Потому что (не) люблю…
Шрифт:
– Нда-а-а… – обалдело выдохнул Кирей, увидев художества на капоте. – Вот это подстава. Знаешь кто?
– Только исполнителя. Девка, прикинь? – Закурил. – Повязал её, буду раскручивать.
– Думаешь, заказ?
– Уверен. Правда пока не понимаю кто. Те, кто действительно хотели бы мне насолить – ребята слишком серьёзные для такой дешёвой хулиганки, а те, кому я просто не нравлюсь, наоборот, слишком мелкие. Тут же всё прям до тошноты дерзко. Тот, кто на это пошёл, похоже, совсем без башки. А если и с башкой, то ненадолго, потому что я её, один хрен, оторву. – Вытянул из кармана ключ. – Хочешь посидеть?
– Да чего сидеть-то, давай сгоняем куда-нибудь.
– Издеваешься? Чтобы я на таком по городу светился? – Вздохнул. – А я ведь о такой всю жизнь мечтал. Помнишь, вкладыши из «Турбо»[2]?
– Ещё бы, у тебя же вся коллекция гоночных была. Слушай, – поскрёб пальцем царапину, – но здесь ведь фигня вопрос, не глубоко. Перекрасят так, что и сам забудешь.
– Не вариант. Я хотел нулёвую. Именно эту. Она же под заказ делалась.
– Да забей, братан, серьёзно. Просто перекрась и цени её за то, что она у тебя теперь ещё уникальнее, чем вышла с завода.
– Не, ты не понимаешь. Тот, кто это сделал хотел меня опустить, и этому слишком много свидетелей. И если официанты и мой водила ещё почти не в счёт, то Юрка Горовец – это уже серьёзно. Магницкий не будет ездить на опущенной тачке, понимаешь? Хоть ты её чистым золотом теперь облей. Я даже продавать её уже не буду. Переплавлю, к чертям. Была эксклюзивная тачка за двадцать лямов, станет канализационной трубой. Как-то так.
– Ну ты даёшь.
– Это просто железо, братан, а вот имя и авторитет – штука шаткая. Я пас. Единственное о чём действительно жалею – что не бросил её прямо там. Это было бы правильнее. Но я что-то психанул.
Завибрировал телефон, я глянул – Сашка. Сбросил вызов. Пока возвращались, она звонила ещё, и я снова сбрасывал. Злился. Но она прислала СМС: «Срочно перезвони», и меня кольнуло тревогой. Отправив Кирея в дом, задержался в саду. В трубке сначала раздавались долгие гудки, потом тихий голос:
– Алло?
– Что за срочность?
– Владька. У него температура под сорок, я скорую вызывала, они укол жаропонижающий сделали и предложили госпитализацию, но я отказалась.
– Ты… Что?! Саш, какого чёрта ты творишь?!
– А потому что с непонятными симптомами, между прочим, только в инфекционку увозят! – тут же вскинулась она. – То ещё удовольствие, знаешь ли. Мне сейчас это вообще ни к чему, я и так…
– Можно подумать, вы лежали бы в общей палате! – Перебил я, но, выдохнув, взял себя в руки. – Как он сейчас?
– Лучше.
– Дай ему трубку.
– Не могу, он заснул.
– Ладно, позже наберу.
– Погоди! У нас деньги кончились.
Да кто бы сомневался! Но выяснять куда девалась почти сотня косых, перечисленных всего пару недель назад, сейчас было и не к месту, и не ко времени. К тому же, я и без разборок догадывался куда.
– Хорошо, кину на карту. И смотри мне, Саш, не дай бог из-за твоих загонов Владьке станет хуже!
На этот раз заходил в дом не таясь. Маринка снова была в гостиной, на смежной с нею кухне, и варила кофе для дорогого гостёчка. Причём не в машине, а на огне, откопав откуда-то скованную мною сто лет назад медную турку. На мои шаги даже не обернулась, зато, заслушиваясь возбуждённой болтовнёй братана, улыбалась ему и активно поддакивала.
– Марин, а где, вообще, Нина? – бесцеремонно врываясь в их идиллию, включил я долбанного полоумного Альфу. И ведь понимал, что дурак, но несло. – И почему ты вообще дома?
– У меня изменились планы, и я её отпустила. А что-то не так?
Хотелось съязвить, что всё так, и я просто обалдел, в кои-то веки увидев у плиты её саму, но сдержался. Однако, меня швыряло. То, как вела себя Маринка в присутствии Кирея, было похоже либо на откровенное издевательство надо мной, либо на неподдельную радость от встречи с ним. И ещё непонятнее, что злило меня сильнее.
– Даныч, давай сходим сегодня куда-нибудь? – принимая чашку кофе, предложил Кирей. – Посидим втроём культурненько, живую музычку послушаем? Соскучился я по этому, не передать как! В Америке такого тоже валом, но атмосфера всё равно не та.
– Да без базара, только Маринка у меня в последнее время вообще никуда не ходит, сколько не пытаюсь её вытащить. Дом-работа. Дом-работа.
Не врал ни секунды. Действительно забыл уже, когда был на людях с нею вместе.
– Ну, вообще, она сама предложила.
Я вскинул на жену очередной обалделый взгляд, и она впервые за последние четыре месяца улыбнулась персонально мне:
– Давай в «Леди Кэт»? Думаю, самое то, чтобы оттянуться по полной!
_____________________
[1] Отсылка к роману «Как целует хулиган», в котором описывается история начала отношений Данилы и Марины. Может читаться отдельно.
[2] «TURBO» – жевательная резинка модная в середине 90-х.
Глава 2
В «Леди Кэт» мы всё-таки не поехали, потому что оказалось, что сегодня у них нет живой музыки. Зато в «Аристократе» играл самый известный в городе джаз-бенд, и хотя мы с Маринкой никогда не любили все эти закрытые клубы для непростых смертных, сейчас не сговариваясь решили, что нам туда.
– Ну в смысле, ты пить не будешь что ли? – разочарованно возмутился Кирей, когда я выгнал из гаража «Икс пятого».
– Ну вообще, не желательно, у меня тренировка завтра с утра.
– Слушай, а это точно Даныч? – закатив глаза, братан галантно открыл перед Маринкой переднюю пассажирскую. – Что-то он какой-то нудный.
Маринка улыбнулась, но вперёд не пошла, юркнула назад и затаилась.
– Если что, водилу вызову, не парься, – сел я за руль и небрежно пихнул зеркало заднего вида, так, чтобы видеть в нём жену.
Она впервые за последние месяцы отступила от сухого офисного дресс-кода. И хотя опостылевшие уже длинные рукава никуда не делись, сейчас они были из пышной полупрозрачной ткани, обнажая руки загадочным силуэтом, и это было гораздо круче, чем просто нагота. Глубокий вырез декольте, с лаконичной бриллиантовой капелькой в ямочке ключиц, узкая, чуть ниже колен юбка, с высоким разрезом сзади. Не удивлюсь, если под платьем обнаружится и пояс с чулками. Умопомрачительно!