Чтение онлайн

— Майкл, — сказал Адер, — хотя вы здесь и новичок, но вас уже затянула чертова голливудская трясина.

Майкл засмеялся.

— Когда вы побольше узнаете о моих замыслах, вы поймете, что я говорю правду.

— Ну что ж, я слушаю вас, — сказал Адер.

Майкл оглядел компанию, чтобы убедиться, что все увлечены своей беседой.

— Вы помните роман, который назывался «Тихие дни»?

Адер кивнул.

— Я читал его еще в школе, в колледже делал по нему доклад, но, честно говоря, единственное, что я помню оттуда — это сцена, где доктор средних лет что-то поет для юной девушки.

— Это единственное произведение Милдред Парсонс; через год или около того она покончила с собой, прежде чем книга стала известна широкому кругу читателей.

— Я что-то припоминаю.

— Думаю, она могла бы сделать неплохую карьеру, — сказал Майкл, — и считаю большим несчастьем, что книгу так мало знают.

— Что ж, это достойные слова об умершем авторе. Надеюсь, что когда меня не станет, кто-нибудь будет так же добр ко мне. Ну, а почему вы считаете, что только я наделен уникальным талантом, чтобы обработать эту книгу?

— Потому что вы писатель такого же склада, как и Милдред Парсонс; ваш литературный вкус, как вы сами говорили, ни в какое сравнение не идет с этими голливудскими бумагомарателями; это тонкий вкус настоящего писателя. Роман легко переделать в сценарий, но я хочу, чтобы идея и композиция сохранились в том же виде, как у Парсонс. Диалоги в книге просто бесподобны — возможно, вы не обратили на это внимания в школьные годы, но когда вы снова прочтете роман, вы согласитесь со мной.

Майкл перевел дыхание.

— Послушайте, у писателей, как и у всех остальных людей, конечно, имеется собственное «я», но если за эту книгу возьмется голливудский сценарист, он переделает ее, перепишет заново, чтобы показать, насколько он хорош. А мне нужно показать, насколько хороша Милдред Парсонс, чтобы ее книгу можно было увидеть так же, как и прочитать, и для этого нужен очень тонкий писатель. Успех книги держится исключительно на том чувстве, которое вложила в нее она — это почти автобиография, — и я хочу, чтобы кто-то сумел влезть в ее шкуру и донести ее чувства и переживания до зрителей.

Адер задумался.

— Чувство — подходящее слово для характеристики этой книги, — сказал он. — Насколько я помню, в ней были именно искренние чувства без слезливой сентиментальности.

— Значит, вы уже знаете, чего я хочу, — сказал Майкл. — Все, что вам теперь осталось, — это снова прочесть книгу.

— Сделаю это с удовольствием.

— Я передам вам экземпляр до окончания вечера, — сказал Майкл.

Когда фильм закончился и Майкл принял поздравления присутствующих, Лео наклонился к нему и сказал:

— Я займусь Бобом Хартом, в твоем распоряжении Сьюзен.

Майкл встретил ее в коридоре, когда она возвращалась из дамской комнаты.

— Сьюзен, — сказал он, взяв ее под руку, — Лео там сейчас предлагает Бобу роль. Если можно, я хотел бы с вами немного об этом переговорить.

— Хорошо, — сказала она.

Через застекленные створчатые двери он провел ее в сад и усадил на скамью. Воздух калифорнийской ночи был наполнен ароматом тропических цветов. Майкл посмотрел ей прямо в глаза.

— Я хотел переговорить с вами, потому что мне кажется, что вам я могу сказать то, что никогда не скажу Бобу.

— Со мной так часто бывает, — сказала она, — начинайте.

Он подал ей экземпляр книги.

— Лео дает книгу Бобу, но мне хотелось бы, чтобы она была у вас обоих. У Боба сложилась удивительная карьера; у него были очень хорошие работы в разных фильмах, но я считаю, что те роли, которые доставались ему в прошлом, показали лишь малую часть того, на что он в самом деле способен.

Сьюзен Харт подумала.

— Пожалуй, с этим я согласна, — сказала она.

— В этой книге есть роль, которая даст ему возможность показать зрителям свой талант в совершенно новом измерении, а талант его, я считаю, огромен.

Он глубоко вздохнул.

— Эта роль потребует мужества. Бобу придется открыться совсем с другой стороны, этого ему еще делать не приходилось. В этой истории нет плохих парней, с которыми надо было бы сражаться, нет торговцев наркотиками или разбойников с большой дороги; действие происходит на берегу Тихого океана неподалеку от летнего домика. Эта книга полна значительности и подлинного чувства, и роль, которую я хочу предложить Бобу — доктора Мэддена — лучшая роль в книге. Его партнером будет молодая девушка — очень талантливая актриса, но ему придется все время ей помогать, вытягивать ее. Он будет говорить на языке избранного круга двадцатых годов. Это изысканный язык, и текст хорош именно для Боба. Сделать сценарий я попросит Марка Адера.

Я хотел поговорить именно с вами, потому что для Боба это будет новый поворот, и чтобы пройти этот поворот, ему может понадобиться ваша помощь. Но у этой роли есть еще одно качество: «Тихие дни» откроют для него новые перспективы, дадут ему возможность в самом деле играть все, что он захочет; это высвободит его талант из стереотипных рамок жанрового кино и покажет, какие скрытые резервы таились в этом человеке долгие годы. И еще я хочу вам сказать — я никогда не сказал бы этого Бобу. — Ли Страсберг, будь он жив, гордился бы, увидев его в этой роли.

Сьюзен Харт смотрела на него с удивлением.

— Что ж, Майкл, я не знаю, понравится мне эта книга или нет, не знаю, захочет ли Боб сыграть эту роль, одно вам скажу: это самые замечательные слова, которые я когда-либо слышала от продюсера.

Майкл весело рассмеялся.

— Вас ждут большие сюрпризы, Сьюзен, — сказал он.

— Я давно уже ничему не удивляюсь, Майкл.

— Главный сюрприз будет в том, что, когда вы прочтете книгу, вы поймете, что все, о чем я сейчас говорил, — лишь малая часть открывающихся перед вами возможностей.