Прайд Саблезуба
Шрифт:
Бизон наблюдал за его манипуляциями молча. Семен понял его взгляд и пояснил:
– На всякий случай. Тревожно мне что-то.
– Угу, – кивнул воин.
Семен всмотрелся в полумрак и с удивлением обнаружил, что, собственно, его друг-напарник весь вечер сидит в окружении своего арсенала, за исключением, конечно, копья. Лук, колчан, палица – все под рукой, а ведь обычно оружие это хранилось завернутым в шкуру под стенкой вигвама. И обувь он не снял… На Семена накатила волна блаженной спокойной уверенности – с этим парнем мы не пропадем. Веки сами собой опустились, мышцы расслабились: «Все хорошо, Сема, все под контролем – вот так бы и сидеть до весны…»
Нет, это был не сон и, пожалуй, даже не дрема – просто какое-то оцепенение – приятное, надо сказать, оцепенение. Приятное и… знакомое.
ВЕТКА!!!
Семен вскочил, стукнулся головой о закопченную сучкастую слегу вигвама, рухнул на колени и прямо через очаг пополз к выходу. Там слева стоял прислоненный к стенке его арбалет, а вдоль коридорчика лежал посох. Семен ухватил то и другое и начал пропихиваться наружу. В узком проходе арбалет цеплялся то луком, то ложем за палки перекрытия, Семен хрипел и матерился, пытаясь быстрее продвинуться вперед. Сзади его толкал Бизон…
Он так и не добрался до конца тамбура – не выдержал и поднялся на ноги, разваливая спиной и плечами всю конструкцию.
В небе огромная спираль – прямо над головой. С краю ее ветви слегка разошлись, и в щель светит луна – полная.
Две огромные черные птицы, которые не машут крыльями. Они далеко или близко? Близко – потому и кажутся огромными.
Поднимаются. Одна что-то тащит. Человека. Свисают белые голые ноги.
Тишина.
«Один, значит, тащит – как вертолет на подвеске, – а другой страхует», – машинально отметил Семен.
Тишина.
И характерный негромкий скрип рядом.
Так скрипит тело лука, когда его сгибают, чтобы накинуть на рог тетиву. И когда натягивают эту тетиву для выстрела.
ВЕТКА!!!
– Бей, Бизон!!! – заорал Семен. – Мочи их!!! Только не зацепи ее…
Крюк сам лег в правую руку, а левая нога нашла стремя. Семен нагнулся, поймал дряблую тетиву. Хек! – разогнулся на выдохе и посадил тетиву на зацеп. Нащупал и выдернул из длинного кармана тяжелый болт. Так быстро, наверное, он еще никогда не заряжал арбалет. И тем не менее успел дважды услышать щелчок и короткий посвист – Бизон стреляет очень быстро. И почти не промахивается.
ВЕТКА!!!
Семен распрямился, упер приклад в плечо: «Ни прицела, ни мушки у этой штуки нет, а цель?! Что я творю?!»
Глядя поверх уродливого болта, лежащего в желобе, Семен видел, что птицы, не шевельнув крыльями, заложили вираж и ускорили подъем.
Щелк! Щелк!
Бизон стоял рядом и пускал стрелу за стрелой.
В полутьме. Вверх. По движущейся мишени.
Это бесполезно – чудес не бывает.
Но птица, что не несла груза, вдруг осветилась голубоватой вспышкой. Легла на бок. Повернулась. И косо пошла к земле!
Щелк! Щелк!
Та, что тащила груз, продолжала подниматься. Но Семен «вел» ту, что пошла на снижение, – «вел», пока она не стала неподвижной, двигаясь прямо на него. И поддел пальцем рычажок, спихивая тетиву с зацепа.
Мощная отдача. Болт пошел.
Еще одна голубоватая вспышка. Звук, похожий на крик.
ВЕТКА…
В гаснущем проблеске лунного света оставшаяся птица вместе со своей ношей превратилась в маленькое темное пятнышко высоко вверху. Потом в точку. Потом исчезла.
Семен бросил арбалет на истоптанный снег и, задрав голову, смотрел, как сгущаются, темнеют хвосты спирали над головой. Ветка…
– Пошли, – сказал Бизон, – посмотрим на этого демона, пока хоть что-то видно.
Он первым двинулся туда, где на снегу темнело пятно. Семен не хотел никуда идти, он вообще больше ничего не хотел и не мог. Сопротивляться чужой воле – тоже. Поэтому он подхватил посох и пошел вслед за Бизоном.
Порыв ветра в лицо. Что-то сверкнуло вверху. Потом отдаленные раскаты. Все-таки гроза…
Они лезли по снегу, время от времени проваливаясь в наст по колено. И вспышки, похожие на отдаленный огонь электросварки, освещали их путь.
Оставалось не больше пяти метров, когда человек на снегу зашевелился и сел. И протянул в их сторону темную руку с растопыренными пальцами.
Мышцы вдруг перестали слушаться. Превратились в кисель. В желе. Нет, все осталось на месте, просто тело как будто забыло, что и в каком порядке нужно напрягать, чтобы идти, стоять, дышать. Словно вдруг лишившись скелета, Черный Бизон на очередном шаге осел вниз и повалился боком на снег. Это состояние было Семену знакомо, он стиснул зубы: «НЕТ!!!» – и рванулся вперед.
Мышцы послушались. Человек с темным лицом поднялся на ноги. Семен взмахнул посохом – косой рубящий сверху.
Противник встретил удар ладонью выброшенной навстречу руки. Ощущение, будто бьешь по камню – болезненная отдача. Черные пальцы сжали конец палки. Рывок – и посох полетел в сторону.
– А-а, это ты! – Белая полоска зубов между темных губ. – Ты же ушел на переброску?!
Пытаясь сохранить равновесие, Семен шагнул вперед. Свернул непослушные пальцы в кулак и ударил в голову.
Негроид остановил кулак левой ладонью. У самой челюсти. А правой скрутил на груди Семена рубаху и потянул вверх.
– Не получилось, да? Хочешь еще раз попробовать?
– Пошел ты… – Семен попытался нанести удар по корпусу, но… Но почувствовал, что летит. Спиной вперед – на землю.
Самостраховку сделать он не успел, но снег немного смягчил удар. Семен сразу же вскочил на ноги. Или ему показалось, что сразу…
Перед ним никого не было. Сверкнуло, в небе раздался грохот, и в этой короткой вспышке Семен увидел, что нет и следов – снег не примят…