Потрясающая
Шрифт:
Она была готова пойти домой.
Мимо пронеслась группа людей в костюмах, они казались уважаемыми и важными.
Ханна сказала, что Гейл была в студенческом городке Принстона.
Очевидно, Гейл шпионила за ней в тот вечер и донесла на Харпер.
Спенсер понимала, почему эта женщина злится на Эмили, не отдавшую ей ребёнка, но почему она как помешанная доходит до таких крайностей - связывается с детьми вполовину младше неё?
Когда в поле зрения попала блондинка, сидящая на скамейке, Спенсер резко остановилась.
Здесь, читая роман Д. Г. Лоуренса и держа в руках большой кофе из Starbucks, была Харпер.
– Ох,-выпалила Спенсер.
П-привет!
Харпер подняла глаза и нахмурилась.
Она молча вернулась к своей книге.
– Я пыталась связаться с тобой, - Спенсер бросилась к скамейке, кинув сумку с вещами к ногам.
– Ты в порядке?
Харпер перевернула страницу.
– Если ты хотела доставить мне неприятности, то тебе не повезло.
Копы не нашли при мне травки.
Они отпустили меня с предупреждением.
– Я не хотела доставлять тебе неприятности!
– закричала Спенсер.
С чего бы мне делать что-то подобное?
– Ты была единственным человеком на вечеринке, которого я не знала очень, очень хорошо, и тебе было довольно некомфортно, когда я закурила.
Харпер по-прежнему не поднимала глаз.
Стая голубей приземлилась рядом с ними, борясь за чёрствую пиццу.
Спенсер хотела бы иметь возможность рассказать Харпер об Э, но Э посеет хаос, если она сделает это.
– У меня есть несколько скелетов в шкафу, поэтому я испугалась того, что меня снова поймают, - призналась она низким голосом.
Но я бы никогда не донесла на тебя.
Харпер наконец встретилась глазами со Спенсер.
– Что призошло?
Спенсер развела плечами.
– Прошлым летом я с одним моим другом баловались наркотиками.
Нас поймали, когда мы были под кайфом.
Харпер выпучила глаза от удивления.
– У тебя были неприятности?
– Отпустили с предупреждением.
Спенсер уставилась на сумку с вещами.
Нет никакого смысла сейчас лезть в дело Кейси.
– Та ситуация сбила меня с толку.
Но, уверяю, я не стучала на тебя.
Прошу, дай мне ещё один шанс.
Харпер вложила закладку с кисточкой и плотно закрыла книгу.
Она уставилась на Спенсер на долгое время, как будто пыталась прочитать её мысли.
– Ты знаешь, я правда хочу полюбить тебя, - сказала она.
Если хочешь помириться со мной, можешь прийти сюда завтра на Обед Плюща.
Но есть одна загвоздка: ты должна принести блюдо.
Спенсер моргнула.
– Я должна приготовить что-то? И где мне найти кухню?
– С этим тебе придётся самой разобраться.
Харпер сунула книгу в сумку и встала.
– Каждый принесёт блюдо.
Это potluck (прим. совместный обед, ужин и т.д., на котором каждый приносит свою часть угощения; дословно - "горшочек удачи", со сленга - "травка наудачу").
– Хорошо, - сказала Спенсер.
Я что-нибудь придумаю.
Уголки губ Харпер медленно скривились в усмешку.
– Увидимся в Доме Плюща завтра в 12:00.
Пока!
Она зашагала по тротуару, качая бёдрами так, что сумка отскакивала от её задницы.
Спенсер озадаченно переминалась с ноги на ногу.
Potluck? Серьёзно? Звучало наподобие того, что сделала бы бабуля Хастингс для Лиги Женщин, которую она когда-то возглавляла.
Даже в 1950-ых само слово "potluck" звучало странно, придумывая образы резких, ярких макаронных салатов и форм для желе.
Слова снова зазвенели у неё в голове.
Потлак.
Харпер двусмысленно подмигнула ей.
Спенсер громко расхохоталась, всё сходится.
Это потлак—буквально (прим. potluck на сленге - травка на удачу).
Харпер хотела, чтобы она запекла травку (pot) внутрь угощения.
Это был шанс Спенсер доказать, что она - не доносчица.
Часы колокола пробили час, и голуби в одночасье улетели с тротуара.
Спенсер водрузилась на скамейку, крепко задумавшись.
И хотя ей была ненавистна сама мысль - снова покупать наркотики, она отчаянно хотела вновь заполучить благосклонность Харпер—и Плющ.
Только как она достанет травку? Она никого здесь не знает, за исключением тех, с кем познакомилась на вечеринке, а они, вероятно, ей не помогут.
Она выпрямилась, её озарила блестящая идея.
Рифер.
Он живёт рядом с Принстоном, не так ли? Она порыскала в сумочке, ища клочок бумаги, который он дал ей на Принстонском ужине.
К счастью, он был запрятан в карман.
"Что за долгая, странная поездка выдалась", говорила записка.
"Кому ты рассказываешь", - подумала Спенсер.
Затем она, затаив дыхание, как если бы врывалась в комнату с неприятным запахом, набрала его номер, в надежде, что не делает гигантскую ошибку.
– Я знал, что ты позвонишь, - сказал Рифер, открыв дверь большого колониального дома в нескольких милях от студенческого городка Принстона.
На нём была широкая футболка с Бобом Марли, мешковатые джинсы, причём на колене был нарисован листок конопли на заплатке, и те же конопляные кеды, что и на ужине в "Полосатом Окуне".
Его длинноватые волосы были заправлены в одну из тех отвратительных, ярко раскрашенных ямайских шапок, которые так любили носить все наркоманы, которых знала Спенсер, но он по крайней мере сбрил козлиную бородку.