Чтение онлайн

— Да ты… — выдохнул Артём, пытаясь вдохнуть.

Что-то холодное прижалось к затылку.

Он даже не сразу понял, что лежит лицом вниз. Щеку царапала влажная земля, в нос бил запах сырости и гнили. Попытался пошевелиться — тела будто не было. Ни рук, ни ног. Пустота.

А в затылке разрасталась ледяная боль.

Не как удар. Не как шишка. Что-то острое, но одновременно точное, чужое, словно в голову вкручивали тонкую, безжалостную спицу.

Он хотел крикнуть. Рот открылся, но звук застрял где-то в груди.

Боль усилилась. Холод прорезал кожу, кость. Он почти физически чувствовал, как что-то проходит сквозь череп. Сначала — как будто острый кусок льда продавил кость, потом — как будто весь мозг кто-то окатил жидким азотом.

Перед глазами вспыхнули световые точки. Мир сузился до одной, белой, слепящей.

«Только не…»

Мысль оборвалась.

В глубине, там, где обычно живёт только подсознание и странные сны, что-то открылось. Как дверь, за которой никто никогда не был.

В неё вкатилось чужое.

Чёрное, гладкое, лишённое формы. Оно не спрашивало, не стучалось. Просто вошло, холодным потоком протекло по нервам, по сосудистым руслам, по чему-то ещё, чему у него не было названия.

Где-то далеко, в самой глубине черепа, что-то щёлкнуло. Как включатель.

Потом — тишина.

Он не помнил, как отключился. Не помнил, сколько лежал в этом лесу. Тёмный провал с редкими, странными вспышками.

Ему снились не совсем сны. Скорее — обрывки чего-то чужого.

Мелькание звёзд. Но не так, как он их видел когда-то на карте в комнате. Они были густыми, плотными, синими и зелёными, некоторые — совсем не как звёзды, а как дыры в чём-то тёмном. Он смотрел будто изнутри огромного прозрачного шара, и шар этот летел через пространство, которого он не узнавал.

Какие-то конструкции — не дома, не корабли. Линии, переплетения, формы, которые мозг пытался срочно назвать «антеннами», «станцией», «корпусом», но каждый раз ошибался.

Люди? Нет. Силуэты, в которых он пытался разглядеть знакомые черты — голову, руки, глаза, — но всё было чуть другое, как во сне, где лица друзей внезапно срастаются с масками.

Звуки. Не звуки — импульсы, как если бы кто-то говорил, минуя язык. Плотный поток смыслов, но так быстро, что он не успевал зацепить ни одного.

Потом всё это рассыпалось. Сначала цвета. Потом линии. Потом — сами ощущения.

Тьма.

Он очнулся от того, что ему в лицо светило.

Не свет как из театрального софита, и не лампа в кабинете врача. Мягкий, блеклый дневной свет. Слишком яркий для глаз, привыкших к темноте.

Артём моргнул, зажмурился, потом всё-таки открыл глаза. Над ним — небо. Серое, с редкими белыми пятнами облаков. Ветки деревьев нависали сверху, складываясь в нестройный купол.

— Что… — хрипло выдохнул он.

Голос прозвучал так, будто он неделю курил без остановки. В горле пересохло, язык прилип к нёбу.

Он попробовал пошевелиться. На этот раз получилось. Руки отозвались тяжёлой болью в плечах, ноги — тупой ноющей слабостью. Спина натянулась, как после долгого сна в неудобной позе.

Под ладонями — влажная земля, листья, песок. Пахло сыростью. Где-то недалеко трещала сорока, в кустах шуршал кто-то маленький.

Сев, он облокотился о ближайшее дерево, пытаясь понять, где именно находится. Голова кружилась, в висках стучало.

Он поднял руку, машинально коснулся затылка.

Никакой липкой крови. Никакой распухшей шишки. Кожа — влажная, грязная, но целая. Только лёгкое, почти неуловимое покалывание под пальцами, как будто он долго лежал на неудобной подушке.

— Не может быть, — прошептал он.

Картинка «ледяной гвоздь в череп» была слишком яркой, чтобы оказаться просто ночным кошмаром. Но никаких физических следов.

Он посмотрел на одежду. Куртка измазана грязью, на брюках — земля и что-то зелёное, листья, трава. Кроссовки мокрые, шнурок на одном развязался.

Из кармана выглядывал телефон. Артём торопливо вытащил его.

Экран был цел, только в одном углу — лёгкая царапина. Аккумулятор почти пуст, пара процентов, но всё ещё жил.

На экране вспыхнуло уведомление:

37 пропущенных.

Брат. Мама. Папа. Данила. Марина. Пара одногруппников.

— Чёрт, — выдохнул он.

Он посмотрел на время. Было почти полдень.

— Да ну, — он снова моргнул, но цифры не поменялись. — Я что, всю ночь тут валялся?

Вокруг лес уже не был темным и страшным. Просто обычные деревья, просохшие после ночного дождя. Солнце пробивалось через ветки.

Он поднялся, держась за ствол. Ноги держали, хоть и ватные. Колени ныло, как после хорошей тренировки.

Потащился вперёд, глядя по сторонам. Тропа, по которой он, по идее, заходил, нашлась довольно быстро: примятая трава, следы. Он прошёл десяток метров — и увидел край лесополосы. Дальше — привычный частный сектор. Заборы, крыши, дорога.

То есть он был не в какой-то глухой чаще, а буквально в нескольких сотнях метрах от улицы.

— Отлично, — сказал он. — Просто отлично.

Телефон пискнул, предупреждая, что батарея вот-вот умрёт.

«Ладно, — решил он, — сначала Данила. Он вчера первый начал».

Он набрал его номер. Пару гудков — и сразу бешеный голос:

— Ты где был?!

Артём чуть отодвинул телефон от уха.

— Живой, — сказал он. — Уже хорошо.

— Я тебя убью, — заорал Данила. — Сначала обниму, потом убью. Ты вообще нормальный? Ты пропал с десяти вечера! Тебя не было в общаге! Я думал уже… мать твою, — он запнулся, явно перевёл дыхание. — Ты где?