Чтение онлайн

– Прежде всего иди сюда и поприветствуй его высочество как полагается. А потом подробно объясни, что тебя так насторожило в поведении журналистов.

Реакция на её слова была более чем занятная. Из-за неприметной двери в глубине кабинета растрёпанным демоненком Саана выскочила девочка лет восьми-десяти на вид и, окинув помещение подозрительным взглядом, воззрилась на Рейта с лёгким испугом и растерянностью. Принц-консорт открыл рот, собираясь заверить ребёнка в том, что он при всех своих очевидных недостатках не кусается, но девочка его опередила. Решительно сжав губы и даже нахмурившись от напряжения, она с филигранной точностью выполнила официальный поклон и чётко произнесла:

– Ваше Высочество, позвольте выразить вам моё уважение и повиновение. Покорно прошу простить за неподобающее поведение в вашем присутствии, оно ни в коем случае не является виной моей приёмной матери, только я несу ответственность за проявленное к вам неуважение.

Рейт ошеломлённо моргнул, не в силах поверить в то, что десятилетний ребёнок не просто бездумно выполнил заученное движение, не понимая его значения, а осознанно воспроизвёл весь ритуал. В полном соответствии с этикетом приветствовал своего повелителя и одновременно пытался отвести его возможный гнев от семьи, принимая всю вину за возможное оскорбление на себя. Если бы это проделала его собственная дочь, то он бы даже не удивился, в конце концов, Эра развивалась в два раза быстрее своих сверстников, а кое в чём превосходила и многих взрослых, но обычный человеческий ребёнок… Рядом одобрительно фыркнула Хиза, явно подтверждая, что он не ошибся в оценке поведения её дочери, и принц-консорт принял решение. Он едва заметно кивнул, принимая приветствие и извинение, и спокойно произнёс, так, как если бы обращался к одному из оперативников, а не к маленькой девочке:

– Всё нормально, дело всегда важнее протокола, в таких случаях я не требую досконального соблюдения этикета. А теперь подробно расскажи, что случилось? Я так понимаю, ситуация достаточно серьёзна?

– Да, ваше высочество. – Лиа твёрдо выдержала его взгляд и доложила коротко, но по существу: – Операция под кодом десять сорок. Серентен сообщает, что все женщины, выдвинувшие в отношении первосвященника обвинение в насилии и склонении их к сексуальной связи, подверглись серьёзному давлению со стороны средств массовой информации и общественности. Им не верят, и суд с почти стопроцентной вероятностью встанет на сторону обвиняемого.

– Понятно. – Хиза задумчиво постучала когтями по столу, и один из валявшихся на нём электронных блокнотов с жалобным писком окончил свои дни, пробитый сразу в трёх местах. Женщина-диин озадаченно подняла руку и неодобрительно воззрилась на остатки очередного угробленного по неосторожности образца техники. Несколько секунд она рассматривала его с видом священника, открывшего один из богословских текстов и внезапно обнаружившего, что наставления Саана по неизвестной причине превратились в подробную инструкцию по применению к вражеским разведчикам способов экстренного допроса во время ведения боевых действий при помощи подручных средств вроде каменных топоров, а затем с невнятным рычанием запустила в угол, где уже лежало несколько испорченных подобным образом блокнотов. – Хорошо, что я уже прочитала этот доклад. Эти Сааном проклятые штуки такие непрочные!

Рейт сочувственно кивнул, пряча улыбку, и покосился на Лиа, которая с самым серьёзным видом подтвердила, что в последнее время технику стали делать на удивление некачественную, ломается от любого неосторожного прикосновения. Хиза подозрительно посмотрела на веселящихся людей и ворчливо сказала:

– У вашей породы на удивление странное чувство юмора. Что смешного в том, что я не в состоянии нормально пользоваться вашими вещами? – и без всякого перехода добавила, явно не нуждаясь в ответе на свой более чем риторический вопрос: – Ситуация с первосвященником ожидаемая, не стоит волноваться, никто и не предполагал, что обычный суд вынесет обвинительный приговор.

– Погоди! – Принц-консорт, мгновенно став серьёзным, потребовал объяснений. Одновременно с этим он достал из кармана электронный блокнот, который постоянно носил с собой в последнее время, не доверяя собственной памяти в связи с астрономическим количеством дел, требующих немедленного решения, и отметил в нём, что, кроме производства компьютеров с корпусами из сверхпрочного пластика, следует наладить выпуск всевозможных электронных носителей с теми же характеристиками. – Зачем вам понадобилось дискредитировать первосвященника и подводить его под альтернативный суд, если, конечно, я правильно понял ваш план?

– Правильно понял. – Женщина-диин одобрительно фыркнула. – Сразу чувствуется, что тебя учил профессионал. Эфа сочла поведение этого человека недопустимым и собирается как следует наказать его, но не это главное. Она решила кое-что поменять в государственной системе Империи, в частности, полностью исключить возможность влияния церкви на светскую жизнь страны и вмешательство её в политику, а для этого ей требуется громкий скандал, чтобы люди, привыкшие к существующему порядку вещей, не слишком возмущались.

Одно дело встать на защиту истинной веры и церкви, которую какая-то нелюдь, не имеющая, по уверениям священников, души, лишает исконного права проводить свадьбы и прочие обряды, это даже может привести к всеобщему восстанию недовольных верующих. Если, конечно, найдётся кто-нибудь способный грамотно разыграть эту ситуацию, а в Империи обычно с этим проблем не бывает. У местного населения генетическая склонность к бунтам, заговорам и прочим противоправным действиям. – Хиза насмешливо посмотрела на людей, словно ожидая от них возражений, но Рейт не собирался спорить с очевидным и молча ждал продолжения, уже примерно предполагая, что было задумано на этот раз. Эфа не простила церкви шантажа и едва не сорванную помолвку своей дочери. Видимо, он ещё не забыл, какими методами следует управлять своими подданными в таких ситуациях, его предположения полностью оправдались. – Но о каком бунте может идти речь, когда Императрица меняет закон, согласно которому все акты гражданского состояния в Империи регистрирует исключительно церковь и любая другая их фиксация считается незаконной, передавая эти полномочия министерству юстиции после того, как на всю страну прогремел скандал, наглядно показывающий истинный моральный облик служителей церкви, которым, несомненно, опасно доверять в подобных вопросах. А вдруг они решатся на шантаж, например, ведь один из них был уличён в страшном для церковника преступлении, причём это не просто рядовой служитель бога, а первосвященник! Если во главе церкви стоят подобные люди, что говорить об их подчинённых?! Вся прелесть происходящего в том, что за почти семь лет действия альтернативных судов люди успели привыкнуть, что диинов не интересует ничего, кроме вопроса: правду ли говорят стороны в процессе или нет. Поэтому большинство наших граждан вердикту этого суда поверят безоговорочно.

– Ну да. – Принц-консорт был совсем не удивлён таким утверждением. Как и предполагалось при их создании, альтернативные суды стали синонимом справедливого и беспристрастного решения дел. Диинов, выступающих в них в качестве судий, ни разу не удалось ни подкупить, ни запугать, они констатировали, говорит ли человек правду или нет, не обращая внимания на его социальный статус, материальное положение и мнение общественности. Сначала это вызывало у людей раздражение или даже ненависть, но со временем они оценили преимущество подобного подхода к проблеме. Правда, пользовались правом передать своё дело в альтернативный суд только в самом крайнем случае, когда другого способа добиться справедливости не оставалось, опасаясь всё той же беспристрастности диинов, поскольку надавить на жалость или сыграть на эмоциях судьи тоже не получалось. – Если бы обычный суд принял сторону этих женщин, церковь подняла бы вой на всю Галактику, а так… Хотя они всё равно будут кричать, что нелюдь не имеет права решать судьбу служителей Саана.

– Да пусть кричат что хотят. – Женщина-диин передёрнула плечами и внезапно сердито зарычала, полурасправив крылья и зачем-то заглядывая себе через плечо. – Главное, что даже самые фанатично верующие усомнятся в правдивости их обвинений, мы хотим избежать серьёзных народных волнений в связи с оскорблением церкви Императрицей, а не убедить священников в справедливости и беспристрастности приговора. Они всё равно будут его отрицать, даже если Саан лично подтвердит виновность одного из них, слишком большой удар по репутации… И, в конце концов, я скоро убью этого несносного человека!