Препод от бога
Шрифт:
— Здравствуйте, барон Ильмор, баронесса! Я — Хелена Аню, жена Мишеля. Мы не были прежде знакомы, но Мишель столько рассказывал мне о вас, что мне было бы невыносимо, если бы мы при первой встрече начали соблюдать все тонкости этикета! Прошу вас, чувствуйте себя свободно! Мишель безумно извиняется, что не смог вас встретить, но его ночью вызвали во дворец — боюсь, мой юный брат был пойман на очередной шалости, — она хихикнула, прикрыв рот кончиками пальцев. — В таких случаях, увы, без Мишеля никак не обойтись!
Несмотря на просьбу не соблюдать этикет, она сделала мне идеальный реверанс, на который я ответил не таким идеальным, но старательным поклоном. А вот Леу Хелена протянула обе руки, явно слишком низко для объятия или для поцелуя. Значит, для пожатия.
— Вы ведь баронесса Леу Ильмор, драконица из другого мира? — радостно спросила Хелена. — Как же замечательно, что мне досталась такая интересная гостья! Давайте будем друзьями?
— Давайте! — радостно воскликнула Леу, хватая эти руки. — У меня уже есть несколько подружек в этом мире, не считая других наших жен! Но вы, по-моему, тоже интересная, это сразу чувствуется.
— Что вы, — засмеялась принцесса, — я скучный человек — никогда не выезжала из столицы! Только в отцовский охотничий замок. Но я жду с нетерпением возможности послушать ваши истории!
В общем, принцесса мне сразу понравилась. Я решил, что-либо она гениальная актриса — либо разумный и сердечный человек. Либо и то и другое. Особенно меня порадовало то, что она представилась просто как «Хелена Аню», без титула, и то, с какими интонациями говорила о Мишеле. Сдержанными, но чувствовалось — она, похоже, искренне любит моего друга!
Что ж, раз так, за него можно только порадоваться.
Хотя мое сердце вновь царапнуло воспоминание о Кэтрин. Мишель-то ладно, утешился со своей принцессой, наверное, уже и забыл о подруге детства с «походными привилегиями» — а эта дурная девчонка где? На письма мне ни разу не ответила… Первый год она болталась где-то с Колином, он упоминал Рагне о ее делах. Потом их дороги разошлись, и с тех пор мы о Кэтрин вообще ничего не знали! Она полностью пропала. Надеюсь, жива хотя бы.
Может, тоже успешно вышла замуж за какого-нибудь богатого торговца? Или заработала кучу денег и решила уйти от дел?
…Принцесса усадила нас завтракать и за едой очень умело вела светскую беседу, расспрашивая нас о жизни в Академии и наших торговых делах. При этом ее расспросы показали, что она неплохо разбирается в управлении манором и в экономике вообще. В университетских порядках, напротив, Хелена совершенно ничего не понимала, но сказала с очень вежливой и тихой завистью:
— Ах, как вам повезло, что вы можете учиться чему угодно и сколько хотите!
— А чему бы вы хотели научиться? — спросил я.
— В детстве я мечтала ходить под парусом и знать все о животных, которые живут в морских глубинах, — со смехом сказала принцесса. — Что ж, это вовсе не несбыточная мечта! Мишель пообещал, что, как только обстановка в столице немного успокоится, обязательно возьмет меня к Заливу, и мы с ним вместе попробуем освоить парусную лодку. А что касается морских животных, я с удовольствием продолжаю про них читать! Дворцовая библиотека во многих отношениях не хуже, чем у Академии.
«Дворцовая библиотека! — тут же подумал я. — Трактат древней принцессы Беатрисы!»
Однако это соображение я оставил на будущее. А расспросы о том, как именно нестабильна обстановка, вообще решил адресовать Мишелю — явно не застольный разговор. Кроме того, от него я надеялся получить более откровенную версию.
После завтрака принцесса сказала:
— В это время я обычно провожу час-другой с маленьким сыном, проверяю его успехи и тому подобное. При обычных гостях мы переносим это время на вечер, но вы ведь необычные гости и, насколько я понимаю, вашему малышу почти столько же месяцев, сколько Младшему Мишу. Быть может, вы захотите с ним познакомиться?
— Будем счастливы! — сказал я чистую правду.
И Леу энергично подтвердила:
— Да, человеческие птенцы… в смысле, дети, очень забавные!
Тогда Хелена послала служанку, и вскоре в маленькую гостиную, где мы расположились, медленно вошла няня с гордо ковыляющим рядом мальцом, одетым по местному обычаю в этакое платьице. Надо же, всего месяца на четыре старше Сашки — а уже ходит! Значит, и наш скоро так будет?
Мальчик радостно протянул маме ручки.
— Мами! Мами!
Ого! И говорит?! Уже?!
Хелена радостно схватила его, не обращая внимание на то, что маленькие ножки в мягких домашних туфельках мнут ее юбки, и тут же начала целовать и обнимать карапуза. Прогресс его она проверяет, ну как же! Скорее, пользуется возможностью лишний раз побыть с ребенком, против чего этикет благородных родов протестует. Ну что ж, целиком поддерживаю.
— Ну-ка, молодой человек, — я подошел к принцессе и наклонился к мальчику. — Какой же ты красавец! Весь в… — и тут я завис, потому что, в отличие от Сашки, который четко удался в Мириэль, этот парнишка не был чрезмерно похож ни на принцессу, ни на Мишеля! Точнее, он вроде бы напоминал Мишеля, но…
Я вдруг вспомнил, что Кэтрин как-то заметила: Мишель в юности выглядел по-другому, до того, как принял клятву Паладина! Бог Света, мол, меняет облик своих служителей на более благообразный.
— Весь в папу, — твердо закончил я. — Хотя глазки и подбородочек мамины!
— Да, вообразите, характером он весь Мишель — такой же упрямый, — радостно сказала Хелена. — Это было ясно сразу же после рождения. Поэтому я настояла, чтобы назвать его так же, хотя сам Мишель считал, что не совсем удобно иметь в семье два одинаковых имени — его ведь самого зовут, как отца, так что он знает, о чем говорит… А вот внешне наш малыш похож и на него, и на меня примерно одинаково — я имею в виду тот облик Мишеля, который у него был до начала паладинского служения! Во всяком случае, так говорит его уважаемая матушка, сама я, конечно же, не видела его тогда.