинальную фауну Австралии.

Но вот вопрос — кого из всего этого обилия музейных редкостей считать настоящим "чудаком"? Может, "птицеклювую" ехидну с её полузвериным-полурептильным размножением? Или попрыгунчика-кенгуру? Дескать, смотрите на него — все звери как звери, а он в сумке детей вынашивает!..

Нет, наверное. Ведь это не "чудачества", не причуды природы, а определенный уровень организации. Такие животные действительно уникальны, и замечательны они уже одним фактом своего существования.

И "чудаки", в моем понимании, — это те животные, которые, не поднимаясь на новую эволюционную ступень, приобрели необычные, частноприспособительные признаки, не свойственные их собратьям.

Пожалуйста, и среди сумчатых полным-полно "чудаков", но "чудаков" сравнительно с другими двуутробками, а не с плацентарными зверями.

Вот поэтому и рассказать хочется не о традиционных утконосе и кенгуру, а о животных, чуть менее прославленных, но замечательных своей непохожестью на ближайших родичей. И ещё — вызовом нашему с нами "здравому" смыслу.