Чтение онлайн

Поколебавшись, Твин мягко оттолкнула Слая, и тот с недовольным ворчанием рассеял маскировку.

— Ловко! — подметила Восемьдесят Третья. — Пошевеливайтесь уже.

Расправив рубаху, Твин направилась к старшей. Слай, продолжая что-то бурчать под нос, двинулся за ней следом. И вот как у него это получается — злиться, что их так грубо прервали, когда вот-вот решится их судьба?

— Слушай сюда, кузнечики! Раздевайтесь до штанов и повяжите это на пояс, — она небрежно бросила на ближайшую лежанку пучок красных лент.

— Мне это тоже снимать? — Твин стянула мешковатую рубаху, оставшись в нагрудной повязке, схваченной на плечах крест-накрест тонкими ремешками.

— Не, это можешь оставить, чтоб господ не смущать.

— И на том спасибо! — язвительно скривилась она. Сам факт, что на неё в таком виде будут пялиться свободные, мало воодушевлял. Ещё б донага приказали раздеться.

— А это что? — Триста Шестой брезгливо приподнял ленту двумя пальцами.

— Отличительный знак. Ну что, желторотики, готовы?

— Отличительный? — затянув узел на ленте, Слай подозрительно выгнул бровь. — Что-то не понял, там другие будут?

— Сами всё увидите, — раздражённо отмахнулась Восемьдесят Третья. — И давайте веселее, вас уже ждут.

***

Дождь прекратил моросить только к обеду, но небо всё ещё оставалось затянутым серыми тучами. Манеж, служивший сегодня ареной, пока пустовал, лишь в дальнем углу кучковались шестеро с обнажёнными торсами и синими лентами на поясах. Гладиаторы. Ждут своего часа.

Максиан украдкой взглянул на Ровену. С каменным лицом, принцесса не сводила глаз с полупустого манежа, задумчиво перебирая тонкими пальчиками жемчужные бусы. Знакомая безделушка. Кажется, они принадлежали Лисс.

Чуть левее оживлённо шептались дочери Юстиниана. Королева устроилась на мягкой софе рядом с мужем. По обе стороны монаршей четы расселись приглашённые: такие же заядлые игроки, как и сам король. Это они привели своих рабов, и теперь обсуждали между собой размеры ставок.

— Как насчёт по восемьсот на каждую голову? — предложил Далмаций, сморчок сморчком, однако потомственный владелец крупнейшего оружейного цеха в Прибрежье.

— Можно и округлить, — отозвался Гай, глава одной из самых богатых семей столицы. Долговязый и щуплый, с жидкими бесцветными волосами, он чем-то походил на серого палочника, виденного Максианом во время визита в Серебряные Долины. — Чего мелочиться из-за жалких пары сотен.

— Будь по-вашему, — сдался Юстиниан. — Корнут, вы хорошо ознакомились с досье?

— Безусловно, Ваше Величество.

— Прекрасно. Хотелось бы обойтись без досадных неожиданностей. Я, конечно, полагаюсь на своё чутьё, оно у меня довольно острое в этом вопросе, но, судя по недавнему опыту, даже оно способно подвести.

— Не стоит себя винить, Ваше Величество, — заискивающе пролепетал Гай. — Осквернённые весьма непредсказуемые существа. Даже такой искушённый игрок как вы не всегда способен предугадать исход боя.

— В этом-то и весь смысл, — Юстиниан назидательно поднял указательный палец. — Какое же удовольствие в предсказуемости?

Гости с умными физиономиями закивали. Максиан едва сдержал улыбку, умиляясь столь откровенному лицемерию. Интересно, в чём тогда смысл проиграть целый миллион, а потом хладнокровно убить своего единственного чемпиона? Да король ещё более непредсказуем, чем те, кого он так презирает. Возможно, в этом его преимущество, но слишком уж оно всё попахивает безумием.

— Кстати, о предсказуемости, — Юстиниан повернулся к Максиану. — Что насчёт закона, о котором я вам говорил? Насколько мне известно, Корнут давно подготовил всё необходимое.

— Да, Ваше Величество, я уже получил весь пакет документов. Заседание по вашему вопросу назначено на первый месяц зимы.

— Это вы так пошутили? Может, ещё до весны отложить? Куда торопиться, не так ли?

— К сожалению, Сенат слишком загружён вопросами, которые невозможно проигнорировать. К тому же сейчас не самый подходящий момент после того скандала с газетчиками. Наберитесь терпения, Ваше Величество, мне ещё предстоит переговорить с сенаторами с глазу на глаз.

— Я полагаюсь на вас, Максиан. Не забывайте об этом.

«Ещё бы ты не полагался! Сам же прекрасно понимаешь, что шансов у тебя меньше, чем у осквернённых получить свободу. Даже твоё золото для взяток не спасёт. Кто захочет добровольно впустить в свой дом неотёсанных полицаев в грязных сапогах? Закон твой, дорогой Юстиниан, не менее абсурден, чем предлог для его принятия».

— Наконец-то, — Корнут подошёл к ограждению и чуть подался вперёд, обращаясь к начальнику гвардейцев. — Ведите их уже.

Из ворот на противоположной стороне манежа показались новые скорпионы короля. Надзиратель трусцой поспешил им навстречу, меся промокший песок тяжёлыми сапогами.

Максиан с любопытством вглядывался в пока ещё плохо различимые фигуры. Один из рабов, низкорослый и тощий, как бездомный кот, сильно выделялся на фоне остальных. Грудь невольника скрывала узкая повязка. Женщина. Впрочем, ничего удивительного, среди скорпионов их хватает, хотя встречаются они куда реже.

Надзиратель добрался до конца импровизированной арены и теперь торопливо подгонял осквернённых к ложе.

— Корнут, что это за недоразумение? — чванливо поинтересовался король, указав пальцем на рабыню. — Вон там, с левого края.

— Не спешите с выводами, Ваше Величество. Особь весьма примечательная.

Скорпионы остановились в десятке шагов и преклонили колена, не смея поднять глаз на ложу. Юстиниан внимательно изучал своих новых рабов, и на его лице отчётливо читалось глубокое презрение.

— Номер триста шесть! — проголосил Корнут, одним глазом подглядывая в папку с досье.

Один из осквернённых выпрямился во весь рост. Бритоголовый, впрочем, как и остальные, широкоплечий верзила с приплюснутым носом и шрамом над верхней губой.