Чтение онлайн

— Я буду шутить до последнего, — сказал Данил. — Это мой способ всё портить.

Артём вмешался, пока разговор не ушёл туда, куда потом придётся вытаскивать.

— Успокойся, Климов, — сказал он. — Мы все в одной лодке. Утонем — вместе. Выплывем — тоже вместе. Если начнёшь ссориться сейчас, потом будет сложнее прикрывать друг другу спину.

Климов какое-то время молча смотрел на него, потом отодвинул миску.

— Я тебе не друг, Лазарев, — сказал он. — Но пока ты не делаешь откровенных глупостей, я тебя трогать не буду.

— На том и постоим, — ответил он.

Вечером занятия продолжились, только теперь без показательных «первых разов».

Их начали гонять по парам: боец и оператор.

Артём несколько раз шёл в экзе под руководством Данила.

Потом — под руководством Ильи.

Потом — под управлением невозмутимого сержанта, который командовал так, как будто диктовал рецепт супа.

Разница ощущалась буквально телом.

С Данилом было шумно, нервно, полно комментариев и шуток, но при этом он быстро учился. Ошибся раз — второй такой же не допускал.

— Стоп, стоп, стоп! — в какой-то момент заорал он в наушник. — Там снизу щель, не вижу толком, но по логике там любители пострелять. Не лезь!

Через секунду из той самой щели треснула очередь.

— Видишь? — сказал Данил. — У меня есть талант видеть, где мне могут прострелить знак бесконечности на лбу.

С Ильёй было по-другому.

— Вперёд, — говорил он спокойно. — Теперь левее. Стоп. Здесь есть два варианта. Первый — ты идёшь напролом и надеешься, что повезёт. Второй — ты делаешь шаг назад и заходишь с другой стороны. Я за второй.

— Кто бы сомневался, — ответил Артём.

Когда же командовал сержант, всё превращалось в короткий, рубленый набор приказов:

— Вперёд. Право. Стоп. Низко. Бегом. Назад. Левее. Не думай — делай.

После каждого захода Эйда аккуратно подводила итоги:

Нагрузка на опорно-двигательный аппарат — повышенная. Координация в связке с внешним управлением улучшается. Адаптационный опыт в области распределения внимания и работы с голосовыми командами получен.

«Смотри, как звучит: "опыт получен"», — усмехнулся он мысленно. — «Как достижение в игре».

Это и есть достижение, ответила она. Только стоимость ошибки выше.

К вечеру он чувствовал, как внутри накапливается какой-то внутренний жар.

Ноги ноют, спина ломит, голова тяжёлая, но при этом — странное чувство: он всё больше понимает, как двигается тело в экзе, как звучит голос оператора, как считывать даже паузу в его команде.

Когда они, наконец, вернулись в казарму, большинство упало на койки, даже не переодевшись как следует.

Данил выдохнул, плюхнувшись на свой верхний этаж:

— Если так дальше пойдёт, я ещё заскучаю по обычной строевой, — сказал он. — Там хотя бы всё понятно: шагайте, кричите, сворачивайте голову вправо.

— Тут тоже понятно, — ответил Артём. — Шагай, кричи, слушай, куда тебе говорят. Просто цена выше.

— Я до сих пор думаю, что я идиот, что подписался на это, — сказал Данил. — Но если уж я идиот, то хотя бы не один.

— Спасибо, греет, — хмыкнул он.

Эйда тихо вмешалась:

Накопленный ресурс достаточен для небольшого улучшения параметров. Рекомендую распределить часть в раздел «Реакция» и «Боевой анализ». Это улучшит работу в условиях ограниченного времени и большого количества входящих сигналов.

«Сейчас?» — мысленно спросил он.

Сейчас — оптимально. Организм разогрет, системы в активном состоянии. Но будет больно.

«Как всегда, — подумал он. — Давай».

Он устроился поудобнее, закрыл глаза.

Сначала это было похоже просто на сильную усталость.

Потом голову словно стянуло обручем.

В глубине черепа забурлил горячий песок.

Пульс участился. Мышцы чуть подрагивали.

Изнутри шёл тихий, монотонный шум — как будто кто-то перебирает невидимые провода в мозгу, перенастраивает затёртые контакты.

Он кусал губу, чтобы не застонать — если сейчас кто-то подойдёт и увидит, что ему так хреново, начнутся вопросы. Вопросы ему не нужны.

Сосед сверху тихо спросил:

— Тём, ты не сдох там?

— Пока нет, — выдавил он. — Просто думаю, почему я такой умный.

— Не думай, — посоветовал Данил. — Это вредно.

Судорога прошла второй волной, потом третьей… И вдруг отпустило.

Мир стал… немного другим.

Не в том смысле, что цвета стали ярче или звуки громче — это всё из дешёвых романов. Просто внутренний шум стих, а всё, что происходило вокруг, казалось сразу чётче.

Где-то в конце казармы кто-то тихо ругнулся — он понял по интонации, что тот споткнулся. Вздох справа — Пахом, у которого болела спина. Шорох одеяла слева — Илья перевёрнулся, мёрзнут ноги.

Поток информации стал более упорядоченным.

Параметры обновлены, сказала Эйда. Реакция — плюс. Боевой анализ — плюс. Возросла способность обрабатывать несколько каналов информации одновременно.

«Надеюсь, потом это пригодится не только здесь», — подумал он.

Пригодится.

Утро следующего дня подтвердило: всё это не было сном.

На очередной тренировке в экзоскелете он неожиданно для себя успевал больше.

Когда Данил орал в ухо:

— Левее, быстро, там сейчас прилетит!

…он ещё до конца фразы уже смещался, ногами, корпусом, будто предугадывая.

Когда на экране загорелась новая камера, переключившаяся на второй сектор, он не терялся, не путал, кто где, а сразу врезался взглядом в нужный угол.

— Ты сегодня как заведённый, — сказал после первого захода офицер. — Пульс, конечно, скачет, но мозги работают.