Чтение онлайн

– Я пришел отомстить за отца, – повторил он.

Из теки дерева с другой стороны дорожки вышла дрожащая Карина и встала рядом с Сергеем. Она нестерпимо боялась эту живую громадную куклу. Как ни старалась, она не могла унять дрожь в ногах.

– А-а-а!! Вас много!! – закричал Петрушка. – Не бойтесь!! Не бойтесь, дети мои!

Не выпуская чемоданы, Петрушка попытался обнять карликов, в испуге с двух сторон вцепившихся в его руки. Карлики вдруг заплакали наперебой, в голос, будто маленькие дети.

Дом сзади них уже полыхал. Огонь весело вырывался из окна второго этажа, ярко освещая ночь; дым поднимался в небо, но ветер сносил его правее, в сторону города. От шоссе уже бежали заметившие пожар соседи.

– Их много! Но я не отдам вас! – восклицал Петрушка, стараясь обнять карликов, но чемоданы мешали ему, – А твоего отца я не хотел… Не хотел убивать!! – вдруг закричал Петрушка в лицо Сергею. – Меня заставили!! Заставили… Петр-рушка не любит убивать!..

Его истерические выкрики перемешивались с детским плачем, с треском горящего дома… Дом полыхал уже весь, особенно с левой подветренной стороны. Сначала издалека, потом все ближе слышалась сирена пожарной машины.

– Они хотят забрать меня у вас, мои дорогие! – закричал Петрушка и бросил чемоданы на землю.

Маленький Янош вдруг высоко подпрыгнул и, обхватив Петрушку руками и ногами, повис на нем, прижимаясь к груди маленьким личиком. Марика в безутешном горе выронила куклы и обняла Петрушку ручонками, прижалась к нему изо всех сил.

– Я не оставлю вас. Я не оставлю вас в этом стр-рашном мир-ре, – свистел Петрушка, гладя прижавшихся к нему маленьких людей, из глаз его текли слезы. – Не плачьте, Петр-рушка любит вас. Петр-рушка не оставит вас…

С этими словами Петрушка, прижимая к себе карликов и шепча им ласковые слова, повернулся к дверям дома, веранду которого уже охватило пламя. От жара лопались стекла, пламя выло и гудело… Нелепо и страшно выглядела долговязая фигура, облепленная карликами на фоне горящего дома.

– Мы еще встретимся… – вдруг донеслось до Сергея, но, возможно, это только померещилось от шума и воя огня.

Спина Петрушки вздрогнула, он еще секунду помедлил… И шагнул в пламя.

Собравшийся на пожар народ ахнул, когда мужчина вместе с детьми вошел в горящее здание. Пожарная сирена смолкла совсем близко.

Сергей с Кариной продолжали стоять перед дверью, за которой бушевал огонь и в которую вошел безумный убийца. Это было страшное завершение его злодеяний. И вдруг из пламени сквозь полыхающий дверной проем, винтообразно крутясь, с шипением и с огромной силой вырвалось что-то трудно различимое для глаза, несущее смерть…

Действия Сергея опередили его мысль на какую-то долю мгновения. Он бросился на землю, попутно прихватив стоявшую рядом с ним Карину… Это был вылетевший из двери горящего дома бумеранг, наугад запущенный перед смертью злым карликом. И вновь судьба или, быть может, постоянная готовность к опасности уберегла Сергея от смерти.

Бумеранг, винтообразно крутясь, прошелестел над ними, спустя мгновение раздался глухой удар и вскрик. Сергей с Кариной поднялись и посмотрели назад. Народ расступился – на земле, раскинув руки, вверх громадным животом лежало тело соседа Гриши. Он был мертв. На лбу у него зияла кровавая рана, рядом валялся бумеранг.

Тут же откуда-то появились врачи в белых халатах с носилками и стали оказывать пострадавшему первую помощь. Но помощь ему уже была не нужна. Распугивая матерной бранью собравшуюся толпу, потянули шланги пожарные. Вокруг дома началось оживление, какое сопутствует всем крупным пожарам.

От дома разило жаром, так что стоять близко к нему стало невозможно. Сергей с Кариной повернулись и, протискиваясь сквозь народную массу любопытных, пошли по дорожке между деревьями прочь от горящего дома.

Шоссе запрудили пожарные автомобили, «скорая помощь», милицейская… да и просто проезжавшие мимо любопытные оставляли свои машины на обочине и шли поглазеть на пожар.

Карина с Сергеем неспешно шли вдоль стоявших на обочине машин. Говорить не хотелось. Хотелось молчать. Карина иногда шмыркала носом, должно быть, она тайком от Сергея всплакнула, но не хотела, чтобы он это видел. Да и у самого Сергея на душе было паршиво. Все вроде обошлось, он нашел не то что могилу, а самого отца. Безумный его убийца вместе со злыми карликами сгорел заживо… Так что отец отомщен… О чем еще можно было мечтать?! Но отчего на душе было так гадко?..

Мумия отца оказалась на месте, а вот Ильи в машине не было. Карина нашла его сидящим на мокрой земле у забора, хотя было холодно и Илья был в одном только левом ботинке, но у Петрушки в колодце он настолько закалился от постоянного холода, что теперь хоть на Северный полюс. Карина, обнимая его за плечи, привела и усадила обратно на переднее сиденье – на заднее с мумией пришлось сесть Карине. Но она вынесла это стоически. Залезая в машину, Илья покосился на останки и, поморщившись, отвернулся – не потому, что ему был неприятен их вид, просто Илья столько времени пробыл в их обществе, что они теперь портили настроение.

Ночь Илья, приняв снотворное, спал в маленькой комнате. Сергей, завернув мумию отца в ковер, водрузил ее на стол в кухне, а сам всю ночь, не смыкая глаз, провел возле нее, расшифровывая со словарем столбцы иероглифов. Китайский Сергей уже начал понемногу забывать. Кроме того, написан дневник был карандашом, так что многие иероглифы стерлись и приходилось разглядывать их в лупу.

Утром, пока все спали, Сергей позвонил Жанне и сообщил об Илье. Она примчалась через полчаса, счастливая и встревоженная. Сергей вкратце рассказал ей, что пришлось пережить несчастному Илье за эти дни. Кроме того, Сергей попросил, чтобы она узнала по поводу сгоревшего дома, погибших в нем Петрушке и карликах.

Жанна пообещала все узнать и уехала.

В полдень проснулась Карина. Сергей, только что закончивший перевод с китайской грамоты на человеческий язык, сидел над тетрадью, задумавшись; рядом на столе лежал автор строк, и это было символично.

Увидев эту унылую картину, Карина покачала головой и тяжело вздохнула, отчего ее массивный бюст под халатом всколыхнулся.

– Ну, давай позавтракаем, что ли, – предложила она, поглядев на бледное лицо Сергея. – Илюха вон скоро проснется – питать его нужно, совсем оголодал.