Чтение онлайн

— То что искала.

— Прости, да… Да конечно… Нашла…

Она прошмыгнула в дверь, пару секунд постояла за ней, а потом я услышал удаляющиеся шаги. Я вопросительно поднял брови, глядя на Княгиню. А та грациозно поднялась и торжественно кивнула. Нашла, значит.

Надо, кстати, завести отдельную пачку бумаги для нашего общения.

— Что ты узнала, душа моя? — спросил я Княгиню, едва вернулся в свою комнату. Моя разведка умилённо прижала руки к груди, улыбнулась и выгнулась, поджав правую ножку. Затем посерьёзнела и взялась за бумагу.

Мои подозрения оказались верны: Крокодильшу Павловну убили ядом. На руке директрисы нашли след от укуса насекомого, и полицейский дознаватель по работе с даром не смог определить вид напавшего существа, предположив, что работал мастер по воплощениям. Не самый распространённый талант в империи, но… Я тоже им обладал. Хвала всему, что в России не принято афишировать свои родовые способности. Иначе у меня вот здесь уже стояли бы городовые с заговорёнными наручниками и пришивали бы к пропаже троих одноклассников ещё и смерть директрисы. Впрочем, мой любимец — урядник Посвистов — такую версию не исключил. Толстяк уже отправил запрос в Первую Церковь и в администрацию за деталями моего дара, в надежде, что я дурак и обо всём честно рассказал. Надо занять его чем-то полезным, конечно, а то в этой глубинке он ещё и от скуки с меня не слезет.

Но как это всё интересненько-то! Директриса вызвала стрелка, стрелок облажался и за это её саму приговорил одарённый. Мда. Будь я на месте неведомого борца за поместье на озере Кучане (если это Феоклистовы), то не разменивался бы на Крокодильшу, а послал бы ядовитую тварь конкуренту. Если изначальной целью убийства, конечно, не стояло наказание за провал.

Нет, отсюда определённо надо уезжать и чем быстрее тем лучше. Хотя бы скрыться с глаз пока неизвестного противника. За нападение призванного существа я не опасался. Доспех на мне, Княгиня рядом, да и опыт жизни по ту сторону реальности никуда не делся. Там, в мире демонов, на честный бой вызывали лишь самые упоротые. Поэтому я всегда готов к подлости.

И ту штуку, которую в душевой подсунули мне в карман штанов, пока я мылся, я уже нашёл. Положил тряпичную фигурку на стол. Рядом поставил красный камень из схрона убийцы. Потом аккуратно выложил телефон покойника и, последним моим артефактом, визитку Исаака Моисеевича.

Я опёрся на столешницу, изучая богатства. С камнем можно повременить. Звонить адвокату, который пытался меня развести — не знаю. Пока нужды нет, но с доверием у нас не сложилось. В сети про Вольтке писали, что он профессионал высшей категории и к нему обращаются аж из самого Петербурга за консультациями. Цена услуг запредельная.

Возможно он хорош. Но не в моём случае.

Остаётся разряженный телефон и подброшенная фигурка. Фигурка явно ведьмовская. Я подвинул её поближе, изучая. Энергией «подарок» не светил, но определённо силу имел. Хм…

Итак, есть девичья компания, которая не видела ещё жизни, но уже знакома с оккультизмом. Причём с его рабочей версией, за которую Первая Церковь легко впаяет пожизненную епитимью, и пойманная на колдовстве женщина обратится в бледную тень и до конца своих дней будет вздрагивать при виде любой бело-голубой машины. Посттравматический синдром от святош.

Вообще ведьмовство удел людей не одарённых. Другая энергия используется, другие магические законы работают. Природа их сил кроется там же, где и мощь портальных демонов. Они очень сильно связаны с потусторонним миром и, может быть, талантами обязаны самому Пожирателю, или тем его частицам, что осели на планете.

В Российской Империи оккультизм сурово наказуемое дело. Это на западе даже благородные семьи им баловались открыто, потому что Первая Церковь силы там не имела, но здесь-то у него полный карт-бланш. Тут за такое карают очень сурово, и строгость наказания нивелируется лишь тем, что ведьм не сдают святошам, пока те не теряют берега. Мелкое колдовство в хозяйстве пригодится. У простого народа тоже должны быть чудеса, не только же аристократии с этим баловаться. Тем более, что Первая Церковь может и заказчика отправить за полярный круг, грехи в тайге замаливать.

Потому и убитая мною одноклассница проводила запретный ритуал не одна, а с помощниками. Знала, что не побегут сдавать. Теперь же мне подбросили амулет, который вряд ли сотворили, чтобы сделать мою жизнь счастливее. И совершенно точно та дурочка, что это сделала, выполняла чужую роль.

Так, ситуацию с магией я могу разрулить быстро. Если найду девочку из коридора, в энергетический контур которой вмешался и немножечко свёл бедняжку с ума. Уверен, она захочет мне рассказать всё, одуревшая от химических процессов в организме.

С другой стороны — телефон. В нём может быть точная информация по стрелку. Вскрыть его сам я не смогу. Там нужна и биометрия и пароль. Для таких вещей требуются специалисты. Где их взять?

И что сейчас важнее?

Краем глаза я заметил, что Княгиня устроилась на кровати, и взяла в руки откуда-то принесённую книжку в мягком переплёте. На обложке мускулистый мачо обнимал знойную красотку. Безмерное безвременье… Это дамский роман?! С какой неожиданной стороны ты раскрываешься, Княгиня! Моя напарница смущённо улыбнулась, но затем решительно открыла страницы и погрузилась в чтение, оставив меня наедине с сомнениями.

Я взял свой телефон и визитку Вольтке. Набрал номер. Адвокат, несмотря на поздний час, ответил уже на втором гудке.

— Исаак Моисеевич? Это Артемьев. Илья. Мы встречались сегодня.

— Да-да, Илья, здравствуйте. Безмерно рад вас слышать, безмерно. Вы не передумали? Это всё ещё ак…

— Я знаю про усадьбу, Исаак Моисеевич.

Пауза. Но совсем короткая.

— В таком случае позвольте поинтересоваться целью вашего звонка?

— Конечно, Исаак Моисеевич, — хищно улыбнулся я. — У меня создалось впечатление, что вы можете решать вопросы… Разного плана. И, может быть, мы сможем спасти как наши отношения, так и вашу репутацию.

— Молодой человек, моя репутация непоколебима.

— Вы так думаете? — хмыкнул я.

— Вы можете спросить у любого знатного человека отсюда и до самого Петербурга, Илья Александрович и…

— Но меня вы пытались обмануть, Исаак Моисеевич.

— Клевета. Это клевета! — безапелляционно заявил адвокат.

— Я не пытаюсь записывать наш разговор. Это может остаться между нами, Исаак Моисеевич, — поморщился я.

Княгиня увлечённо перелистнула страницу. Что ещё она умеет, интересно? Я продолжил: