Чтение онлайн

– То есть люди с сильной волей и добрым сердцем могут сами излечиться от всего, даже от рака?
– переспросила Ольга.
– Я читала о таких случаях, но воспринимала их, как сказку.

– Нет, дорогая, никаких сказок. Искреннее искупление и добро в сердце - самое действенное лечение в нашей жизни. А мы с тобой - Проводники, с большой буквы, понимаешь? Наша миссия, хотя это вроде и высокопарно звучит, направлять людей к Свету. Мы помогаем лечить болезни, в меру наших сил, но должны еще и лечить мысли, направляя их на добро.

–  Ой, Ефимович, - пожаловалась девушка.
– От таких разговоров мне не по себе, ведь всегда была такой самоуверенной, а теперь даже боязно подходить к пациентам, а вдруг что-то не так сделаю или скажу?

– И это очень хорошо, Оля. Ничто так не вредит нам, как самоуверенность. Вот я, старый, опытный, а каждый день напоминаю себе наблюдать, учиться и делать выводы, потому что надо быть очень осторожным...

– Осторожным?

– Девочка моя, мы ведь отвечаем не только за пациентов, но и за самих себя. Так что учись чувствовать и четко различать, кто перед тобой - больной или враг...

– Враг?
– Ольга подняла брови от удивления.

– Да, враг под маской больного. Враг, который пытается ослабить нас, отобрав силу, чтобы обратить ее во зло. Для этого используют все средства воздействия: от любимого человека, работы, денег и... до несчастных случаев.

– Мама рассказывала мне о бесконечной борьбе тьмы и света, а еще об общем равновесии вселенной.

– Да, собственно за это равновесие и идет постоянная борьба. И черной силе, которую церковь и все христиане называют дьяволом, периодически удается прорваться наружу войнами, эпидемиями, глобальными природными катаклизмами или государственным произволом. Но Господь, а с ним добро и согласие, пытаются уравновесить это мирным урегулированием конфликтов, прекращением войн, толерантностью к национальностям, гуманитарной и медицинской помощью и т.п.

– Ого, как вы заговорили, - посерьезнела Ольга.
– Даже речь изменилась, и взгляд тоже. Вам нужно читать лекции для больших аудиторий, Ефимович, а не мне одной здесь, в уголке. Вы об этом не думали? Разве такие знания не нужно обнародовать?

– Собственно, к этому уже идет, - кивнул головой старик.
– Ты посмотри, какие книги появляются на полках книжных магазинов? Что угодно сейчас можно напечатать, от глупости и гадости до святых книг и откровений. И все же, доченька, есть знания, которые нельзя публиковать, поскольку они - наше оружие, понимаешь? Это все равно, что отдать Добро врагу на поругание. Ведь любое знание имеет как лицо, так и изнанку. И добрые поступки зло может обернуть так, что они станут страшной бедой.

–  Это да, - Ольга внимательно посмотрела на Профессора.
– Что-то подсказывает мне, вы не зря подняли эту тему.

– У меня мало времени, Оля, - Ефимович прикрыл глаза морщинистыми веками, хмурясь, и будто немного смутившись.
– Понимаешь, когда появляется преемник... да-да, я говорю сейчас о тебе, это означает, что приближается моё время...
– он замолчал.

– Что?

– Умирать, доченька, умирать. И не надо пугаться, так уж устроена жизнь, что все имеет начало и конец. Тем более, мне скоро исполнится восемьдесят лет, сил осталось мало, да и усталость постоянно донимает.

– Но я могу помочь... - вскочила Ольга.

– Можешь, но не будешь.

– Почему?

– И нечего руки заламывать, сядь! Вот, молодец! Пойми - судьбу не обманешь, и как мне на роду написано, так оно и будет. Просто я пытаюсь привести в порядок то, что оставлю после себя, и большая часть "наследства" достанется тебе. Тихо-тихо, помолчи и дай объяснить, что я имею в виду.

Ефимович взял девушку за руку и тихим голосом начал:

– У меня уже были ученики и все пошли в мир, уехав из нашего города. Это их судьба, поэтому я ничего не рассказывал им из того, что знаешь ты. Ты - другая, понимаешь? Сильная, очень сильная, одни эксперименты с обогревом дома чего стоят, - тут старик немного ехидно подмигнул ей, а потом снова стал серьезнее, и продолжил.
– А еще, Оля, ты из такой семьи, что тебе не нужно объяснять азы, как другим ученикам. Так вот, два года назад мой сын попал в аварию. И я, как говорится, "перегорел", когда возвращал его с того света. Это было вполне осознанное решение, и я знал, на что шел. Потом я долго болел, почти полгода. Но, все же, Господь вернул мне часть силы, за что я благодарю Его ежедневно, так как и дальше могу помогать людям.

Знаешь, Оля, если бы мы встретились до того случая с моим сыном, то сразу бы почувствовали друг друга. Я же был о-го-го!
– Андрей Ефимович усмехнулся, будто вспоминая что-то.
– И когда я увидел тебя, то быстро понял (хотя силы у меня и осталось мало, но опыт и чутье - великая вещь), что ты - чрезвычайно талантливая девушка и можешь стать в будущем мощной целительницей.

И еще... ты - белая.

– Я знаю, - перебила старика Ольга, - мне это недавно мама объяснила. Хотя не понимаю почему, ведь я - обычный человек, да и грехов у меня достаточно.

– Твои грехи - это просто ошибки, которые есть у каждого и которые можно исправить. Был бы настоящий грех, была бы ты совсем другого "цвета", понимаешь?

–  Ага.

–  Так, о чем я...

–  О чем?

– Ты - главная ученица, и последняя. После моей смерти ты станешь Проводником в нашем городе. А для этого, кроме знаний, тебе нужна независимость. Какая? Финансовая, материальная и физическая. Не понимаешь? Объясняю.

Финансовая независимость - это богатая и влиятельная клиентура, которая очень хорошо платит. И ты будешь брать у них деньги, чтобы тратить их на добрые дела. Мы вместе проедемся по "списку", я познакомлю тебя с каждым пациентом, а дальше уже сама решай, кто тебе подходит, а кто нет. И не вздумай задирать нос, без этих денег не обойтись, хочешь нести добро людям - учись кланяться. Это, кстати, лучшее лекарство от тщеславия, вот так.

Материальная независимость - это собственное жилье и возможность работать там, где тебе нужно.

– У меня квартира через дорогу, - вставила Ольга.
– Пусть небольшая, но мне хватит, ведь мама скоро выйдет замуж и переедет к Васильевичу.

– Да, ты мне говорила. Что ж, если с жильем вопрос решается, то давай поговорим о работе. Проводить все дни здесь, в больнице, ты не сможешь, потому что тебе, как и мне когда-то, будут нужны деньги. А я у здешних больных плату не беру, и ты не будешь. Это вопрос принципа. А еще - равновесия.

– Я понимаю, - кивнула девушка.

– Итак, оформишься на полставки, чтобы работать в больнице два дня, а в остальные дни недели будешь обслуживать богатых клиентов, некоторых - на дому. ...Кстати, тебе для этого нужна будет машина, а то ног и времени на все не хватит.

– Машина есть, недавно мама купила "Таврию".

– Что? ...Нет, "Таврия" не подходит, - отмахнулся от этого предложения Андрей Ефимович.
– Для того, чтобы тебя сразу начали воспринимать всерьез, нужно иметь более престижную машину. Так что сделаем иначе, я пока договорюсь об аренде автомобиля, а тем временем мы начнем искать подходящую иномарку.