Чтение онлайн

— Вы б мне сигареточку оставили… парочку.

Лариса отдала ему пачку своих «Кент-Лайтс».

— Лучше б «Приму», конечно, — вздохнул Умнов. — Но хоть так сойдет.

Провожать Ларису он, естественно, не стал, целиком отдавшись процессу опустошения бутылки водки. Лариса перелезла через поваленное дерево, прошла к своей «Вольво» и, медленно выезжая на дорогу, принялась анализировать услышанное.

Итак, наркоманы. Люди с искривленной психикой, принадлежащие к той прослойке общества, о которой Лариса сразу же подумала, как только узнала о характере убийства. Но до сегодняшнего разговора с Умновым никаких наркоманов на горизонте не прорисовывалось, поэтому она и занималась другими версиями. Теперь же Лариса понимала, что скорее всего Лорик и Страшный и есть убийцы Яны и Лианы Ковалевых. Во всяком случае, являются исполнителями преступления.

Мысль о том, что вряд ли они сами пошли на такое, не давала Ларисе покоя. Рассуждая логически, она приходила к выводу, что если бы наркоманы просто прикончили Ковалеву, находясь под кайфом, то не стали бы караулить ее в лесу. Все произошло бы в каком-нибудь притоне или на хате. А тут ее специально поджидали, да еще вместе с ребенком.

Что им было нужно? Чем им помешала Ковалева?

На эти вопросы у Ларисы пока не было ответа.

Она вспомнила о Марине Канарейкиной. Это был человек, который знал и друзей-наркоманов, и Ковалеву. Скорее всего ей должна быть известна причина убийства.

Лариса принялась, слово за словом, вспоминать свой разговор с Мариной. Во-первых, та сначала долго не хотела открывать дверь, мотивируя это тем, что у нее разбито лицо. И рассказала историю нападения на нее. Может быть, так оно и было, но все же Лариса еще тогда отметила некоторую путаницу в ее «показаниях».

Во-первых, Канарейкина долго не могла толком объяснить, какие претензии были у нападавших, упомянув, что они ей угрожали. Чем угрожали, на основании чего, так и осталось непонятным. Во-вторых, Марина никак не могла назвать приметы напавших, а потом про одного вдруг вывалила целый набор. Про второго же так и не нашлась что сказать, видимо, просто не успела придумать.

Это пока что были всего лишь предположения, но теперь Лариса склонялась к мысли, что избили Канарейкину как раз Страшный с Лориком, а вовсе не какие-то неизвестные насильники.

И третье, самый главный момент! Это озарение вдруг вспыхнуло в голове у Ларисы яркой вспышкой. И как она могла не обратить на это внимания раньше?! Ведь когда Лариса сообщила Канарейкиной о том, что Яна Ковалева убита в лесу вместе с дочерью, она не уточнила, с какой именно! А ведь у Ковалевой было две дочери — Кристина и Лиана. А Канарейкина тут же назвала имя младшей девочки.

Теперь Лариса вспомнила это совершенно четко, а это означает, что Канарейкиной было известно о том, что Яна убита…

Можно было, конечно, направиться к Канарейкиной прямо сейчас, но Лариса все-таки не стала этого делать. Во-первых, у нее не было железных улик против этой женщины. А она могла бы и не пойти на признание, отрицая все обвинения Ларисы.

Нет, к Канарейкиной ехать рано. Вначале нужно поймать наркоманов и вытрясти из них все. Из наркоманов, кстати, вытрясти признание несложно.

Конечно, этим будет заниматься не сама Лариса, а милиция — у нее это лучше получится. А уж потом ехать к Канарейкиной и, если та станет упрямиться, устраивать очную ставку со Страшным и Лориком.

Может быть, кстати, Марина тут и ни при чем, просто была в курсе того, что случилось убийство. Вот и нужно все это выяснить.

Лариса уже вела машину в сторону городского управления внутренних дел. Припарковав ее возле входа, она быстро поднялась наверх, минуя знакомого дежурного, и подошла к двери кабинета майора Карташова.

Олег Валерьянович был несколько удивлен визитом Ларисы, а особенно ее взвинченным и возбужденным видом.

— Олег, — усаживаясь на стул, с ходу начала Лариса, — проверь по своим каналам, через компьютер, через картотеку, через агентов — через что хочешь! — молодые наркоманы, года по двадцать два — двадцать три, клички Страшный и Лорик, один бритый, другой длинноволосый, живут предположительно где-то в районе Пролетарки. Я уверена, что именно они убили Яну Ковалеву!

— Подожди, подожди, — остановил ее Карташов, ошарашенный напором Ларисы. — Объясни мне хотя бы, в чем дело.

Лариса принялась рассказывать ему о разговоре с Умновым и о выводах, которые она из него сделала.

Карташов слушал очень внимательно.

— Я сразу подумала, что это дело рук каких-то отбросов общества! — закончила Лариса. — И вот появились две как раз очень подходящие фигуры.

— Возможно, что ты права, — согласился Карташов. — Нужно проверить. Хорошо, ты пока посиди здесь, а я пойду узнаю, нет ли чего на этих Лорика и Страшного…

Оба являли собой тип опустившихся наркоманов, плотно сидевших на героине. Это были люди без будущего, поскольку зависимость их от наркотика день ото дня росла, и они уже с медицинской точки зрения были живыми трупами. Вопрос заключался лишь во времени — когда наступит логический конец их никому, кроме наркодилеров, не нужного существования.

В тот день им взбрело в голову развлечься. Разнообразить свой однообразный героиновый досуг.

Благо как раз в тот день они имели деньги не только на дозу, но еще и на нечто большее. Лорик со Страшным вдруг вспомнили, что давненько не уделяли внимания противоположному полу. И набрали номер одной из досуговых контор. По их вызову через полчаса явились две девицы в сопровождении сутенера. Наркоманы мутными глазами оглядели девиц и после минутного их разглядывания махнули руками:

— Пойдет!

Заплатили за два часа, и сутенер тут же удалился.

Девицы же, представившиеся как Яна и Марина, предприняли сначала попытку их оживить, поскольку после дозы они были слишком расслабленными.

Но не очень-то они старались в этом направлении, потому что Яне показалось, что наркоманы во время минета начали засыпать и отходить в страну геройновых грез. Кинув выразительный взгляд в сторону товарки, Яна осторожно подняла голову. Клиент не подавал никаких признаков жизни. «Отключился», — мелькнула в голове радостная мысль.