Чтение онлайн

Подарок советника герцогини малышкой был принят благосклонно, и чета владетелей Приара направилась к своей венценосной подруге.

Ещё не доходя до апартаментов государыне Игорь с Танией встретили графов Майена Моснорского и Тингера Варского, от которых и узнали, что посредническая миссия Ниетена Вилерского, предлагавшего отпустить Ванитена до получения выкупа под честное слово, успехом не увенчалась, и герцог в дурном настроении убыл порталом обратно к себе, отказавшись быть в числе почётных гостей на завтрашних торжествах.

Именитого пленника же отправили в Башню Страха. Конечно, столь важного аристократа никто пытать не станет. Вот только, проводить время он мог, как в узилище, так и в одном из помещений дворца. То, что Лана выбрала первое, Игоря не удивило. Её в жизни никто не жалел, и она ко всем врагам сурова. И не играет никакой роли, что пятидесятилетний наследник Биранской короны тоже приходится герцогине Гирфельской кузеном в какой-то там степени родства. На это в Орване не часто смотрят.

Насколько Егоров помнил, на Земле с именитыми пленными тоже не сильно церемонились. Даже английский король Ричард Львиное Сердце сидел за решёткой в подземелье, пока вассалы собирали деньги на его выкуп.

— Мудрая государыня разрешила мне забрать моих выродков, — не скрывая злорадства сообщил Тингер, — Они теперь сильно пожалеют, что пошли против отца. Граф, графиня, — обратился он к Игорю и Тании, — ждём с моей женой вас к себе в гости. Обещаю самый радушный приём.

— Вот как, граф? — удивилась Тания, — Ты уже женился?

— Нет ещё, — набычился граф Варский, — но для нашей любви и не нужно свидетельство храмов.

Егоров конечно мог бы поведать немало поучительных историй, виденных по телевизору или прочитанных в интернете, по поводу любви семидесятилетних мужчин и тридцатилетних женщин, но не стал. Как ни странно, но попаданцу понравились оба — и этот чудаковатый старик, и его громадная любовь. Хорошо себя проявили в прошедшей войне. И Латане верны.

— Так прекрасная герцогиня сейчас одна? — уточнил Игорь.

— С сыном и графом Лоймом, — ответил Майен, — Только они не в кабинете, а перешли в гостиную. Приём визитёров и вечерние доклады сановников она на сегодня все отменила.

Говорить при Лойме и Дине о своём намерении отправиться в столицу Ливора Игорь не стал. Попаданец не хотел, чтобы хоть кто-то, кроме его близких подруг, знал о будущей судьбе Вернига Второго. Король Ливора должен был исчезнуть навсегда при загадочных обстоятельствах, о которых ещё потом много веков станут спорить историки.

— Я бы всё-таки на твоём месте ещё раз подумал, Лана, — выслушав рассказ сюзеренши про её разговор с герцогом Ниетеном, попаданец посчитал, что его венценосная подруга слишком поторопилась, не став рассматривать предложение владетеля Вилера, — Я не говорю, что нужно просто снизить сумму выкупа. Нет. Просто, уменьшение с двухсот тысяч империалов до ста или даже пятидесяти — не смотри так на меня, я не шучу — можно обусловить признанием Серобом твоих прав на Гжар.

Слушавший внимательно графа Приарского Дин посмотрел на мать, сидевшую от него на диване слева, затем на Танию, расположившуюся правее, и решил, что место принца среди мужчин, воинов. Он встал и перешёл к Игорю и Лойму.

— Зачем? — правительница придвинулась ближе к подруге, на освободившееся место и приняла от неё наполненный стеклянный, сделанный под хрусталь бокал вина. Слуги, накрывшие два столика вечерним десертом, из гостиной были выгнаны, и ухаживать аристократам приходилось самим за собой, — Гжар и так теперь мой. И будет моим, пока есть силы его удерживать. Как только таковые возможности у меня исчезнут, а у старика Сероба появится достаточно войск, чтобы вновь бросить мне вызов, то никакие его признания не спасут. А деньги — всегда деньги. Тебе ли об этом мне рассказывать?

И всё же Егорову удалось убедить Латану принять его предложение. Землянин исходил из того, что сила конечно многое значит, но и понятия справедливости и законности не были пустым звуком.

Нашёл Игорь и ещё один аргумент. Трофейное владение — это не один только город Гжар, но и обширные заселённые земли. Да, другие городки и укреплённые поселения наверняка очень быстро признают своим сеньором графа Тэга, а вот с баронами и лэнами графства не всё так однозначно.

Добившись признания Серобом статус-кво, герцогиня Гирфельская избавит своего нового вассала от долгой войны и многочисленных осад при приведении Гжарского графства к покорности.

— Тем более, Лана, что часть войск мы должны срочно отправлять к Ан-Аю. Ситуация там, сама знаешь, поменялась в свете неудач тринцев. Так что, давай уже завтра гонца отправим в Вилер и сообщим твоё решение. Примут, значит примут, ну а нет, так двести тысяч, ты права, нам не помешают. Хотя денег я тебе и так заработаю.

После короткого обсуждения решили, что к Ригасскому герцогству отправятся все те войска, что шли с Лоймом от Вара, преследуя биранцев — оба кавалерийских полка, шесть сотен егерей и дружины тех варских владетелей, которых граф Тингер сочтёт нужным отпустить в поход.

Янычары отправятся к восточной границе чуть позже небольшими группами через ближайший к Ригасу кесп-тилский портал.

Те шесть пехотных полков, что участвовали в десанте, пока, до достижения договорённостей с герцогом Серобом, останутся в Гжаре. Вариант того, что правитель Бирана сможет до середины осени собрать достаточно войск для наступления на гирфельцев, был минимален, но всё же не исключался.

К гирфельскому войску в ригасском пограничье собрался присоединиться и попаданец, который спланировал туда отправиться с полком своих кирасир.

Изменившиеся обстоятельства требовали новых подходов к ведению войны и нового командующего. Теперь чрезмерная осторожность графа Кесп-Тилского начинала мешать, а незначительный титул приарского барона Римма Зорна и отсутствие у него родственных и дружеских связей в среде гирфельского дворянства не давали вассалу Игоря, получившему генерала по протекции своего сеньора, перехватить бразды реального управления войском в свои руки. Значит, встать за штурвал предстояло маршалу.

Принцесса и её друзья уже закончили обсуждение военных дел, когда в камнату просочился лакей и сообщил, что ужин в главном зале дворца накрыт.