Потрошители времени
Шрифт:
Марго тем временем топала вверх по лестнице следом за сбежавшими британскими репортерами.
— Эй! Постойте! — «Ну да, можно подумать, они остановятся только потому, что я им приказала…»
Они даже не сбавили шага.
Секунду спустя оба — и преследовавшая их по пятам Марго — оказались в центре беспорядка. Перепуганные туристы пытались бежать во всех направлениях разом. Плакали дети, жены звали своих мужей, отцы тащили упиравшихся отпрысков ко всему, что обещало хоть какую-то защиту. Шум всего этого ударил по Марго не слабее кулака: рев сирен, клаксоны фургонов «скорой помощи» и крики, крики со всех сторон. Топоча тяжелыми бутсами, пробегали отряды Службы безопасности. Офицеры на бегу напяливали на голову тяжелые защитные шлемы.
Подопечные Марго нырнули в самый центр этого хаоса, на ходу расчехляя свои камеры. Собственно, проталкиваться им не было необходимости, поскольку они следовали по пятам за здоровяками из охраны. Марго выругалась про себя и устремилась за ними. Толпа уже сомкнулась, но маленький рост и ловкость прирожденного акробата помогали ей скользить вперед, почти не отставая. Мгновение спустя свет выключился, погрузив во мрак всю Центральную. Марго остановилась — вернее, попыталась это сделать. Прежде чем ей это удалось, она столкнулась по меньшей мере с полудюжиной визжащих людей. Со всех сторон слышался перепуганный плач, заглушаемый ревом неугомонных сирен.
Марго стояла, задыхаясь и вспотев от волнения. По коже бегали мурашки — сказывался подсознательный страх темноты. Мимо в черноте грохотали башмаки — Марго испугалась, но тут же сообразила, что те странные шлемы на подчиненных Майка Бенсона оборудованы новыми приборами ночного видения. Через несколько минут, показавшихся ей часами, снова начали загораться огни. Марго даже пришлось зажмуриться. Сначала осветился Новый Эдо в дальнем углу станции, потом анахронистский Камелот и Внешняя Монголия с противоположной стороны, за изгибом длинной площади, следующей рельефу скалы, к которой лепился ВВ-86.
Насмерть перепуганные туристы жались друг к другу. Марго огляделась по сторонам в поиске своих подопечных и в конце концов заметила их в толпе. Они целеустремленно двигались к центру всего этого безобразия. Она выругалась по-латыни (выражение заставило бы покраснеть и Цицерона) и рывком догнала их.
— Вы что, спятили? — выдохнула она. — Вам туда нельзя!
Доминика Нозетт сочувственно улыбнулась ей:
— Деточка, никогда не говорите репортеру, чего ему нельзя делать: слово «нельзя» нам незнакомо.
И тут они оказались в зоне разрушений. Ничего не скажешь, они обставили «Радио-TV Шангри-ла», местную службу теленовостей, по всем статьям. Доминика и Гай вовсю вели съемку, когда остальные репортеры только-только начали подтягиваться к месту происшествия. Только тогда Марго заметила кровь и осколки костей.
«Боже мой…»
Пока репортеры брали интервью у потрясенных свидетелей, парни из Безопасности упаковывали в пластиковый мешок изрядно изувеченный труп. Марго не впервые доводилось видеть мертвое тело. Далеко не впервые. И уж по сравнению с убийством ее матери все остальное не должно было бы ее потрясать. Но кровь расплескалась по «золотой» брусчатке Эльдорадо, стекая ручейками по щелям между камнями. И если глаза в тот краткий миг, когда она заглянула в мешок, не обманули ее — то этого человека убили, выстрелив в упор ему в лицо.
Из пистолета какого-то очень большого калибра.
«Бог мой, так что здесь все-таки произошло?»
Марго вдруг затрясло: в памяти всплыли запах сгоревших тостов и вид залившей все крови — воспоминания давнего детства, того страшного утра, когда тело ее матери уложили в такой же пластиковый мешок, а отца вывели из дома в наручниках… Она охватила себя руками и прикусила губу, пытаясь унять дрожь. Может, такие сцены в порядке вещей в Нью-Йорке, Лондоне или даже где-нибудь в Миннесоте, где алкоголики забивают своих жен до смерти. Но это никак не должно происходить в местах вроде Ла-ла-ландии, куда люди приезжают отдохнуть и оттянуться на всю катушку, а местные обитатели живут словно в сказке. Марго вдруг поняла, что стоит, прикрыв рот рукой, не в силах отвести взгляда от зловещего груза на носилках.
«Кто это? Точнее, кто это был», — мрачно подумала она. Судя по одежде, не турист и не похож ни на кого из строителей, сооружавших новую секцию вокзала. Десятка полтора строителей «Аравийских Ночей», украшенных синяками и ссадинами, закованные в наручники, следовали за полицейскими в кутузку. Появилась врач; ей пришлось силком протискиваться сквозь плотное кольцо журналистов и окровавленных уцелевших. Больше других досталось храмовникам Владычицы Небесной, почитавших Йаниру своей пророчицей. А Йанира пропала, может быть, даже погибла… Безобразные синяки, заплывшие глаза, переломы — драка дорого обошлась никак не меньше чем дюжине храмовников, покидавших теперь зону беспорядков на машинах «скорой помощи».
— Марго!
Она резко обернулась и увидела своего деда, пробивавшегося к ней через толпу с упорством ледокола. Марго бросилась навстречу и прижалась к нему.
— Кит!
Пару секунд дед просто обнимал ее, успокаивая.
— Эй, малышка, все уже прошло. Чего ты боишься?
— Я знаю. — Она сглотнула слюну, не находя нужных слов. — Просто это… этого не должно было случиться. Не здесь.
На лбу Кита пролегла глубокая складка.
— Конечно, — тихо сказал он. — Не должно. Мне это тоже омерзительно. Вот почему нам надо что-то с этим делать.
— Что делать? Я хочу сказать, что мы можем с этим поделать? И вообще, что случилось? Я немного опоздала.
Кит сжал губы.
— «Ансар-Меджлис» — вот что случилось.
— Что-что?
От выражения глаз Кита ей сделалось не по себе — еще сильнее, чем прежде.
— «Ансар-Меджлис», — повторил он. — Братство «Ансар-Меджлиса» — один из самых опасных культов, возникших за последние пятьдесят лет. Где Энн?
— В тире. Она осталась с доктором Фероз и туристами, чтобы не выпускать их. Я пыталась догнать репортеров. Они сразу рванули сюда, и я с ними не справилась. — Она виновато потупилась. — Мне очень жаль. Я пыталась остановить их.
— Я не сомневаюсь, — буркнул Кит. — Послушай, малышка, у нас на станции большие неприятности — пропала Йанира Кассондра. Не буду говорить тебе, чем это грозит всем — и на станции, и в Верхнем Времени. И если уж во всем этом замешан «Ансар-Меджлис», эти беспорядки могут быть только первыми из длинной череды. Когда об этом станет известно… — Он снова сжал губы. — В следующее же открытие Главных Врат мы будем по уши в таких неприятностях, о которых и думать не хочется. Я хочу, чтобы ты нашла Маркуса. Он сейчас должен быть у себя в баре. Скажи ему: нам нужно организовать поиски — пусть участвуют и выходцы из Верхнего Времени, и Найденные. И попробуй выяснить, что со Скитером.