Чтение онлайн

Однако Шторму не пришлось долго ждать воды. Подползший сзади Изербеков доставил им «завтрак разведчика» в самонагревающихся пакетах и три фляжки с пресной и подсолоненной водой.

— Давайте, Владимир Владимирович, подкрепимся, — Щербаков бесшумно вскрыл пакет. — О, пахнет, как у мамы на кухне…

Однако им не суждено было в ту минуту начать трапезу. Слева, со стороны южного входа в ущелья, что-то привлекло их внимание. Послышались крики «Аллах акбар! Аллах акбар!» Это возвращалась с задания очередная группа боевиков, которых приветствовали все, кто был на блокпостах и кто вообще находился в ущелье. Правда, кроме тех людей, кто с лопатами и ломами в руках устилал плитами ущелье. Прекратив работу, рабы молча следили за вошедшим в теснину отрядом… Это были те люди, которых они ночью встретили после высадки из вертолета.

Впереди размашисто шагал широкоплечий бородатый детина с крупнокалиберным пулеметом на плече, с болтающейся у самых колен полупустой пулеметной лентой. Рядом с ним, не очень активно шевеля ногами, тащился Мегаладон. На груди у него висел автомат, а на нем покоились обе руки…

Судя по затрапезному виду, эти люди побывали в серьезной переделке, кое на ком одежда висела клочьями, лица закопченные, усталые… Но каково же было торжество в их взглядах и осанке! И даже те, кто нес своих раненых товарищей на носилках, шли с гордо поднятыми головами и склабились в бороды. Лошади шли с понурым видом, вяло отмахиваясь от мух хвостами.

— Считай, целый взвод, — прокомментировал Щербаков. — Очевидно, эти вояки Аллаха скубали какую-нибудь нашу колонну…

— И этих мы тоже можем сейчас запросто замочить, — сказал Шторм и положил руку на раскаленный ствол автомата.

— Когда мы встретили их было двадцать четыре человека, — сказал Путин, — возвращаются намного меньше… и не хватает трех лошадей…

— Значит, не все коту масленица… Сейчас бы всю эту шайку одним скопом… но погодь, среди них, кажись, есть и наши…

И верно, в самой середине группы боевиков, со связанными через грудь руками шли трое в форме российской армии. Двое молодых, наверное, второгодок и один в возрасте, в висящем клочьями камуфляже… Лицо у него было в синих буграх, и он опадал на одну ногу. Возможно, офицер.

Но среди российских военнослужащих затерялся еще один человек, у которого тоже были связаны руки, и который шел в одном исподнем. Это был заместитель главы районной администрации, которого взяли прямо в постели, под плачь и крики жены и двух дочерей. Об этом эпизоде позже напишут газеты…

С высоты хорошо было видно, как на вошедшую в ущелье группу реагировали вожди — Тайпан и Барс. Они, подняв руки, что-то прокричали и вслед им откликнулись те, кто находился в кустах можжевельника, в тени скал и те, кто бдел на блокпостах…

Шедший впереди боевик, скинув с плеча пулемет и полупустую ленту, прошел по вымощенной дорожке к столу и опустился на колено. Руку, протянутую ему Барсом, он целовать не стал, лишь поднес к разгоряченному ходьбой и зноем лицу и дотронулся лбом. Поднявшись, стал докладывать о проведенной операции. И сколько времени боевик говорил, столько же Барс держал на лице довольную, благостную улыбку, чем сильно подбадривал своего товарища по оружию. Затем к столу подвели плененного заместителя главы администрации и лицо Барса приобрело совершенно другое выражение. Он смотрел на пленного так, как, очевидно, судья смотрит на приговоренного к высшей мере — без всякого выражения…

И действительно, суд свершился быстро и без заморочек. Вышедший из округлого провала пожилой, сухой как вобла, человек начал быстро-быстро что-то бормотать, и пока он это делал, двое боевиков, подхватив пленного под локотки, оттащили к скале. Однако ни Путин, ни Шторм, ни его телохранитель не могли видеть последние мгновения жизни того несчастного человека: он находился прямо под ними. Они лишь видели, как трое боевиков из автоматов его расстреляли. И это было именно так: после автоматных очередей, один из душманов бросился к стене и вскоре вновь появился, таща за ноги убитого человека. Нижняя рубашка у того на спине задралась и незагорелое тело скользило по битому камню, переехало настил и было брошено у ног тех, кто продолжил играть в нарды.

Троих пленных солдат под конвоем тоже подвели к Барсу с Тайпаном и последний задал им несколько вопросов.

— Если их будут расстреливать, — сказал Шторм, — я тоже начну стрелять.

Но солдат не стали казнить, их, видимо, решили или употребить в виде рабсилы, или как следует допросить позже. Их подвели к овальному отверстию и пинками загнали внутрь скалы. Возможно, их там ждала тюрьма и свой палач… Туда же занесли носилки с ранеными…

— Это настоящий укрепрайон, — сказал Щербаков и отвинтил крышку фляжки, обтянутой материей.

— И теперь нам известно, что, по крайней мере, там достаточно места для личного состава, что там есть тюрьма, куда наших ребят наверняка засадили и есть лазарет. Это мы знаем точно, — Шторм тоже разорвал свой пакет. — А вот чего мы не знаем — выдержим ли мы это проклятое ярило, которое проело всю плешь… хватит ли нам терпежа дождаться главной персоны…

Путин жевал, запивая водой из фляги.

— Солнце уже в зените, еще немного и оно начнет падать, — сказал он. — А чтобы мы тут не превратились в головешки, надо по одному переползать, в тень, под смоковницу, там все же попрохладнее… Тянем жребий… — Он сорвал ветку багульника и разделил ее на три части. — Меньшая ползет первая, — и он протянул щепотку веточек Шторму.

Удача выпала Щербакову, но тот заартачился, заявив, что ему нравится быть на солнце и что он свою очередь адресует президенту.

Однако Путин, как ни в чем не бывало, продолжая поглощать пищу, покачал головой:

— Ты зря, Анатолий, теряешь время и тем самым подвергаешь нас с Андреем Алексеевичем лишним испытанием… Бы-стро, круу-гоом марш!

Когда они остались одни, Шторм, глядя поверх ущелья, в небесные дали, где как будто начали образовываться еле заметные облачка, проговорил:

— Кажется, мы выбрали не совсем правильную тактику… Может, нам надо было еще одну группу держать в резерве… где-нибудь поблизости.

— Это было бы идеально…

— Я думаю, что с прилетом Эмира, неплохо было бы завязать бой, хотя бы начать поливу отсюда, оттянуть часть банды на себя, и дать возможность второй группе войти в ущелье с дальнейшим проникновением в его казематы. Если даже мы установим радиомаяки и если на них прилетят крылатые ракеты, это ничего не даст. Даже если их будет пять, десять или двадцать… Это будет походить на обычные дноуглубительные работы с применением ракетной технологии и только… Взрывная волна пройдет вдоль ущелья и — все… Самой же берлоги они не достанут…