Предки героев
Шрифт:
– Все правильно, Шлух. «Марк XXI» обыскивает любого присутствующего от носков до кончиков волос. Даже самую маленькую порцию яда в продуктах не пропустят детекторы. Более того, метаболические индикаторы будут осуществлять анализ поступающей пищи для того, чтобы мы были уверены, что она безопасна для потребления. Тем самым уловки Борджиа исключаются.
– Я устал от твоих теоретических упражнений,- Шлух поднялся.- Думай, что хочешь! Скажу по секрету: ваше представительство окружено моими войсками под невинным предлогом почетного караула, и никто не может ни войти, ни выйти. Завтра к этому часу ни один землянин не осмелится показать свое голое лицо ни в одном официальном здании Управления Сектором,- сказал Шлух.
– Значит, завтра,- кивнул дипломат.- Спасибо за то, что ознакомили с вашим расписанием.
– Да, бесславный человек, сующий нос в дела Гроа. Однако прежде чем ты умрешь, назови мне имя предателя, продавшего вам наши секреты, и я лично прослежу, как его посадят на кол.
– Продал секреты, да? Похоже, это подтверждает мой анализ ситуации,- сказал Ретиф.- Еще один вопрос: что получат за это благи?
– Молчать!
– заорал Шлух.- Немногие оставшиеся тебе часы будут посвящены не беседам о политике, а детальным ответам на наши вопросы!
– Опять ошибочка,- заметил Ретиф и сделал шаг в направлении стола, над которым склонился полицейский. Шлух отскочил назад, жестом указал на Ретифа вооруженному охраннику, который сразу взял на изготовку оружие, нацелив в лицо Ретифу.
– Говорили ли вам когда-нибудь, ребята, что нельзя стрелять из бластера в замкнутом пространстве, так как можно сжечь все живое, в том числе и стрелка?
– спросил пленник гроаков и как бы между прочим сделал еще один шаг. Охранник опустил в нерешительности оружие.
– Он врет, кретин! Стреляй!
– Шлух наклонился над открытым ящиком стола. Ретиф проворно схватил офицера за шею и швырнул его на охранника. Прогремел выстрел. Пока два гроака грудой барахтались на полу, Ретиф подобрал ружье.
– Что ж, погиб еще один миф,- произнес он.- Шлух, снимите ремень и свяжите часового.
Внимательно наблюдая за двумя гроаками, Ретиф уселся на стол, со щелчком повернул ключ полевого телефона и набрал номер. Мгновение спустя угрюмое лицо консула посольства Клатчплата появилось на экране. Он с изумлением обозревал открывшуюся перед ним сцену.
– Ретиф! Что вы?.. Как?.. Да вы отдаете себе отчет? Вы что?.. Как вы могли?..- он запнулся, когда заметил живописную группу на заднем плане.- Ведь это капитан Шлух. Что он там делает?
– Он недавно встретил старого знакомого,- ответил Ретиф, не обращая внимания на стук в дверь.- Господин Клатчплат, как далеко зашли переговоры об участии Блага в конференции?
– А что? Их делегация прибудет через час. Конвой только что запросил у управления порта разрешение на приземление. Но послушайте…
– Конвой?
– Ретиф поднял взгляд на дверь, в которую продолжали стучать уже чем-то тяжелым.
– Всего лишь пятьдесят первоклассных крейсеров в качестве конвоя транспорта. Вы уже знаете, что благи никогда не путешествуют безоружными. Но…
– Не могли бы вы уговорить посла отказать им в участии в конференции?
– воскликнул Ретиф,- А если не получится, то встретить вооружённой охраной и…
– Господин Ретиф, я не знаю, что за сумасшедшие мысли вас одолевают,- пролаял консул.- Известно ваше отношение к благам и гроакам. Однако брать на себя такую ответственность…
– У нас нет времени для длительных дискуссий, господин Клатчплат,- перебил Ретиф, когда от глухого удара двери затряслись.- Я бы попросил у вас взвод морских пехотинцев, если бы знал, где нахожусь, и…
– Сдавайтесь!
– выпалил Клатчплат.- Это единственно правильный ход. Вас могут признать виновным в совершении преступления под воздействием временного психического расстройства, вызванного чрезмерными политическими амбициями, и в этом случае вы выйдете на свободу через один-два года, просидев этот срок на спутнике-тюрьме.
– Интересное предложение.- Ретиф уклонился от пролетевших над ним дверных петель.- И в чем же меня обвиняют?
– Кажется, в убийстве двух салинорцев. Вы ведь это сделали?
– поинтересовался Клатчплат.
– Совсем выскочило из головы,- ответил дипломат.- Однако если бы вы придержали свое обвинение, мне бы удалось прибавить к этому счету еще нескольких гроаков.- Он отключил связь, когда дверь содрогнулась, и в ней образовался выпирающий внутрь горб.- А теперь, Шлух, быстро говорите, где выход,- приказал Ретиф.- Я решил ускользнуть через один из трех черных ходов, чтобы избежать необходимости оставлять автографы. Укажите лучший маршрут.
– Никогда.
Ретиф выстрелил с бедра, так что заряд пролетел над левым ухом инопланетянина.
– Вон там, с другой стороны,- быстро прошипел Шлух.- Даже если ты избежишь встречи с моими людьми, наши планы осуществятся, и что бы ты ни сделал, не сможешь нас остановить.- Он подошел к боковой двери и открыл ее.- Убирайся, Ретиф! Но знай, что какой бы путь ни выбрал, тебя ждет ужасный конец!
– В таком случае, первым пойдете вы.
Шлух попытался отскочить, но дипломат схватил его и пинком отправил в темный проход, а сам нырнул следом. И едва успел закрыть за собой потайную дверь, как дверь в кабинет Шлуха с грохотом упала.
IV
Они пробирались по тусклым пыльным коридорам, поднимались по лестницам, тихо брели темными залами, уставленными старинным оружием и доспехами. С потолков свисали рваные знамена. Раз шесть Ретифу едва удалось предотвратить побег гроака. Наконец они оказались в широкой комнате, стены которой были расписаны изображениями скачущих по розовой траве кентавроидов. Шлух указал на широкий проход, через который в помещение проникал бледный лунный свет.