Чтение онлайн

— Что тут творится? — спросил он у Риса, догоняя его.

— Сегодня чествуют Короля Моря.

— Короля Моря? — недоуменно переспросил Тор.

— Ты что, не местный? Про Праздник Урожая никогда не слышал? — и Рис со знанием дела сплюнул.

— Я вырос в глуши, Рис. Родители как-то рассказывали… но я нигде не бывал, кроме окрестных деревень — до этого дня. А что это за праздник?

Неторопливо катя тележку через площадь, Рис рассказал, что Хаттен не всегда был таким богатым и красивым городом. Однако жители не забывают те времена, когда их предки только начинали заселять эту местность. Именно благодаря рыбе и вину они достигли процветания. Местное вино не отличается изысканным вкусом — не то что южные сорта, виноград для которых выращивают в солнечных долинах. Однако со всего юга не вывозят и половины вина, которое дают Хаттенские виноградники. Что же касается моря… Каждый год, в конце лета, огромные косяки рыбы приходят на нерест, и рыбачьи шхуны возвращаются домой, глубоко проседая под тяжестью улова. Когда же созревают фрукты, виноделы давят виноград. Тогда крестьяне и рыбаки устраивают День благодарения.

В этот день люди пируют, веселятся и выбирают Короля Моря и Королеву Вина. Всю ночь венценосная чета предаётся любви — считается, что это служит залогом того, что урожай на будущий год будет богатым, а сети полны рыбы. Этот обычай неукоснительно соблюдается вот уже почти двести лет. В Хаттене это самое большое торжество.

Сегодня ночью все рыбачьи лодки будут стоять у причала. Так же тесно будет и на постоялых дворах. Землевладельцы и виноградари, капитаны и матросы, знатные купцы и простые горожане съезжаются в Хаттен, чтобы полюбоваться праздником и повеселиться вволю.

Теперь ясно, почему все комнаты заняты, подумал Тор.

— В этом году Королеву выбрали накануне, — продолжал Рис. — А сегодня вечером настанет очередь Короля. И вот тогда начнётся веселье…

Голаг повернул чумазую физиономию и плотоядно ухмыльнулся, показав два ряда жёлтых зубов.

— Как думаешь, выберут меня Королём Моря? Я не против того, чтобы перепихнуться с Эйрин!

Он издал звук — вроде того, с которым несмазанное колесо проезжает по булыжнику — и демонстративно почесал в паху. Ради этого тележху пришлось остановить.

— А кто такая Эйрин? — спросил Тор.

— Местная шлюшка, которую городские мужчины выбрали Королевой. Но не думаю, что у Голага есть шанс — а, Голаг? — Рис толкнул своего неряшливого друга под рёбра и рассмеялся.

Тор нахмурился.

— Значит, мужчины выбирают Королеву, а женщины — Короля? Так это и делается?

— Нет, мальчик. Короля выбирает Королева. Разрази меня гром! Сегодня ночью Эйрин не станет раздвигать ноги перед каким-нибудь уродом. Нет, таких, как мы с тобой, она ублажает только за деньги. Сделал дело — плати.

— Сначала плати, а потом делай дело, — с удовольствием поправил Голаг. Оба нашли шутку очень забавной, а когда Тор от смущения залился краской, расхохотались.

— Э-э-э… — протянул Тор. — Думаю, я всё понял. Спасибо, Рис.

Деликатность, с которой юноша попытался закрыть скользкую тему, вызвала новый взрыв хохота. Чтобы скрыть неловкость, Тор огляделся. Они остановились как раз перед постоялым двором. Над дверью красовалась вывеска с надписью «Пустой кубок», а изнутри доносились мужские голоса и громкое пение.

— Мы пришли? — спросил он.

Рис уже успокоился. Голагу пришлось постучать себя по груди, чтобы унять кашель — похоже, слюна попала ему не в то горло.

— Да, парень, — отозвался он, переводя дух. — Думаю, здесь для тебя найдётся… кха!.. небольшая комнатка на одну ночь, если нам повезёт… кха… и если ты позолотишь ручку старине Додди.

— Сколько?

Пожалуй, показывать все своё богатство не стоило. Поэтому Тор не стал доставать кошелёк. Он выгреб из кармана пригоршню меди, среди которой оказалось несколько баронов, и дёрнул Голага за грязный рукав. Солдат обернулся и торопливо сгрёб деньги с ладони юноши.

— И не забудь мой дьюк, — прорычал он прямо в лицо Тору.

К счастью, оба дьюка уже лежали в другом кармане — они перекочевали туда ещё на площади, где горожане чинили расправу над несчастным Клутом. Мысленно похвалив себя за предусмотрительность, Тор передал обе монетки Рису.

— И что теперь?

Рис прочистил горло и снова сплюнул. Точно заворожённый, Тор смотрел на комочек слизи, который блестел в пыли у его ног.

— Сажай этого дурачка себе на плечи, парень — и за мной.

Сейчас молодой человек даже не попытался завести с калекой мысленный разговор — это не имело смысла. Клут по-прежнему тянул из него силы, но Тор заметил, что почти привык к этому ощущению. Однако стоило юноше взвалить нового друга на плечи, он почувствовал, сколько сил пришлось отдать. Согнувшись в три погибели и спотыкаясь, Тор последовал за Рисом в трактир.

Едва дверь открылась, шум оглушил юношу. Похоже, это заведение было отдано под квартиры королевским ратникам — во всяком случае, все посетители казались точной копией Риса и Голага и пахли точно так же, если не сильнее.

Пошатываясь под тяжестью Клута, Тор нетерпеливо следил за Рисом, который что-то объяснял необъятному типу за стойкой. Наконец толстяк воздел руку и ткнул вверх пальцем, похожим на колбаску.

— Верхний этаж, — сообщил Рис, возвращаясь к Тору. — Ступай туда, а я найду лекаря, и мы квиты.

Он улыбнулся и пожал юноше руку. Странно, но от этого жеста на душе у Тора стало немного легче.

С благодарностью кивнув Рису, он двинулся вверх по скрипучей деревянной лестнице. Задача оказалась не из лёгких. То и дело приходилось останавливаться — например, пропуская компанию пехотинцев, на которых висели смеющиеся девушки — да и просто для того, чтобы перевести дух. На верхнем этаже оказалось три комнаты. Открыв наугад ближайшую дверь, юноша поспешил её захлопнуть: его взору предстала местная красотка, которая обслуживала клиента.

— Прошу прощения… — пробормотал Тор, чувствуя, как мгновенно покраснел.

Во всяком случае, выбор сократился. С трудом сделав несколько десятков шагов по душному коридору, Тор толкнул дверь. О счастье! Комната оказалась пустой…

И очень тесной.

Теперь нужно было как можно бережнее опустить Клута на кровать. Но Тор настолько обессилел, что буквально уронил свою ношу и сам рухнул на пол рядом. Он был настолько измотан, что не чувствовал ничего, кроме тупого раздражения.

Он не знал, сколько просидел, не меняя позы. Наконец, в дверь постучали, и в комнату вошла девочка с кувшином воды и миской — совсем маленькая, она едва ли успела встретить своё десятое лето.